Зарубежный детектив 2026-10 - Кейт Аткинсон

рисковать собой ради этого. Мало того, он ведь посвятил Маттейса лишь в половину дела. Но хуже всего было то, что до этой минуты он ни разу не испытывал по этому поводу никаких угрызений совести. Никки Ландсаат определенно пробудила в нем нечто дремавшее — такие крайне непрактичные вещи, как чувства и подобие совести.

Да, он понимал, почему Маттейс Бергфельд лишился дара речи, прежде чем продолжить:

— В офисе де Виреса я случайно подслушал его телефонный разговор. — Маттейс говорил медленно, словно бережно восстанавливал детали в памяти. — Он был сильно взволнован, а потом в резкой форме велел мне забыть всё, что я услышал.

— И что же ты услышал, Маттейс?

— Только то, что он повторял сам. Что через пару дней сможет передать им какой-то план действий по «Кью-Петрол».

— Он получит лишь то, что я сам ему дам. И что дальше?

— Потом он сказал: «Помните, что он сделал для вас в Бо-де-Провансе». Но я понятия не имею, о ком шла речь и что это вообще такое — Бо-де-Прованс.

Петер кивнул, мысленно благословляя Никки. — Зато я знаю, Маттейс. Тебе об этом думать не надо.

— После этого он потребовал соединить его с кем-то, но ему отказали. Тогда он спросил, уж не собираются ли они перебить всех этих двести человек по очереди, и поинтересовался, что на это скажут американцы.

— Он упоминал Салахуддин?

— Нет.

— Отель Алькадра?

— Нет.

— И ты не знаешь, кто эти двести человек?

— Нет. — Маттейс глубоко вздохнул. — И еще кое-что, о чем я хотел сказать раньше. Я видел Никки Ландсаат в офисе «М-Консалт».

Все-таки разглядел. Петер кивнул: — Забудь про Никки Ландсаат. Ты кому-нибудь говорил об этом, Маттейс?

— Конечно нет, за кого ты меня принимаешь? Но кто вообще такой этот Марк де Вирес?

— Настоящий дьявол, Маттейс, уж поверь мне. И держись от него и от Томаса как можно дальше! Оставайся в офисе, завтра увидимся.

Петер просмотрел все газетные статьи о Салахуддине в сети и нашел то, что искал. Новости были тревожными. У Марка де Виреса были все основания опасаться за жизнь своего брата.

Откинувшись на спинку кресла, он смотрел на прилегающую к собору площадь, заполненную людьми, спешащими с работы домой. Затем бросил взгляд на часы, принял решение и достал с полки над столом небольшую книгу — справочник «Главные представительства дипломатической службы». Потребовалось всего мгновение, чтобы найти телефон американского посольства в Гааге. Пробежав глазами список сотрудников посольства, он остановил выбор на полковнике Ронни Льюисе из ВВС США. Напротив его имени стояла аббревиатура ODC — сотрудник отдела оборонного сотрудничества.

Он набрал номер.

— Соедините меня с полковником Ронни Льюисом, пожалуйста, — попросил он секретаря.

— Полковника Льюиса сейчас нет на месте. Что-нибудь передать?

Петер снова заглянул в список. Джон Залевски, DEA. «Наверное, это означает военный атташе?» — подумал он.

— А Джон Залевски на месте?

— К сожалению, нет. По какому вы вопросу?

— Я бы хотел получить информацию о Констанде де Вере. Полагаю, он находится в заложниках в отеле «Алькадра» в Салахуддине, Ирак.

На том конце провода на мгновение повисла тишина. — Одну минуту, — ответила секретарь.

Через пару минут послышался щелчок, и девушка вернулась на линию.

— Извините, я не расслышала ваше имя.

— Петер де Бур.

— Господин де Бур. Все сотрудники, занимающиеся вопросами Ближнего Востока, сейчас находятся на совещании. Но если вы можете подъехать в посольство прямо сейчас, мы...

— Я в Харлеме. Могу перезвонить завтра.

В трубке послышался шорох — секретарь с кем-то совещалась.

— В Харлеме! В таком случае вы могли бы встретиться с Рэндольфом Фишером. Он охотно ответит на ваши вопросы, насколько это в его силах. Вас это устроит?

— Да. Мы можем встретиться в Стадс Кафе на Зейлстрат через полчаса. Подойдет?

— Через полчаса? — На эта раз она не успела плотно прижать трубку, и Петер отчетливо услышал, как кто-то в комнате одобрил это время и уже набирал номер по другому аппарату. — Через полчаса? — переспросила она. — Да, отлично. Рэндольф Фишер будет там. Можем мы записать ваш номер телефона на случай, если планы изменятся, господин де Бур?

Петер повесил трубку.

Сидя на своем обычном месте в Стадс Кафе, Петер заметил двоих мужчин, шедших со стороны Киндерхёйссингел по Зейлстрат. Когда они переходили Нассаулан, один из них отстал, чтобы они не заходили в кафе вместе.

Посетителей было немного, поэтому вошедший первым мужчина лет пятидесяти пяти сразу заметил знак Петера и поднял руку в ответ. Он взбежал по ступенькам к его столику с легкостью вчерашнего студента.

Крепкое американское рукопожатие. — Рэндольф Фишер! Вы хотели поговорить со мной, господин де Бур? — Он протянул визитку.

Петер подождал, пока гость не спеша снимет старомодный бушлат и усядется. Под курткой у него оказался твидовый пиджак в бежево-серую клетку. Весь его облик разительно отличался от обывательских представлений об агентах ЦРУ — угрюмых людях в черных костюмах и темных очках.

— У одного моего знакомого брат оказался в числе тех двухсот иракцев, работавших на ЦРУ, которые не успели выбраться из Ирака до того, как курды начали резать друг друга.

Рэндольф Фишер достал из внутреннего кармана сложенный лист бумаги и пробежал его глазами. — Констанд де Вере... Звучит не слишком по-иракски. Кажется, его так зовут?

— Да.

— И чем же мы можем вам помочь в связи с этим?

— Вы могли бы подтвердить, что он является сотрудником ЦРУ?

Рэндольф Фишер усмехнулся: — Вы, должно быть, начитались последних статей в «Вашингтон Пост» или «Нью-Йорк Таймс», где агенты ЦРУ видятся на каждом шагу, господин де Бур. Или, может, наслушались гневных речей доктора Ахмада Чалаби о толпах членов ИНК, которые якобы работали на США и теперь застряли в зоне конфликта.

— Нет, с упомянутым Чалаби я не знаком, но он кажется интересным человеком. Так вы знаете Констанда де Вере?

— Позвольте спросить, господин де Бур, чем вы зарабатываете на жизнь?

— Назовем это бизнес-консалтингом. Я помогаю людям оптимизировать доходы и ставить дела на ноги. Так вы можете подтвердить, что он работает на ЦРУ, господин Фишер?

— Не могу. Мы не знаем никакого Констанда де Вере.

— И ради этого посольство отправило вас в такую даль из Гааги или из консульства в Амстердаме?