Маневр пустого города - Юнь Хуянь

избалованная красавица-жена этого важного человека, у которой случился аллергический насморк. По обычаю, ему следовало с важным видом тщательно осмотреть больную и выписать лекарство, чтобы никто и подумать не мог, что драгоценная госпожа несколько преувеличивает тяжесть своего состояния. Но в душе он беспокоился о пациентах, оставленных в больнице, поэтому произнес всего одну фразу: «Отдайте кошку на передержку в ветлечебницу, и скоро все само пройдет», – и поспешно откланялся. У входа в амбулаторный корпус его настиг еще один телефонный звонок из городской администрации. Сказали, что проходит конференция, посвященная взаимоотношениям врачей и пациентов, и ему обязательно нужно быть там, пропустить мероприятие никак нельзя. В результате Лао Сун был вынужден снова сесть в машину и отправиться к высотке, где располагалось Городское управление Пинчжоу.

В конференц-зале на втором этаже, пол в котором покрывал плотный ковер, расшитый золотыми пионами, было тепло и тихо. Внутри собрались все крупные и мелкие городские начальники. Перед несколькими телевизионными камерами они, попивая целебный чай из импортных термокружек, обернутых в специально потрепанные чехлы, по очереди высказывались о том, как когда-то в неопределенном будущем в отношениях между врачами и пациентами наконец наступит гармония. Они говорили, что для благотворных перемен в отношениях «врач – пациент» ключевым моментом является создание механизма для их беспрепятственного общения, создание механизмов разрешения конфликтных ситуаций, укрепление профессиональных этических качеств врачей, совершенствование механизмов регламентации врачебной морали и норм поведения врачей, создание для пациентов благоприятных условий при обращении к врачу…

Те люди, которые плачут, сидя на холодном полу в больничном коридоре…

Когда подошла очередь Лао Суна произнести речь, он сказал: «Я полагаю, если мы хотим улучшить отношения между врачами и пациентами, нужно начать с обеспечения справедливого и разумного распределения ресурсов системы здравоохранения».

– Заведующий Сун, прошу вас, объясните вашу мысль подробнее, – сказал тот начальник, жену которого недавно осматривал Лао Сун. В уголках его рта играла насмешливая полуулыбка.

Лао Сун не собирался много говорить, но эта улыбка была ему отвратительна, и он выразил свое мнение без обиняков:

– «Монахов много, каши мало». В этом и есть основная причина конфликтов между врачами и пациентами в нашей стране. В такой ситуации следует максимально сократить процент пациентов, приходящих в больницу без достаточного повода, чтобы медперсонал мог бросить все силы на защиту здоровья широких народных масс.

И затем, будто в издевку, добавил:

– Я прощу прощения, я недавно из больницы, там сейчас действительно очень много пациентов. Я думаю, все уже в курсе: сейчас распространяется какая-то острая респираторная инфекция. Я не принимал достаточных мер, чтобы защитить себя, поэтому, чтобы не заразить всех присутствующих, я лучше пойду.

После этих слов Лао Сун встал и ушел.

Выслушав рассказ мужа, Чжоу Юнь невольно улыбнулась, тоже взяла раскладной стул и села рядом с ним. На балконе с приоткрытым высоким окном в пол было прохладно, и она сначала просунула ладони в мужнины рукава, потом положила голову ему на грудь, а затем уже всем телом уютно расположилась в его в объятьях, совсем как раньше, в студенческие времена, когда они сидели ночами на скамейке в самом глухом уголке университетского сада.

– Не грусти. – Она медленно провела пальцем по трем вертикальным морщинкам между его бровями, будто собиралась стереть их. – Раньше, когда мы вечером приходили домой, всегда только я плакалась тебе, а ты никогда не жаловался, а сегодня почему-то все наоборот.

– Да я просто рассердился. Сейчас очень сложная обстановка с распространением этой инфекции. В центре много раз подчеркивали, что нужно уделять этой тенденции особое внимание, а у них еще хватает времени собираться, чтобы выдувать эти абсолютно бестолковые пузыри… – мрачно произнес Лао Сун. – Да, все верно, есть много причин, по которым происходят конфликты между врачами и пациентами, но корень проблемы один, и они все это знают, но все делают вид, что нет. Например, ты часто жалуешься, что пациенты тупые, невежественные, упертые и недалекие, это правда выливается в то, что они зачастую неправильно понимают, как работают врачи. Вплоть до того, что происходит вся эта мерзость, когда врачей оскорбляют или бьют. Но почему они такие тупые и невежественные? Разве не потому, что сейчас повсюду – на радио, телевидении, в газетах и соцсетях – лживой, ошибочной информации, когда постоянно нахваливают универсальные средства от всех болезней, стало так много, что она заслоняет собой небо и землю, повсюду скалит зубы и выпускает когти? И с этим не только не борются, а наоборот, поощряют все это! Для того чтобы получать астрономические доходы от рекламы, они на публике произносят суровые и резкие слова, делая вид, что пылают праведным гневом и терпеть не могут этих подлецов и мошенников, а за кулисами тайком работают с ними заодно, обедают вместе, пьют вино и произносят заздравные тосты; а тем временем врачей оскорбляют и наносят им увечья, и я, как врач, полон решимости бороться с этим, но последние несколько лет назначение дорогих лекарств, получение красных конвертов, направление на повторные обследования – разве не этим занимались те немногие паршивые овцы в наших рядах? Почему врачи носят белые халаты? Для того, чтобы дать понять пациентам: наше дело не терпит грязи, а если мы сами своими действиями позорим святость и чистоту нашей профессии, то что мы сможем противопоставить критике и осуждению? Ты постоянно замечаешь, что когда я встречаюсь с трудными пациентами, то всегда говорю с ними с улыбкой, терпеливо и без спешки. На самом деле это потому, что я часто ставлю себя на их место: врачам приходится трудно и тяжело, они устают – кто не знает об этом? А что насчет больных? Им не трудно? Им не тяжело? Они не устали? Особенно те, кто приехал из бедных районов, взяв с собой немного денег, которые скопил, отказывая себе в самом необходимом. Дотащив до города свое измученное уже нестерпимой болью тело, в такое холодное время они даже не могут позволить себе остановиться в гостинице и спят на улице, укрывшись захваченным из дома ватным одеялом, которое за ночь промерзает так, что становится твердым, как лист железа. Когда они утром стоят в очереди за номерками, у них на волосах блестит иней. Приезжая в больницу, они надеются, что мы сможем вылечить их болезнь, но из-за того, что у возможностей медицины есть предел, иногда исцеление, которого они так жаждут, оказывается недостижимым. Тогда они ворчат, сетуют или даже бранятся. Как можно быть настолько жестоким, чтобы упрекать их? Возможности медицины ограниченны, но сочувствие врача к пациенту должно