Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

Поначалу Дамер шел на контакт, но на вопросы отвечал расплывчато. Он сказал, что работает на шоколадной фабрике «Амброзия» в центре города. Дамера спросили про наручники, почему не удается их открыть и нет ли у него каких-либо психических отклонений. Дамер признался, что это он надел наручники на Эдвардса, но не мог объяснить почему. Эдвардс же пошел еще дальше и сказал, что Дамер угрожал ему большим ножом. Тот никак на это не отреагировал, но ответил, что ключи от наручников должны быть в спальне, и указал на дверь. Он пригласил офицера Мюллера пройти, но затем, казалось, что-то вспомнил – и ринулся к двери сам. Но офицер Раут попросил его отойти.

Между тем Мюллер сразу заметил, что под кроватью действительно лежит большой нож, а в открытом верхнем ящике комода – множество полароидных фотографий обнаженных мужчин. Просмотрев их, он с ужасом понял, что на многих из них изображены отрубленные головы, расчлененные конечности, разлагающиеся человеческие торсы; по окружающей обстановке на фотографиях было понятно, что это не коммерческая поделка – их сделали в той же спальне. Ошарашенный Мюллер вернулся в гостиную с фотографиями в руке.

– Эти фото настоящие, – сказал он Рауту.

В этот момент Дамер, казалось, пришел в себя. Пытаясь его задержать, Раут подошел к нему, и двое мужчин, сцепившись в борьбе, упали на пол. Полицейский, удерживая Дамера за руку, сел на него сверху, но тот сумел протянуть другую руку и с силой ущипнуть Раута за бедро. Раут вскрикнул от боли, к нему подскочил Мюллер, чтобы помочь обезвредить Дамера. Они вызвали еще одну патрульную машину, и в 23:50, когда подозреваемый лежал прижатым к полу, на место прибыл офицер Шессоу. Он вернулся в машину за наручниками, и уже после этого Джеффри Дамера соответствующим образом арестовали.

Для Дамера это стало концом очень долгого пути – но для полиции же он только начинался. Трейси Эдвардс рассказал, что Дамер надел на него наручники, когда он подошел к холодильнику, чтобы взять пиво. При этом хозяин квартиры предупредил, что Эдвардс увидит там кое-что и не поверит своим глазам. Рольф Мюллер открыл дверцу холодильника и обнаружил на нижней полке картонную коробку, в которой лицом вверх лежала отрубленная голова чернокожего мужчины. Он быстро закрыл дверцу.

Дамер, которого все еще прижимали к земле, в этот момент повернул голову и проговорил:

– За то, что я сделал, я должен умереть.

После этого офицеры позвонили в бюро уголовных расследований, и вскоре после полуночи крошечная квартира Дамера была забита полицейскими, медицинскими работниками и пожарными.

В 00:05 первым на место происшествия прибыл детектив Джеймс Девалкенаэр. Он начал осматривать спальню и составлять опись найденных в квартире Дамера предметов; Майкл Дабис и Патрик Кеннеди, которые прибыли на место в 00:15, приступили к допросу подозреваемого. Через шесть месяцев именно Кеннеди в полной тишине зала суда зачитает первую часть признательных показаний. В 00:30 об инциденте оповестили офис судебно-медицинской экспертизы округа Милуоки и конкретно доктора Джеффри Джентцена, который немедленно сообщил обо всем своим коллегам. Ширли Гейнс прибыла в квартиру в 00:45, доктор Аллен Стормо присоединился к ней в час ночи, а затем прибыл и сам доктор Джентцен с помощником судмедэксперта доктором Джоном Теггацом. Еще один полицейский, Джеймс Шенекер, также прибыл туда вместе с экспертом по идентификации Ральфом Бэзилом. Именно эти двое провели ночь, делая фотографии места происшествия и предметов, которые нужно было забрать оттуда, – всего сто шесть снимков. Последним, вместе с лестницей и специальным приспособлением – «устройством для перевозки потенциально опасных материалов», – прибыл начальник пожарной охраны Кевин Кларк. С помощью этого оборудования он собирался забрать из спальни большую синюю бочку, источавшую ядовитый химический запах.

Тем временем подозреваемого в сопровождении детектива Патрика Кеннеди увезли в полицейский участок для первого допроса, который длился почти шесть часов – с полвторого ночи до 7:15 утра. После этого Дамера будут допрашивать еще два часа, а в течение двух следующих недель его ждет множество подобных бесед, по длительности сравнимых с марафонским забегом. Подозреваемый не только смирился и начал сотрудничать со следствием, но и сам захотел во всем сознаться: снять с души груз, избавиться от невыносимых и отравляющих ему жизнь воспоминаний.

– Думаю, в каком-то смысле я и сам хотел, чтобы все это закончилось, – признается он намного позже, – даже если это уничтожит и меня самого.

Само признание он представлял себе как «очищение и… обновление»[151]. Джеффри Дамер рассказал постоянно моргающему детективу Кеннеди, который и не подозревал о совершении каких-либо преступлений, что за прошедшие четыре года он убил в Милуоки шестнадцать человек, причем шестерых из них – в течение последних нескольких недель; рассказал, что он обезглавил, расчленил и обезличил тела, а все, что от них осталось, выбросил в мусор; что некоторые из черепов он оставил себе, а некоторые тела поместил в кислоту, чтобы они полностью растворились. Рассказал, что началось все еще в 1978 году в штате Огайо, когда он кувалдой расчленил свою первую жертву и разбросал эти части в лесу; что троих мужчин он убил и расчленил в доме своей бабушки; а затем – ровным, мягким и монотонным голосом – сообщил, что потребуется примерно час, чтобы сварить человеческую голову.

От внезапно свалившейся на него информации детектив Кеннеди пребывал в легком шоке; он вышел из комнаты для допросов в оцепенении и сомнениях, сообщив одному из своих коллег, что Дамер, должно быть, фанатик или псих. Одного Кеннеди еще не знал: пока он всю ночь допрашивал Дамера, следователи в квартире 213 собирали доказательства, подтверждающие каждое слово его признания. Кеннеди дали понять, что он слушал не исповедь претенциозного, жаждущего внимания чудика, а голые факты, лишенные выдумки и эмоций. Это и стало переломным моментом.

Пришло время узнать, что именно было найдено в квартире Дамера. Это поможет нам понять, какой информацией обладали окружной прокурор, адвокат Джеральд Бойл и казавшийся бесконечным парад психологов и психиатров, одни из которых прилагали тяжелые и даже мучительные усилия, стремясь понять, что именно случилось и почему; в то время как другие пытались смягчить уже известные факты и привести дело к благоприятному исходу. Но никто из них не приступал к делу, заранее не вооружившись хоть какой-либо информацией, – так что не будем и мы.

Двери квартиры 213 – и внешняя, и внутренняя – надежно защищены несколькими замками и сигнализацией. На стенах в спальне и