Шестеренки и заклинания - Адриен Тома

— Это я верховный командующий армией, Ваше Величество! Это мой голос им приказывает! Вы доверили мне военную власть после снятия баронессы Абилаб, помните? Еще тогда, когда в армию стали поступать автоматы, вы не захотели их брать под начало и отдали той предательнице! Вы всегда были мягкой, Сарензия! Ваша натура слишком нежна, чтобы приказывать своим солдатам резать врагов, чтобы быть жестокой и безнравственной ради блага Империи! Я давно это понял и никогда не упрекал вас за это: это бремя я с радостью нес за вас!

Сквозь выступившие на глазах слезы Верховный Эзотерик воспринял потрясенное молчание Сарензии как одобрение.

— Вперед, куча металлолома! Убить их, я сказал! Огонь! Огонь на поражение!

Раздалась серия зловещих щелчков, когда механические солдаты взвели свои фузеи. Они тщательно прицелились в сердца сгрудившихся пленников, поднесли указательные пальцы к спусковым крючкам и...

Ничего.

Автоматы стояли неподвижно, с пальцем в сантиметре от гашетки.

— Стреляйте! — прорычал Веззир. — Стреляйте, чтоб вас!

Но солдаты по-прежнему не стреляли. Вместо этого один из них медленно запрокинулся назад, упав на землю с громким лязгом сминающегося металла. За ним последовал второй, затем третий, задетый падением второго.

На мгновение воцарилась тишина. Затем один за другим все солдаты-автоматы на Корабельной эспланаде со скрипом попадали, внезапно лишившись жизни, и врезались в булыжники.

— Простите, господин министр! Кажется, я поломала ваши игрушки! — прокричал над ним веселый голос.

Веззир резко повернулся к ярко-красному зданию, возвышавшемуся над местом суда. Его глаза неимоверно распахнулись, придав ему сходство с большой летающей лягушкой. Гриза, выглядывающая из просторного круглого окна, с лукавой улыбкой помахала ему рукой. Девочка устроилась позади внушительного металлического устройства, напоминающего длинную аркебузу с расширяющимся стволом, с топорщащимися во все стороны шестеренками, сигнальными лампочками и рычагами, и установленную на внушительном же треножнике.

— Что вы сделали с моей армией? — взвыл волшебник. — Что... что... это за штука?

— Красивая, правда? — с гордостью воскликнула Гриза с вершины своей башни. — Помните планы, которые укрыл от вас мой отец? На самом деле они были у меня! Я вдохновлялась его уравнениями, когда собирала это маленькое чудо! Не буду скрывать, миниатюризация еще не доведена до ума, а оформление вообще жалкое, но для наших целей сошло, разве нет?

— Что... как?.. — выпалил Верховный Эзотерик.

— Погодите, я пока, похоже, в силах устроить вам еще одну демонстрацию, — сказала Гриза, бросив взгляд на большой циферблат с индикатором. — Не хотите опробовать?

И, не дожидаясь ответа, девочка направила дуло замысловатой аркебузы на министра и нажала на курок. По воздуху прошла неясная дрожь. Секунду спустя Веззир почувствовал, как его тело загорается изнутри, кровь закипает в жилах, а магическая сила безжалостно из него исторгается. Он завопил, надрывая горло, в тщетной попытке вернуть контроль.

Заклинание полета внезапно рассеялось, несмотря на все его усилия, и маленький волшебник кувыркнулся в воздухе, с грохотом ударившись о сцену. Задыхаясь от боли в конечностях, он изо всех сил пытался подняться на ноги. Сирус подошел к нему, упершись руками в бока.

— Видите ли, — с довольным видом объяснил он, — мы с Гризой пришли к выводу, что если мы можем заставить арканиум вырабатывать гораздо больше энергии, то мы можем и разрядить с перегрузкой, заставить его высвободить весь свой потенциал разом. Но ведь это для вас не новость, верно?

— Это... это... — задыхался Веззир.

— Это именно то, чего он хотел! — взревел Элензо Оолонга.

Огромный инженер, освободившийся от цепей, угрожающе приблизился. Маленький человечек поспешил отступить прочь с глаз гиганта.

— Вы хотели, чтобы мое изобретение перегружало арканиум до такой степени, что он превращался бы в прах от простого давления, — громыхнул инженер. — Достаточно, чтобы свести с ума волшебника, лишив его тело магии без остатка, или заставить взорваться самую хитроумную пушку простым нажатием! Как подумаю, что вы пытались заставить меня создать оружие, обещая всеобщий прогресс, практически бесплатную энергию для граждан Империи...

Он сжал кулаки, и Веззир отступил еще дальше. Но колосс повернулся к Гризе и снова улыбнулся:

— Кажется, ты отлично подработала мое изобретение, девочка моя! Молодец!

— Спасибо, пап!

По всей сцене последние люди-солдаты и стражники сдавались толпе, которая держала их под прицелом оружия, позаимствованного у их же товарищей. Менее чем через десять минут сдались все оставшиеся имперские войска, причем значительная их часть — добровольно.

— Ну, если вы хотите развязать войну со всем миром на такой манер, то долго мы не продержимся, — спокойно прокомментировал Альбрехт.

— Вы... вы не посмеете... — испуганно пролепетал Веззир. — Это... это... невозможно...

Потея и задыхаясь, волшебник споткнулся, едва устояв на ногах. Энергия его иссякла, и он разыграл свою последнюю карту.

— Иросиас! — вскричал потрепанный маленький маг, обшаривая взглядом небо. — Ко мне, на помощь!

Лазурный филин издал угрожающий крик и метнулся к своему хозяину... только для того, чтобы получить сильный удар от маленького крылатого кубика, отправивший его кубарем вниз в облаке перьев.

— Излишняя спешка влечет крах! — протрубил Зубчатик.

Не успел пернатый хищник упасть на землю, как на него набросился большой одноглазый котище, навалившийся всем весом на крылья.

— Похоже, твоя пичужка занята, — нагло бросил Квинт. — Может, в другой раз?

С обмиранием сердца, лишенный всякой мощи и поддержки, Верховный Эзотерик ошеломленно озирался по сторонам, ища оставшихся союзников, отчаянного решения,...

— Веззир! — позвала Сарензия.

— В... Ваше Величество? — прохрипел волшебник, глядя на императорский помост.

— Вы уволены. Йоне, не хотела бы ты...?

Паучиха кивнула и направилась к министру-предателю.

— Но подождите... — начал Веззир.

— Нет,