Воспоминания убийцы - Юн Ина

– Да, могла и она включить. Ты не проверял, при помощи того телефона с кем-то связывались?

– Да, с младшей сестрой парня.

– Сможешь связаться с той девочкой прямо сейчас?

– Нет. Я уже пытался дозвониться ей, но она не берет трубку.

– Эта девочка тоже в опасности. Если Ли Чинсук вышла с ней на связь три дня назад…

– То, возможно, она уже мертва. Как же так… – схватился руками за голову Инук, одна мысль об этом причиняла ему нестерпимую боль. – Дам распоряжение Чхоро постараться выяснить местонахождение девочки.

– А! Но у меня все же есть для тебя и хорошие новости.

– Хорошие новости? Что угодно. Я потерял уже всякую надежду.

– Кажется, мы наконец-то нашли свидетеля.

– Свидетеля? И кто он?! Ты что-то еще узнал из воспоминаний?

По дороге в полицейский участок Чону увидел очередное, совсем короткое, воспоминание Ли Чинсук. В той сцене она случайно встретилась со слабоумной старушкой у входа на рынок.

– В тех воспоминаниях Ли Чинсук столкнулась с бабушкой из лавки с ттоками. И решила, что будет странно упустить добычу в лице немощной старушки, когда та сама плывет ей в руки.

– А свидетель-то кто?

– Когда Чинсук попыталась запихнуть старушку в машину, с той поздоровался один таксист. Судя по всему, знакомый женщины.

– Значит, есть тот, кто первым заметил ее похищение?

– Верно. Таксист по имени Ли Чончхуль. Нужно найти его.

– Если имя верное, это дело пяти минут. Подожди немного. Свяжусь с коллегой из отдела по расследованиям ДТП, попробуем найти его.

Пока Инука не было, Чону продолжал разглядывать фотографию парня на компьютере: «Прости. Мы так сильно, так сильно опоздали. Я уже видел, как ты умираешь, в воспоминаниях Ли Чинсук».

Были времена, когда просмотр воспоминаний казался едва ли не проявлением всемогущества. В реальности же все было иначе. Эти воспоминания не помогали ничего предотвратить. Скорее они заставляли чувствовать собственное бессилие. Чону верил, что, заглянув в воспоминания, сможет познать истину, но он заблуждался. Воспоминания всегда показывают лишь однобокую правду. И если постоянно смотреть на все только с одной стороны, полноценное восприятие истины просто рухнет. Даже если эта самая истина находится прямо перед носом, ее не получится увидеть.

Чону погрузился в мысли. Но прошло не больше получаса, и Инук вернулся в допросную.

– Брат! Нашли. Но… – Инук замялся, что было совсем для него не характерно.

– Но?

– Ли Чончхуль погиб в автокатастрофе неделю назад.

– Ч-что?

– Я сейчас поеду, встречусь с его семьей. После встречи позвоню тебе.

Чону, попрощавшись в полицейском участке с Инуком, поехал к месту гибели парня. Его будто что-то влекло туда. Перед тем как на землю опустилась кромешная тьма, мир окутали темно-вишневые краски заката. Как и говорил Инук, в районе не осталось жителей. Чону бесцельно брел по дороге, когда заметил зажженный в стареньком доме свет. Он находился примерно в километре от места, где произошло убийство. Ветхое здание с потускневшей бордовой крышей напоминало чандоктэ[28]. На первый взгляд дом выглядел заброшенным, но изнутри явно пробивался свет.

– Похоже, там кто-то живет… – Стараясь не шуметь, он тихонько привалился к входной двери. В следующее мгновение кто-то внезапно настежь распахнул ее. Чону, нервы которого и так были на пределе, чуть не закричал от испуга. Перед ним стояла древняя старушка.

– Ты кто такой? Ошиваешься тут перед чужим домом!

Чону склонил голову в знак приветствия:

– Бабушка, вы живете здесь?

– Ась?

– Бабушка! Вы живете здесь?

– Чего? Что говоришь?

– Ба-буш-ка! Вы жи-ве-те здесь?! – уже по слогам прокричал Чону женщине, у которой явно были проблемы со слухом.

– Спрашиваешь, ела ли я? На кой тебе?

Чону сдался и, достав телефон, напечатал:

– Бабушка, вы здесь живете?

Старуха прочитала сообщение и ответила:

– Да, а что?

– Вы живете здесь одна?

– Да, одна. Дед-то мой помер, так что одна-одинешенька. Здешние вот все разъехались, а я так и живу. Смерть моя не за горами, куда ж мне уезжать-то? Здесь и останусь, – бормотала женщина, будто разговаривая сама с собой.

– Не видели, приезжал ли кто-нибудь сюда? Молодая женщина, может, или ребенок.

– Я же тебе говорю. Нету здесь никого. Только я.

– Разве вам не тоскливо жить одной?

– Я уж старая, чего тосковать-то… И вообще, тебе какое дело?! Иди давай. Прицепился тут.

В это самое время Инук беседовал с сыном Ли Чончхуля, с которым ему удалось связаться.

– Пусть погибший упокоится с миром. Понимаю, столь неожиданная гибель отца стала для вас тяжелым ударом, – выразил мужчине свои соболезнования Инук.

– Моего отца сбил пьяный водитель, и он скончался на месте. А виновный просто скрылся, его не остановило даже то, что отец серьезно пострадал, – поведал ему сын Ли Чончхуля, тронутый отношением Инука.

Виновный был арестован в тот же день: его лицо четко уловил видеорегистратор, установленный в такси Ли Чончхуля.

– Отец не уставал повторять: «Таксисты всегда должны быть во всеоружии, ведь с такой профессией они могут попасть в эпицентр преступления или стать его жертвой».

– Вот оно как.

– Он установил камеры с высоким разрешением как внутри, так и снаружи автомобиля и постоянно сохранял резервные копии. Аргументируя это тем, что в жизни всякое может случиться. Именно благодаря этому тогда скрывшийся с места происшествия водитель был быстро арестован.

– Позволите посмотреть сохраненные видео? Возможно, на них окажется преступник, которого я разыскиваю.

– Преступник? Что за преступник?

– Серийный убийца.

Не ожидавший такого поворота мужчина запнулся от шока, а после ответил:

– Они здесь, на компьютере.

Инук нашел дату исчезновения пожилой женщины с деменцией. Просматривая видео на ускоренной перемотке, в один момент он нажал на паузу:

– О! Что за…

– Нашли?

Руки Инука покрылись гусиной кожей. На видео была целиком зафиксирована сцена того, как Ли Чинсук, поддерживая под руку старушку с деменцией, сажает ту в собственную машину. Ли Чончхуль был знаком с пожилой женщиной и, случайно увидев ее на парковке рынка, подошел поздороваться.

– Бабуля! На рынок ходили?

Женщина посмотрела на него пустыми глазами, в которых совершенно отсутствовало узнавание. Ли Чончхуль обратился к Чинсук, придерживавшей бабушку за руку:

– А вы?

– Сиделка. Нам уже пора, – слегка стушевавшись, представилась она, после чего усадила женщину в машину.

– Ли Чончхуль! Не подвезешь меня до вон того перекрестка? – позвал мужчину знакомый старший товарищ, в тот момент проходивший мимо его машины.

– Да тут идти всего ничего, какой еще подвезти? – Ли Чончхуль наблюдал за тем, как уезжает машина Чинсук. На записи отчетливо был слышен его голос. – А она точно сиделка?