Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

Сити не спрашивал, откуда ты, – лишь бы давал прибыль. Мне пришлось напрячься, чтобы услышать, что говорит Иветта. Она рассказывала, что нашла работу получше, в каком-то транснациональном банке.

– Сама я даже фотокопии не делаю, – самодовольно заявила моя подруга.

– Скажи мне, что движет банкирами, – попросила я ее.

Она пожевала губу:

– Представь мир, где нет ничего, кроме денег. Молоко человеческой доброты высохло давным-давно, и значение имеет совсем другое: купить себе новую грудь, завести «Феррари» и ткнуть коллегу лицом в грязь. Сити портит каждого, кто здесь бывает, – мужчин, женщин, детей, включая и меня. Я спускаю деньги, как воду.

Иветта говорила это с таким отвращением, что мне стало смешно.

– То есть все клише в отношении банкиров – правда?

– Серьезно, у них калькуляторы вместо души.

– Если ты так их презираешь, то зачем работаешь на них?

– Мир не совершенен, Эл. В Гане у меня племянница в медицинской школе, и заплатить за нее больше некому. – Подруга усмехнулась, пряча проступившую на секунду усталость. – Да и с привычками уже трудно расстаться.

– Можешь разузнать кое-что для меня? Это касается банка «Энджел».

– Посмотрю, что можно сделать. Я знаю кое-кого, кто работал там раньше. – Иветта подняла руки, повернув ладони так, словно я бросала в нее что-то. – А теперь расскажи мне о новом парне Лолы. Все-все.

– Судя по всему, он совсем еще молоденький.

Приятельница прошлась взглядом по собравшимся внизу.

– Черт, как же ей повезло!

Рыжие волосы Лолы сами бросились в глаза. Стоявший рядом с ней молодой человек определенно позаимствовал лицо у греческой статуи бога – вместе с полными губами, большими голубыми глазами и рассыпавшимися по лбу блондинистыми кудрями. Они подошли к нашему столику, и я поняла, что даже улыбка этого юноши может служить рекламой высококачественной стоматологии. Интересно, как Лола относится к тому, что барменши спрашивают водительские права каждый раз, когда он покупает выпивку? Впрочем, Нил оказался вполне компанейским парнем и на подколки и шуточки не обижался. Он рассказал, что изучает музыку и сценическое мастерство в Гилдхолле, что с Лолой познакомился два месяца назад на вечеринке и, нет, разница в возрасте ни чуточки его не беспокоит.

– Да ведь никто же ничего и не сказал! – запротестовала Иветта.

Молодой человек громко расхохотался.

– Но вам ведь до смерти хотелось узнать, да? Это написано у всех на лицах!

Я уже поняла, почему Лола выбрала его, – идеал, образец совершенства. Но на меня это не действовало. Увидеть, проснувшись утром, лицо без единой морщинки – перспектива немного пугающая.

– За тобой должок, Эл, – объявила Лола, усаживаясь наконец за столик. – Я дала Эндрю Пирнану твой номер.

– Господи, Ло! – всполошилась я. – Могла хотя бы спросить.

– Она рехнулась. – Лола повернулась к Иветте. – Такой милый парень, запал на нее, а у нее только марафон на уме.

Иветта потерла ладони.

– Ну так присылай его ко мне. Я как раз просматриваю кандидатов на роль мужа номер два.

Вечер обернулся отдохновением, какого у меня не было целый год. Пропустив по нескольку стаканчиков, мы сбросили бремя лет и вскоре уже развлекали Нила неприличными рассказами друг о дружке. Заведение начало пустеть, и тут я увидела девушку-официантку, собиравшую стаканы в дальнем конце бара. Я знала, что Бернс будет рвать и метать, но устоять перед соблазном не могла.

– Понимаю, шансов немного, но все-таки… Помнишь этого парня? – спросила я эту девушку.

Она посмотрела на фотографию Джейми Уилкокса. Вокруг глаз у нее были толстые, размытые линии подводки… бесформенное черное платье… Все указывало на принятое ранее стратегическое решение: замаскироваться, скрыть привлекательность, чтобы клиенты не клеились.

– Это ведь тот, который умер, да? – В ее голосе проскакивал легкий восточноевропейский акцент.

– Верно. Он был здесь в пятницу.

Официантка тревожно оглянулась – не наблюдает ли ее босс.

– Пришел около шести, с друзьями. Потом они ушли, а он остался.

– И ты его помнишь?

Девушка покраснела.

– Он был вежливый, в отличие от других. Блондинка одна крутилась возле него, но потом тоже ушла.

– Это как-то необычно?

– Не совсем. Сюда много девушек приходит. – Она взглянула на меня. – Он ушел через несколько минут после нее. И вот что странно. Пил только пиво, да и то немного, а шатался, как пьяный.

Какой-то краснорожий тип, подвалив вразвалку, щелкнул пальцами в дюйме от лица моей собеседницы.

– Еще по одной, красотуля. И побыстрее!

Официантка напряглась, и я прекрасно ее понимала. Нескончаемую грубость посетителей не каждый вынесет. Я сказала ей спасибо и положила на поднос десятку. Она благодарно улыбнулась. Разумеется, эти хлыщи забывали про чаевые, хотя платили здесь минималку.

В полночь я загрузилась в такси и, вернувшись домой, на автопилоте поднялась по лестнице к своей квартире. Пол в спальне ходил под ногами, лампа описывала над головой неровные круги. В какой-то момент меня едва не вырвало.

– Я слишком стара для этого…

О том, чтобы уснуть, не могло быть и речи, потому что вскоре после меня вернулся и Уилл. За стеной звучал его голос, громкий и взволнованный. Похоже, с ним заявилась целая компания: я слышала четыре или пять разных голосов. Гости говорили все сразу, временами кто-то нервно смеялся… И о чем можно трепаться посреди ночи? Облачные системы[92], наркотики или «Грейт эскейп»? Меня так и подмывало встать, ворваться в комнату брата и предложить посторонним убраться. Злость шипела и пенилась в груди, будто там шел какой-то химический эксперимент. А если он снова уйдет на улицу, кто будет его кормить? И что случится, когда придет зима? Я представила, как Уилл кутается в одеяло под падающим снегом, сунула в уши пальцы и постаралась отрубиться.

Глава 12

Утром я чувствовала себя совершенно разбитой, если применить самое мягкое выражение. Вода в ванной грохотала, и даже просто стоять под душем было испытанием – меня точно волочили через зыбучие пески. Жара, когда я вышла, была невыносимой, и солнце, отражаясь от всех возможных поверхностей, нещадно било по глазам. Бернс оставил на автоответчике загадочное сообщение с просьбой нанести визит в одно из секретных мест Грешэма. Отказаться от столь интригующего предложения было выше моих сил, но поездка через Челси в час пик обернулась сущим кошмаром. Толпы женщин рвались в «Малбери» с такой решительностью, словно их жизнь зависела от того, удастся ли им обнаружить идеальную сумочку. Все они напоминали членов одной семьи: сияющие после дорогих косметических сеансов лица, выкрашенные в один и тот же, медовый, цвет волосы. Глядя на них, я вспомнила, что давно пропустила запланированный визит в салон.

Бернс