В сумерках моря - Вадим Юрьевич Панов

– Герману следовало заплатить за ужин.

– За какой ещё ужин? – не поняла Джина.

– Это долгая история.

– Но ты мне её расскажешь?

– Обязательно.

– По дороге?

Чащин ещё в номере предупредил девушку, что сегодня им придётся покинуть Утёс.

«Опять работать?»

«Люди соскучились по хот-догам, пора вернуться к торговле».

– Разве ты не хочешь поехать на своей машине? – удивился Феликс.

– Я привыкла ездить с тобой, – ответила Джина.

– Здесь недалеко.

– Тем более. – Судя по выражению лица, она приняла окончательное решение. Убрала документы и ключи в конверт и спросила: – Мы можем пока оставить машину здесь? Или попросить, чтобы её перегнали к нам?

– Ты серьёзно?

– Я привыкла ездить с тобой, – повторила девушка. – И я хочу ехать с тобой.

– Хорошо, – согласился Чащин. – Поедем вместе, а «субарик» нам пригонят.

– Спасибо.

– Не за что.

– Ты знаешь, что есть за что. – Она потянулась и поцеловала Феликса в губы. – А теперь давай завтракать! У нас много дел!

Закончить с завтраком, собраться, выехать на шоссе и неспешно, всё-таки позади фургон, направиться вдоль берега дальше, мимо Партенита и Гурзуфа, медленно проехать Ялту – там часто пробки, Ливадию и Алупку, после которой Феликс взял чуть вверх и остановился на небольшой площадке, на которой их поджидали двое мужчин в рабочих комбинезонах. Они показали Чащину, как следует поставить фургон, после принялись деловито подсоединять к нему электричество и воду. Помимо них на площадке стояли деревянный лоток с пыльными фруктами и фургон с шаурмой, владельцы которого разглядывали новеньких без особой радости. Совсем вдалеке располагался биотуалет, вид которого стал для Джины последней каплей.

– Ты серьёзно? – возмутилась девушка.

– А что не так?

– Будем жить на дороге?

– Ну, не прямо на дороге, тут площадка, как ты видишь, то есть не на обочине. К тому же с площадки открывается неплохая панорама…

– Какая панорама? – Джина кивнула на деревья, сквозь которые едва проглядывало море.

– Люди останавливаются, разминаются, фотографируются и покупают хот-доги, – закончил Феликс.

– А мы будем глотать пыль в их ожидании?

– Бойкое место, хорошо для бизнеса, – закончил Чащин.

– Ты не говорил, что собираешься привезти меня в нечто подобное. – Джина вновь посмотрела на биотуалет, а затем на пыльные фрукты.

– А как же «в богатстве и бедности»? – съязвил Феликс.

– Я понимаю, что тебе отшибло память, но точно знаю, что у нас ещё этого не было: никакой фаты и никаких обещаний, – заявила девушка. – Можно я вернусь в отель?

– Быстро же ты сломалась.

– Я буду тебя навещать, – пообещала она. Подумала и добавила: – Через день.

– Почему так редко?

– Мне нужно время, чтобы прийти в себя.

– Здесь не так плохо.

– Далеко до моря. – Девушка вздохнула и улыбнулась, увидев въезжающий на площадку «субарик». – Но неожиданно мне пришла в голову отличная мысль…

– Ты поедешь к морю, а я останусь здесь? – догадался Чащин.

– Это твой бизнес, – напомнила Джина. – Кто-то должен оставаться в лавке, иначе торговля захиреет, и мы останемся без средств к существованию.

– Я останусь без средств к существованию.

– Не забывай, что ты платишь мне зарплату. Привезти тебе какой-нибудь еды?

– Хочу напомнить, что я владею популярной придорожной закусочной.

– Нельзя всё время есть хот-доги.

– Я их уже три дня не ел.

– Так что насчёт еды?

– На твоё усмотрение, – махнул рукой Феликс. – Но лучше разведай какое-нибудь место, чтобы нормально поужинать.

– Договорились. – Джина чмокнула его в щёку и направилась к «Bronco» – за пляжными вещами.

* * *

Совещание закончилось довольно поздно, за ним последовал отдельный и весьма эмоциональный разговор с полковником Грушиным, поэтому возвращаться на побережье Тихомиров не стал. Переночевал дома, с утра отправился в министерство, планируя быстро разобраться с накопившимися за время отсутствия делами и в обед уехать. И в целом, задуманное получилось: бумажной работы, которая всегда вызывала у майора глухое раздражение, оказалось немного; доклады по другим делам пришли позитивные; прилетела даже благодарность от СК за раскрытое в прошлом месяце убийство. Другими словами, ничего плохого не произошло и за предобеденным кофе Тихомиров отправился в благодушном настроении. И там, у автомата, узнал главную новость дня, а может, и месяца:

– Уже слышал? Нашли первую жертву Подёнщика этого года, – сообщил капитан Малышко.

– Предполагаемую жертву? – уточнил Тихомиров.

– Нет, уже проверили – записка есть. – Малышко подождал, пока майор заберёт свой стаканчик, выбрал «американо» и продолжил: – Да и без записки всё ясно: изнасилована, избита, руки и ноги стянуты проволокой.

– Чёрт. – Тихомиров поморщился. – Когда она пропала?

– В июне. И записка соответствующая. – Малышко сделал маленький глоток. – В общем, здесь урод, здесь и продолжает убивать.

В начале каждого года все крымские полицейские надеялись, что маньяк больше не появится, и чем дольше не появлялась новая жертва, тем крепче становилась эта надежда. И тем сильнее было разочарование, когда в пещере или расселине, в заброшенном здании или просто в лесу, находили очередную мёртвую женщину. Выручало, если в данном случае уместно применять подобное определение, только то, что Подёнщик убивал исключительно летом – по одной жертве в месяц. Но убивал уже десять лет, и взять его не получалось.

– Кто на этот раз?

– Двадцать четыре года, из Екатеринбурга.

– Хорошо спрятал?

– Надёжно, – подтвердил Малышко.

– А нашли быстро, – заметил Тихомиров.

– Случайно получилось, – рассказал капитан. – Подёнщик её оставил в глубокой расселине, но туристы туда телефон уронили, полезли искать и увидели тело. Поэтому сейчас все на ушах стоят, и если у тебя были запланированы какие-то совещания с шефом, то забудь – все занимаются Подёнщиком.

– У меня вчера с ним было совещание, – проворчал Тихомиров.

– Тогда хорошо.

– Да не то чтобы очень.

– Навтыкали? – с пониманием поинтересовался Малышко.

– Заданий надавали.

– Тоже так себе результат.

– Угу. – Тихомиров увидел, что за разговором выпил почти весь кофе, запустил в автомате ещё одну порцию и спросил: – Фотку жертвы в системе выложили?

– Да.

– Надо будет посмотреть.

Малышко хотел что-то добавить, но из кармана майора подал голос телефон, и Тихомиров, посмотрев на экран, показал, что придётся ответить:

– Привет. – Звонил капитан Алексеев из Утёса, и майор надеялся, что с хорошими новостями. – Что-то случилось?

– Чащин выписался из отеля и явно собирается уезжать. Он тебе сообщил?

– Ещё нет, – протянул Тихомиров. – А ты откуда знаешь?

– Договорился с сотрудниками отеля держать меня в курсе.

– Отличный ход… Стоп. Подожди секунду. – Майор открыл пришедшую эсэмэску: «Переезжаю на новое место, чтобы заработать немножко денег на жизнь и налоги. Ближайшие несколько дней проведу здесь». Далее следовали координаты.

– Предупредил? – догадался Алексеев.

– Предупредил, – подтвердил Тихомиров. – Я приеду часа через три.

– До встречи.

За разговором майор вернулся к себе, а отложив телефон, за двадцать минут окончательно