Изощрённые убийства. Щель - Юсси Адлер-Ольсен

Он стал медленно приближаться к Шмидту, который в растерянности сделал пару кругов по площадке и замер, уставившись в одну точку.

Странное, гротескное зрелище: пожилой человек неподвижно стоял, слегка ссутулившись, а за редкими кустами у него за спиной по шоссе с грохотом проносился плотный поток машин.

Ларс огляделся вокруг. Поблизости никого не было — момент казался слишком идеальным, чтобы его упускать. «Зачем усложнять себе жизнь без крайней необходимости?» — подумал он. Один легкий толчок сквозь кусты... В конце концов, это запросто могло случиться во время потасовки с тем вторым стариком. Не раздумывая больше ни секунды, Ларс рванулся вперед и со всей силы вытолкнул мужчину из кустов прямо под колеса ревущего потока машин, под визг тормозов и беспощадный натиск сотен лошадиных сил, способных сокрушить всё на своем пути.

Ларс присел за кустами и зажмурился в тот момент, когда последовал удар. Когда до него донесся характерный скрежет сминаемого металла и отчаянные крики водителей, вовлеченных в массовое столкновение, он тихонько проскользнул к своей машине — став богаче еще на триста тысяч крон.

Вопреки ожиданиям, вдова Шмидт не выказала радости, когда он связался с ней тем же вечером и сообщил, что в новостях, как и планировалось, трагическую гибель ее мужа назвали возможным самоубийством. Вместо этого она холодно заявила, что обстоятельства изменились: брат покойного прибрал фирму к рукам, из-за чего ее финансовое положение после смерти мужа лишь ухудшилось. Оказалось, деверь месяцами ждал подобного повода, устав от бесконечных дрязг с братом.

Ларс сопоставил факты, и сцена на парковке обрела для него новый смысл. «Значит, тот тип из такси и был братом Шмидта», — подумал он. Однако волновать его чужие семейные неурядицы не должны были. У него самого был бизнес, который требовал доходов. Поэтому он прямо заявил Дороте Шмидт: если она немедленно не разблокирует триста тысяч крон, кое-кто очень сильно рассердится. ДАЖЕ ОЧЕНЬ сильно. И тогда она на собственном опыте поймет, что разницу между жизнью и смертью можно легко продемонстрировать одним легким надрезом сонной артерии.

Она поняла намек и театрально разрыдалась, но ее фальшивые рыдания встревожили Ларса.

Ему больше всего хотелось спросить ее напрямую: «Что нужно сделать, чтобы ты выполнила свою часть уговора?». Но он и сам знал ответ. Поэтому вместо этого произнес:

— Теперь ты, должно быть, хочешь избавиться от деверя? И что тебе это даст? Ты вообще имеешь право на наследство?

Судя по голосу, она обиделась. Конечно же имела, но пока деверь был жив, он оставался душеприказчиком и фактическим руководителем компании.

Знакомая история.

— Это обойдется тебе в кругленькую сумму, понимаешь? И никаких банковских гарантий. В твоем распоряжении наверняка есть имущество, которое можно быстро продать?

— Да, если моего деверя не станет.

— Тогда начинай распродажу прямо сейчас. Начни с «Порше» и личных вещей. А мы пока позаботимся о том, чтобы убрать этого придурка с твоего пути. Два миллиона за два трагических несчастных случая до пятницы. Договорились?

Ларс разузнал адрес деверя за городом и сразу отправился туда. Представившись адвокатом его невестки, он уже в прихожей выслушал порцию отборной брани в адрес покойного брата и его польской шлюхи-жены, ныне вдовы. Пока хозяин изливал душу, Ларс огляделся по сторонам и пришел к выводу, что тот живет один, а в роскошном холле нет никаких камер наблюдения.

Пока деверь увлеченно поливал брата грязью, Ларс вытащил электрошокер, не обращая внимания на протестующий взгляд мужчины, вкатил ему пару лишних разрядов и отступил на шаг, когда тот с тяжелым шлепком рухнул на выложенный шахматной плиткой пол холла.

Затем он тщательно протер шокер от отпечатков пальцев и попытался поднять тело.

Деверь оказался неподъемным, а глубокая борозда на гравии, оставшаяся после того, как Ларс волоком потащил его к своей машине, была слишком приметной.

Для верности он приложил его шокером еще раз, снова тщательно протер прибор и кое-как втиснул бездыханное тело в багажник.

По дороге к лесу он не раз мысленно чертыхался. Во-первых, злясь на то, что ввязался в эту дикую, абсурдную авантюру, а во-вторых, коря себя за неосторожность на открытой местности. Кто знает, насколько любопытны деревенские жители? Вдруг кто-то заметил, как он тащил безбилетного пассажира из дома? Мало ли, вдруг какой-нибудь любитель птиц засел за живой изгородью с биноклем? Вдруг объектив чьей-то камеры был направлен прямо на него, пока он заталкивал брата Шмидта в багажник и с шумом захлопывал крышку?

Он сокрушенно покачал головой. Ликвидация самого Шмидта была безукоризненной, не то что эта нелепая топорная работа. И всё же интуиция подсказывала ему, что всё обойдется. Должно обойтись. Главное, чтобы в теле оставались хоть какие-то признаки жизни — иначе судмедэксперты сразу почуют неладное, когда найдут его раздавленным под деревом. Несчастный случай не будет выглядеть убедительно, если бедолага испустил дух еще до падения ствола.

Судя по затянутому небу и раскачивающимся кронам деревьев, намечался не просто легкий ветерок. Вот-вот должен был хлынуть ливень, так что следовало поторопиться: размокшая земля отлично сохраняет глубокие следы, по которым криминалисты смогут прочитать всю историю как по раскрытой книге.

Криминалисты! Эти ищейки точно были порождением дьявола — уж это он твердо усвоил из многочисленных детективных сериалов.

Он припарковал машину на лесной просеке неподалеку от тропинки, где его дожидалась та самая береза, откинул крышку багажника и с первого взгляда понял: мужчина мертв. Даже когда он приник ухом к самым его губам, он не уловил ни малейшего дыхания. Под ладонью, прижатой к груди под рубашкой, сердце тоже не билось. Всё-таки он переборщил с разрядами шокера.

Он выругался про себя — почему он не был осмотрительнее? Ларс досадливо пожал плечами, но дело было сделано: в конце концов, в инструкции к шокеру не пишут, сколько именно разрядов требуется, чтобы отправить человека на тот свет. Или все-таки пишут?

Черт побери, и что теперь делать?

Вытаскивая тело, он проклял все свиные отбивные и стейки, которые при жизни так усердно наедал этот господин. По ощущениям в нем было никак не меньше девяноста пяти килограммов. Видела бы его сейчас бывшая женушка — как он ковыляет по лесу с трупом на плечах!

Сквозь тяжелое кряхтение он даже хмыкнул от этой мысли. Да уж, такое зрелище точно никто не назвал бы «скучным».

«И всё же, как быть дальше?» — размышлял он. Просто раздавить бездыханное тело березой нельзя. Эксперты моментально определят, что смерть наступила до падения дерева. Закопать