Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

Слушая Явлонскую, я продолжала смотреть на отца. Он подошел ко мне, явно не выдержав такого давления, и произнес:

– Мы поговорим после. Это слишком личный разговор.

– Что ты скрываешь от меня, папа? – тихо спросила я.

– После, я сказал, – отрезал отец, а Софья Александровна негромко рассмеялась.

– Вы не сможете вечно хранить эту тайну, – заметила она, и мое любопытство достигло апогея.

Я схватила отца за руку:

– Мы поговорим сейчас! Если не желаешь при всех, можем уединиться, благо в этом доме предостаточно пустых комнат, – сказала я и впилась в его лицо долгим взглядом.

Мой отец – князь, сильный, самый храбрый, самый смелый, отец, которым я всегда гордилась, который всегда поддерживал меня и казался мне той нерушимой стеной, за которой можно спрятаться от всего мира – вдруг отвел глаза.

– Хорошо, – согласился он.

Вот только графиня была против. Она решительно поднялась и так громко стукнула тростью об пол, что все взоры обратились к ней.

– Общайтесь сколько душе угодно, но сначала отдайте мне зеркало! Боюсь, у нас просто больше нет времени вести беседы. Милочка, – посмотрела на меня женщина, – я слышала, что на вас было совершено нападение. Тень, не так ли?.. О, вижу по выражению вашего лица, что это правда. Так вот, она нападет снова. И я – ваш шанс ее остановить.

– Расскажите все, что знаете.

Горич не попросил – он потребовал. И женщина улыбнулась, явно не желая отвечать на вопросы.

– Вы здесь вообще ни при чем, господин следователь, – заявила она. – Ни вы, ни сотрудники вашего отдела помочь не сможете. Все, что вы можете, – это просто умереть, встав на пути у тени.

– Только не я, – ответил Софье Александровне мой куратор и улыбнулся так, что женщина вздрогнула.

Ее взгляд пробежал по джарганцу. На миг она прикрыла глаза, и я ощутила, что маг пытается изучить Горича. А он ей позволяет делать это. Секунда, другая, – и Явлонская, распахнув глаза, проговорила:

– Ваша правда. Вы сможете противостоять. Но это продлится недолго. Вас просто не хватит, господин следователь. Боюсь, что вам приходится жертвовать слишком многим, а ваши силы не запредельны.

– Рассказывайте все, что знаете, – выслушав графиню, велел Милош, и даже я, на какое-то время позабыв о разговоре с отцом, приготовилась слушать.

Явлонская, выдержав паузу, кивнула.

– Хорошо. Возможно, вы правы. Я расскажу. Но затем вы отдадите мне зеркало, – добавила она, поставив свое условие.

– Все будет зависеть от того, что именно мы узнаем от вас, – возразил ей Горич.

Она усмехнулась. Руки на рукояти трости немного расслабились, но спина графини оставалась невероятно прямой.

– Я давно знаю о зеркалах. Полагаю, вы уже поняли, что мы с Петром Феоктистовичем были в какой-то степени близки. Наверное, нас можно было назвать друзьями, но ничего романтического, если вы подумали сейчас об этом… Мы с Петром познакомились после его возвращения из Джаргана. Это был тяжелый человек с непростым характером, но нас с князем объединяла общая любовь к артефактам. И чем опаснее артефакты, тем интереснее они казались нам. – Графиня выдержала паузу. – Мы стали своеобразными конкурентами и пытались перехватить друг у друга нечто новое и опасное, знали, где купить редкости и у кого. Но единственное, чего я в действительности желала, – это зеркала братьев из Джаргана.

Взгляд Софьи Александровны скользнул по нам, внимательно ее слушающим.

– Да. Зеркал – три, как и братьев. Согласно легенде, они создали их и каждый сохранил в своем зеркале большую часть своей магии. Самым сильным из братьев Томичей считался младший. Ему же приписывалась великая победа, в которой он уничтожил огромную армию врагов, угрожавших Джаргану. Но я-то знаю правду. Знал ее и Петр. Этот Аврат был злодеем, каких свет не видывал. Он просто экспериментировал, уничтожая врагов, его целью было осмысление масштабов собственной силы, а не помощь своей стране. – Явлонская снова улыбнулась. – Вижу, легенду вы знаете. Ни один из вас, за исключением князя Павла Феоктистовича, не удивился, услышав мое предисловие, – заметила она.

– Продолжайте, – хмуро бросил Милош и покосился на окно.

Да, у нас еще было время, но лично я не была уверена, что тень нападает исключительно ночью. Отчего-то стало страшно. А графиня пока не пролила свет на нашу беду.

– Никто не знал, что случилось со старшими братьями Томичами. Никто, кроме Петра. Во время своей практики на севере он нашел занимательную библиотеку, полную редких книг. Там Петр отыскал тайник, в котором хранился дневник самого Аврата. Из него он узнал, что младший Томич убил своих братьев, надеясь завладеть их силой. Но старшие маги то ли подозревали своего брата в чем-то подобном, то ли просто были слишком осторожны. Они спрятали свои зеркала, и Аврат не смог заполучить их и, соответственно, силу своих братьев.

– Говорите короче, графиня, – потребовал Горич.

– Я пытаюсь объяснить все подробно, чтобы потом не было вопросов, – ответила маг.

– Господин Горич, позвольте ее сиятельству договорить, – попросила я.

Несмотря на страх перед тенью, мне хотелось понять, что происходит и с чего все началось.

– Эта тень – Аврат, – сказала женщина, кивнув мне, как показалось, с благодарностью. – Он слишком силен и жив до сих пор, но, как вы уже убедились, выглядит крайне плачевно и неразрывно связан со своим зеркалом. Когда все три зеркала соединятся, он сможет снова обрести плоть и силу, и боюсь, что тогда Атрон будет первым царством, которое падет к ногам древнего мага. А я, – графиня вскинула голову, – я хочу это остановить.

– А как же дядя? – не удержалась я от вопроса.

Глаза Явлонской сверкнули.

– Петр? Он наивно полагал, что сможет спрятать в своем тайнике одно из зеркал. И никак не хотел объединиться и искать третье.

– Но откуда у вас зеркало? – спросил Милош.

– Какая разница? – пожала плечами Софья Александровна. – Купила. Давно. Когда еще понятия не имела, какое чудо у меня в руках.

Я посмотрела на женщину и вдруг поняла, что она что-то утаивает от нас. Недоговаривает нечто важное. Все не так просто. Не думаю, что графиня настолько самоотверженно пытается спасти мир. И она могла сразу рассказать мне все, когда просила продать ей сперва дом, а затем и зеркало. Но она предпочла утаить это. Я не верила ей. Нет, часть того, что она рассказала, – правда. А другая часть…

– Если вам это так интересно, господа, то я приобрела зеркало у скупщика краденых артефактов и заплатила за него ничтожную сумму, скрывать это не стану. А потом я побывала в тайнике