Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

На ум приходил только один человек, к которому мы могли обратиться. Мама. Придется признать, что я была неправа. В ответ она замучает меня фразами: «Я же говорила. А чего ты ожидала?», но, наверное, я это заслужила. Мама меня не бросит. В прошлом у нас были разногласия, но все они происходили из-за моих отношений с Ником. Теперь, когда у нас с ним все кончено, мы с мамой сумеем найти общий язык, думала я.

Неужели это правда? Неужели моему браку действительно настал конец? В приступе паники у меня закружилась голова. Этого не могло происходить, и в то же время я знала, что это происходит. Выпив полный стакан холодной воды, я постаралась выровнять дыхание.

Из видеоняни доносились звуки. Эмили проснулась. Я слышала, как она булькает и лепечет у себя в кроватке. Надев маску спокойной, счастливой мамы, я направилась наверх.

* * *

Я отвезла Эмили в ясли, а едва вернувшись домой, позвонила маме и все ей рассказала.

— Вот козел, — отреагировала она. — Но я не удивлена. Один раз изменил — изменит снова.

Пришла домработница, поэтому я спряталась в спальне и понизила голос до шепота.

— Но я не понимаю, почему он к ней вернулся? Мы были так счастливы, у нас не было никаких проблем. Это просто бессмысленно.

Мама тяжело вздохнула.

— Я о таком уже слышала: секс с бывшей не считается настоящей изменой. Скорее всего, она поднесла ему себя на блюдечке, и он тут же поплыл. Ник ничем не отличается от других мужчин. Они все рабы своих причиндалов.

— Не говори так.

Мне было слышно, как мама затянулась сигаретой.

— И что он тебе ответил?

Я секунду помолчала.

— Я не спрашивала. Он сейчас в Париже, сказал, что по делам, но возможно, что и с ней. Это так… так унизительно. Я не могу сражаться с Джен, она мне не по зубам. Мне просто нужно уйти. Прямо сейчас.

— Хм-м-м… Это плохая идея, — ответила мама. — Он должен уйти, а не ты.

— Но он сегодня возвращается, — захныкала я. — Что мне ему сказать? Я не могу притворяться, что все хорошо, не могу спать с ним в одной постели, зная…

— Слушай меня, Наташа, — перебила мама посуровевшим голосом. — Хватит себя жалеть. Тебе нужно занять сильную позицию, прежде чем приступать к решительным действиям. Ты не можешь просто сбежать оттуда без гроша в кармане. Поговори с адвокатом, пусть даст тебе юридический совет.

Ее слова звучали разумно, но я не хотела их слышать. Я не хотела ждать, мне хотелось действовать немедленно.

— Пожалуйста, можно мы поживем у тебя? — спросила я тихо, но с надеждой.

Мама поколебалась, прежде чем ответить:

— Не хочу быть жестокой, милая, но сначала тебе нужно решить свои проблемы. У меня не так много места, особенно для ребенка. Я не могу позволить себе держать отопление включенным весь день и кормить вас. Ты же знаешь, я получаю минимальную зарплату.

— Мам, нам пока не нужно отопление, и я тебе помогу.

— Я серьезно, Наташа. Ты должна быть сильной. Не будь такой же дурочкой, как я. Твое сердце завело тебя в эту передрягу, теперь твоя голова должна тебя оттуда вывести.

Глава 13

Тогда

Наташа

Ник прислал сообщение о том, что его обратный рейс из Парижа сильно задерживается, и велел не ждать. Он вернулся незадолго до полуночи, когда я уже погасила свет и легла в постель, притворяясь, что сплю. Но на самом деле я не спала, все мои чувства были настороже, как у животного, которое чует приближение хищника. Сердце бешено билось, глаза подрагивали под закрытыми веками. Я едва сдержала дрожь, когда он скользнул под одеяло. Прикосновение его кожи было прохладным и свежим, но вместо возбуждения, которое всегда охватывало меня прежде, я почувствовала брезгливость. Он действительно ездил по делам или провел последние сутки с ней?

Эмили проснулась рано, часов в шесть, и я тут же пошла к ней. Я уже давно не спала и только обрадовалась возможности наконец встать. Отнесла ее вниз, включила телевизор. Там как раз шел один из ее любимых мультиков, поэтому я оставила ее смотреть, а сама пошла сделать себе чаю.

Атмосфера в доме изменилась. Я чувствовала себя неприкаянно, словно приехала на выходные в чужой роскошный дом, пользуюсь чужими вещами и притворяюсь, что живу жизнью хозяев. Обвела взглядом все наши бытовые приборы: навороченный кухонный комбайн, дорогущую соковыжималку, профессиональную кофемашину и хлебопечку. Это передовое дизайнерское барахло было мне не нужно — я старалась привыкнуть, чтобы порадовать Ника, но в душе оставалась обычной девчонкой из муниципального района. Я всегда была здесь не своя, самозванка. Неожиданно последние годы моей жизни стали казаться затянувшимся маскарадом.

Ник спустился часом позже, когда мы с Эмили завтракали.

— Доброе утро, красотки, — сказал он, целуя нас обеих в щеку. — М-м-м, каша, животику вкусно.

— Животику, — повторила Эмили, размазывая кашу по пижаме.

Ник включил кофемашину, сделал себе тост.

— Все в порядке? — спросил он спустя несколько минут в тишине. — Ты кажешься какой-то… холодной.

— Что? Нет, все в порядке, просто устала, — я отвернулась, поджав губы. Я собиралась вести себя будто ничего не случилось, но у меня явно плохо получалось. — Как Париж?

— Да как обычно. Ссорились из-за денег. Хотя меня накормили фантастическим обедом, так что грех жаловаться. Стейк был просто волшебный, а шоколадный торт… боже, я чуть не умер от наслаждения. Мы обязательно должны как-нибудь туда съездить, тебе понравится, — его голос звучал ровно, так, будто он говорил правду. Но я по опыту знала, что мой муж превосходный лжец: ведь он постоянно врал Джен, когда изменял ей со мной. Нужно было не забывать об этом.

* * *

Следующие несколько недель Ник в основном работал из дома. Он засел у себя в кабинете на верхнем этаже и не выходил оттуда часами. Иногда я слышала, как он разговаривает по телефону, расхаживая из угла в угол, и потолок в комнате Эмили скрипел от его шагов. Раньше я мечтала, чтобы он проводил дома больше времени, но сейчас его постоянное присутствие меня пугало. Мне чудилось, будто он наблюдает за мной, словно зная, что я планирую побег.

Сэма я не видела, «Рэндж Ровер» все время стоял рядом с домом. Где же он? Неужели уволился, как и говорил? Я не решалась спросить, опасаясь, что вызову подозрения. Мне не хотелось, чтобы он из преданности мне отказался от работы. А