Маневр пустого города - Юнь Хуянь

Вопрос в том, что система, по которой организована полиция, идентична военной и так же, как в армии, здесь существует строгая система субординации, особенно между сотрудниками полиции, работающими на одной территории. Офицер хоть на одну ступень выше рангом уже внушает страх нижестоящему, вплоть до того, что у нижних чинов формируется особая реакция – что-то вроде условного рефлекса, запускающего благоговейный трепет при виде начальства. В народе говорят: «Считай черты, потом цветы, но ветвь оливы – им всем кранты»[51]. И это не шутка. Конечно, если бы в такой ситуации оказался, например, Ма Сяочжун – человек, известный своей изворотливостью, – то пусть перед ним был бы хоть сам министр общественной безопасности, если бы Лао Ма не хотел отвечать, он с неизменной радостной улыбкой на лице наплел бы небылиц и наверняка бы выкрутился. Но Фэн Ци был не такой. Он был слишком «правильным» и «законопослушным» полицейским, поэтому, когда Лэй Лэй спросил его о задании, он и сам не помнил, как выпятил грудь, а когда до него дошло, что он уже раскрыл свое имя и звание, было слишком поздно.

Он, запоздало пожалев о случившемся, захлопнул рот и застыл, не произнося больше ни слова.

Лэй Лэй, сразу смекнув, в чем дело, тут же сменил тон и равнодушно произнес:

– Неважно, что у вас за задание. Вы уже совершили ошибку, вы это понимаете?

Это было очень разумное замечание. Во-первых, при выполнении задания полицейскому очень сложно избежать ошибок. А во-вторых, не беречь себя при выполнении задания – профессиональное упущение. Но Фэн Ци подумал о том, что зря он не послушал Тянь Ин и ни с того ни с сего спустился вниз. Не так страшно, что он ранен, – намного хуже то, что теперь отделение интенсивной терапии защищено уже не так надежно, как раньше, ведь главный принцип охранной работы заключается в том, чтобы избегать непредвиденных осложнений, а он, как назло, вляпался в неприятности. Так что Лэй Лэй ничуть не преувеличил, упрекнув его в том, что он «совершил ошибку».

Фэн Ци невольно склонил голову.

Лэй Лэй ухватился за возможность и протянул руку со словами:

– Ладно, об этом поговорим в другой раз, сначала отдайте пистолет.

Фэн Ци думал, что он не оправдал доверия начальства, с заданием вышла промашка, да еще и подвел Тянь Ин – теперь и у нее могут быть из-за этого проблемы. Он словно в полусне потянулся рукой к поясу и уже собрался отдать оружие Лэй Лэю, но, когда его пальцы уже коснулись пистолета, кто-то громко крикнул:

– Офицер Фэн!

Фэн Ци замер и поднял взгляд: это был Лао Чжан. Хотя он не понял, зачем тот его окликнул, сознание в один миг прояснилось!

«И не ясно, он враг или друг» – вспомнил Фэн Ци свои же слова, которые совсем недавно говорил Чжоу Юнь. Как вышло, что под давлением Лэй Лэя он сам утратил способность мыслить здраво и чуть было не повелся на его уловку?!

И ведь еще немного – и все пропало бы!

Фэн Ци убрал руку от оружия и твердо сказал:

– Какое вы имеете право требовать у меня пистолет?! Прошу вас отойти и не мешать мне выполнять задание!

Щека Лэй Лэя судорожно дернулась. Он понял, что упустил свой шанс, обернулся, зло глянул на Лао Чжана, а потом снова повернулся к Фэн Ци и прорычал:

– Согласно уставу, в случае если сотрудник полиции, в одиночку выполняя задание, получает ранение, чтобы избежать попадания оружия в руки преступных элементов, он обязан передать его на хранение товарищам, прибывшим в качестве подкрепления или оказавшимся на месте.

В уставе действительно был такой пункт, однако Фэн Ци возразил:

– Я не один выполняю задание, наверху есть еще один сотрудник!

Сказав это, он тут же пожалел. Одной фразой он не только раскрыл число занятых на охране объекта, но и выболтал место его расположения!

Фэн Ци был готов сквозь землю провалиться, понимая, что этот Лэй Лэй существенно превосходит его не только званием, но и хитростью. Потом ему на ум пришли слова, которые он часто слышал от Ма Сяочжуна: «Братец, неважно, какую работу ты делаешь, – ты можешь быть честным и прямым парнем, но твои честность и прямота не должны граничить с идиотизмом!» Но что толку думать об этом сейчас? Он уже своими руками распахнул перед Лэй Лэем двери отделения интенсивной терапии…

В этот момент со стороны входа в главный корпус послышался скрип тормозов, затем хлопнула дверь машины, и раздались торопливые шаги в коридоре, ведущем в зал. Через мгновение показался Ху Лайшунь; по лицу у него ручьями лился пот, на бегу он кричал:

– Медсестры! Медсестры! На помощь! Скорее! Нужно перенести больных!

Не дожидаясь остальных, Чжоу Юнь, толкая перед собой каталку, со скоростью ветра ринулась к выходу. Резиновые колесики каталки бешено вертелись, как раскрученные волчки, стремительно неслись по полу, на ходу вихляя из стороны в сторону, подпрыгивая, подрагивая, проскальзывая, вразнобой позвякивая и дребезжа…

Действие четвертое. Разрушенный город

К приходу армии твоей

Дочи́ста выметены улицы Сичэна,

И Чжугэ Лян готов подать тебе, Сыма,

Из рук своих

Приветственную чарку благоуханного вина.[52]

1

Нельзя терять ни секунды!

Чжоу Юнь быстро распределила пострадавших детей между палатой реанимации и первой палатой наблюдения. Всем на лица надели кислородные маски, а затем уже каждому в зависимости от наличия конкретных симптомов или поставили капельницы с большой дозой витамина С для нейтрализации токсинов, или промыли глаза физраствором и нанесли эритромициновую мазь для предотвращения конъюнктивита, или приняли другие лечебные меры. Одновременно с этим взяли на анализ кровь, сделали электрокардиограмму, рентген грудной клетки, чтобы проверить, нет ли каких-либо специфических заболеваний. Чжоу Юнь, ни на миг не останавливаясь, перемещалась по палатам, раздавала указания, консультировала, исправляла недочеты и даже успевала кое-что сделать собственноручно. То с ловкостью фокусника заливала лекарства сразу в несколько небулайзеров, то отмечала в журналах, висевших в изголовьях кроватей, какие процедуры выполнены, чтобы позже перенести эти записи в истории болезней, то строгим взглядом или словом указывала Да Нань на необходимость отрегулировать скорость введения инфузионного раствора в соответствии с показаниями персонального монитора, то, склонившись над хнычущим ребенком, с улыбкой подбадривала его: «Ну-ну-ну, ты же мужчина». Благодаря своевременному оказанию помощи общее состояние маленьких пациентов оставалось удовлетворительным. Чжоу Юнь взяла у тренера номера телефонов их родителей и велела