Зарубежный детектив 2026-10 - Кейт Аткинсон

— Я писал статьи с критикой багдадского режима. Они следят за мной.

— Статьи? Где?

— Во многих изданиях. В «НРК Ханделсблад» и «Де Телеграф».

Мужчина со сросшимися бровями повернулся к кому-то из молодых: — Проверь! Его зовут Петер де Бур. — Он снова повернулся к Петеру: — Когда?

— Регулярно на протяжении последних пяти лет. Со времен операции «Буря в пустыне»[1028].

— Как давно они следят за тобой?

— Время от времени они это делают. Сегодня я их не заметил, клянусь.

— Клянешься? Избавь нас от этого! — Морщины на лице старого Омара стали глубже. — В твоем бумажнике нет журналистского удостоверения. Почему?

— Оно осталось в машине. Жена уехала на ней сегодня. Ну, за покупками по случаю субботы.

Омар не поверил ни единому слову, и Петер его понимал. — И что же, по-твоему, мы должны для тебя сделать? — безмолвно вопрошали брови его собеседника.

— Помочь мне найти ящики со сбитого самолета Эль-Аль, чтобы мы могли передать их людям из ПСК! — Они посмотрели на него как на неверного, которого с радостью привязали бы к пушечному жерлу.

Петер постарался не обращать внимания на их взгляды. — Послушайте, позавчера силы ДПК и иракские войска обстреляли лагерь беженцев Сиранбанд. Погибло много детей, и как раз в тот момент, когда Барзани уверял американцев в Турции, что альянс ДПК с Саддамом — мера временная. И ведь все они на это купились, неужели вы не понимаете? А что может остановить Барзани? Я вам скажу! Только химическое оружие или бактериологическая зараза, подобная той, что лежит в ящиках с самолета Эль-Аль.

Сросшиеся брови его собеседника сошлись к переносице еще плотнее. — Сыновья Омара и те двое хотели всего лишь продать эти ящики подороже, а нам до этой дряни дела нет. То, что находится в ящиках, курды не смогут применить против иракцев и их лакеев. Чтобы пустить это в ход, вещество должно пройти долгую цепочку очистки и переработки.

— Тогда почему бы не отдать их американцам и не попробовать выторговать что-то взамен?

— Выторговать? И что же?

— Заставить американцев надавить на Барзани, чтобы добиться соглашения о прекращении огня.

— Да ты с ума сошел!

— Или возобновить переговоры и выбить гарантии безопасности для лагерей беженцев. У вас отличные козыри. Передав эти ящики, вы поможете замять международный скандал, и Клинтон с радостью выступит посредником.

Старый Омар встал между Петером и мужчиной со сросшимися бровями. — Зачем мы вообще с ним разговариваем, Абабакия? Он знает не больше нашего. Выставь его за дверь, да давай закончим партию.

Напряжение в комнате немного спало. «Ну же!» — мысленно умолял Петер, надеясь, что они отпустят его прежде, чем этот малый выяснит, что он и порога не переступал ни в «НРК Ханделсблад», ни в «Де Телеграф».

Вдруг телефон во внутреннем кармане издал короткий предательский писк. Петер покрылся холодным потом и изо всех сил прижал локоть к боку, пытаясь заглушить звук, но было поздно — его услышали. На него снова уставились с подозрением. Откуда он взялся? Почему они его не нашли? Что он скрывает? Когда мобильник зазвонил во второй раз, руки Петера резко заломили за спину, а телефон вырвали из кармана.

Мужчина со сросшимися бровями, которого звали Абабакия, посмотрел на него сверкающими глазами, ниоткуда извлёк нож и приставил его к горлу Петера.

— Отвечай! — Он прижал трубку к уху Петера, нажал кнопку ответа и прислонился своей головой к его, чтобы слышать вместе. Это была Никки. Петер судорожно вдохнул. Быть может, он слышит ее голос в последний раз. Волна воздуха всколыхнула воспоминания о прошлом. Нахлынуло забытое чувство. Сандал и фрезия, а в мыслях возник образ ее лица. Удивительно, как ей удавалось воскрешать в нем картины прошлого. Одним только голосом. Он закрыл глаза и отдался воспоминаниям: напольная мозаика в виде синей бабочки в кладовой возникла перед ним над шелестящим бамбуком и жесткой зеленой травой. Никки казалась одновременно возбужденной и встревоженной, в ее голосе сквозь всю серьезность сквозили любовь и нежность.

— Кажется, я нашла ящики, Петер. Представляешь? — взволнованно произнесла она.

— Спроси ее, где она, — прошептал Абабакия, сильнее прижав нож.

— Где ты? — спросил он так тихо, чтобы голос не сорвался.

— В Маркене, как договаривались. Что-то стряслось, Петер? — Ее голос становился все тише — в старом мобильнике садилась батарея.

Дыхание Абабакии, горячее и влажное, коснулось его щеки: — Скажи, чтобы ждала тебя на пристани.

Петер кивнул и заговорил быстро, стараясь успеть, пока связь не оборвалась: — Что-то случилось? Да нет, все в порядке. Никки, послушай! Потрясающе, что ты их нашла. Жди меня в порту, я приеду так быстро, как смогу.

У Петера екнуло под ложечкой, когда они попрощались и Абабакия нажал отбой.

— Только попробуйте ее тронуть! — прорычал он, когда лезвие ножа отодвинулось от его горла.

— А не то что?.. — ухмыльнулся Абабакия, и его брови на загрубевшем лице поползли вверх.

В подсобку влетел парень, которого отправляли проверять россказни Петера. — Его никто не знает в этих газетах. Он никогда для них не писал, ни единой строчки!

— Вот как? — Абабакия расплылся в еще более широкой улыбке. — Странно. — Он повернулся к остальным: — Тут у нас парочка трусливых прихвостней Саддама напрашивается на прогулку в канал. Кто хочет прокатить их?

— Иракцы-то? — вмешался кто-то. — Да они уже смылись.

В эту минуту Петер почувствовал себя обреченным. Он мысленно видел лицо Никки, теплое и нежное, каким оно было сегодня ночью. Знакомое, жгучее чувство бессилия и собственной никчемности заставило его потупить взор.

— Не понравилась ему эта новость, — хмыкнул кто-то.

Затем они поехали на нескольких машинах. Темный, относительно новый автомобиль пристроился к их колонне, как раз когда они сворачивали на Мидденвег.

Петер молился, чтобы это был Рэндольф Фишер, который наконец-то получил его послание.

Глава 45

Ранним субботним утром на площади перед собором в Харлеме начали устанавливать рыночные палатки, на что люди Рахмана ворчали. По их словам, это загораживало обзор, но в остальном Рахман полностью контролировал ситуацию.

Когда Петер де Бур покинул квартиру Никки Ландсаат, двое из его людей последовали за ним, а теперь их пост сменил