Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Я проскальзываю в дверной проем корейского ресторана и сканирую отпечаток большого пальца на мобильном телефоне, который бармен дал мне ранее. Блокировка снимается. На экране сразу появляется серия голосовых и текстовых сообщений.

Они от кого-то по имени Тед. Я не знаю никого с таким именем. Но когда я слушаю первое голосовое сообщение, становится ясно, что Тед меня знает.

– Лив, это Тед. Где ты? Ты должна была оставаться в квартире.

– Лив, это снова Тед. Пожалуйста, позвони мне. Это срочно, – он называет номер мобильного телефона.

Его сообщения становятся все более безумными.

«Лив. Я возвращаюсь в квартиру, чтобы узнать, там ли ты», – читаю я одно из его сообщений.

В последнем голосовом сообщении он звучит почти смиренно.

– Лив, это Тед. Я полагаю, ты заснула и не помнишь меня. Ты, наверное, спрашиваешь себя, почему какой-то парень по имени Тед звонит тебе. Пожалуйста, проверь свою электронную почту. Это объяснит, кто я такой и почему тебе срочно нужно позвонить мне. Ты в опасности, Лив. Прочти письмо. Сделай это сейчас же, а потом позвони мне!

Я следую его инструкциям и нажимаю на значок электронной почты. Первое сообщение в моем почтовом ящике – электронное письмо от Теда, содержащее фотографию дневниковой заметки, написанной моим собственным почерком.

«Сегодня утром меня разбудил мужчина по имени Тед. Он постучал в дверь подвальной квартиры, где я спала на походном матрасе на полу. Я не знала, почему оказалась в этой квартире. Я также не знала, кто такой Тед, хотя он утверждал, что знает меня. Мне казалось, что я проснулась и обнаружила, что живу чужой жизнью.

Тед объяснил, что у меня проблемы с памятью. Я забываю обо всем, возвращаясь почти на два с половиной года назад, когда Эми и Марко были убиты.

Да, их убили.

Я не поверила, пока Тед не показал мне новостную статью. Потом он показывал мне другие статьи, объясняющие то, что произошло, с ужасающими подробностями. Одна статья была проиллюстрирована фотографией, на которой я лежала на носилках с кислородной маской на лице, когда парамедики укладывали меня в машину скорой помощи. В статье говорилось, что меня доставили в больницу с опасными для жизни травмами. На моем теле есть шрам на том месте, где меня ударили ножом. Тед говорит, что я так и не вспомнила, что произошло, поскольку после этого я впала в кому. Выздоровев, я переехала в Лондон, где мы встретились и полюбили друг друга.

Но ничего не вышло. Тед переехал в Нью-Йорк по работе. Я осталась. По-видимому, какое-то время я была в порядке, продолжала свою жизнь без каких-либо проблем с памятью, хотя Тед говорит, что пережитая травма оставила меня с бессонницей и с тем, что он называет одержимостью желанием выяснить, что произошло в день, когда Эми и Марко были убиты. Примерно в последние несколько недель у меня начались проблемы с памятью. Тед узнал об этом только пару недель назад, когда я неожиданно появилась на мероприятии, не помня его. Он сказал, что впоследствии водил меня к специалисту, который считает, что моя память обнуляется каждый раз, когда я просыпаюсь, возвращая меня в день убийства. Вот почему сегодня утром я не узнала Теда. Вот почему я не узнала квартиру в подвале, где спала, хотя, по-видимому, прожила там несколько недель после того, как уехала из Лондона. Вот почему кажется, будто все, что Тед рассказывает мне о последних двух годах, случилось с кем-то другим.

Тед перевез меня в эту квартиру, чтобы я была в безопасности. Он заставил меня написать предупреждения на стикерах, которые приклеил к входной двери. Они должны напоминать мне о том, что нельзя выходить на улицу. Тед беспокоится, что убийца Эми и Марко может прийти за мной».

Далее в письме объясняются сложности моего состояния, наши непростые отношения с Тедом, а также причины нашего расставания.

Если бы дневниковая запись не была написана моей рукой, я бы не поверила ни единому слову.

Я поднимаю взгляд от телефона. Несколько копов стоят рядом с патрульной машиной на улице возле бара. Я думаю подойти к ним и сказать, что я та женщина, которую они ищут.

Я делаю шаг вперед, а затем возвращаюсь в темный дверной проем ресторана. Я не могу заставить себя сделать это. Толпа посетителей бара снимает друг друга на видео в ожидании, когда им разрешат вернуться в «Ноктюрнал». Меньше всего я хочу, чтобы на меня надели наручники и затолкали в полицейскую машину, пока десятки людей публикуют видео моего задержания в социальных сетях. Публичное унижение будет мучительным.

Я делаю кое-что другое. Я набираю номер горячей линии полиции, указанный на листовке, которую держу в руках.

Глава пятьдесят пятая

Среда, 21:49

Мигалки патрульных машин, припаркованных возле «Ноктюрнал», сияли сквозь рифленое стекло, отбрасывая лиловую дымку на море гуляк, когда Дарси Хэллидей и Джек Лавель распахнули двери и вошли в шумный и душный бар.

– Она сменила прическу, – крикнула Хэллидей, чтобы сквозь взрывной шум ее услышал полицейский, стоявший у бархатной веревки возле входа.

– О чем вы?

– Мы больше не ищем подозреваемую с длинными темными волосами. Фотография в этой ориентировке и в СМИ устарела. Она обрезала волосы. Мы ищем женщину с короткими волосами. Скажите своим людям.

Лавель и Хэллидей разделились. Они пробирались сквозь толпу, показывая посетителям отредактированную фотографию, на которой Лив Риз была с короткими волосами.

– Вы видели эту женщину? – Хэллидей показала фотографию на экране своего телефона официантке, убирающей пустые пивные бутылки с барной стойки.

– Конечно. Она часто сюда приходит, – крикнула в ответ официантка.

– Она была здесь сегодня вечером?

– Понятия не имею. Спросите Гарри. Ее всегда тянет к его углу бара. Мы думаем, что она влюблена в него.

Хэллидей протиснулась в тесную толпу пьющих, чтобы добраться до бара.

– Аккуратнее, – сказала она, когда ее толкнул пьяный мужчина, проходивший мимо.

Бармен с кольцом в носу сказал ей, что Гарри ушел в кладовку и скоро вернется. В ожидании Хэллидей поговорила с несколькими посетителями, склонившимися над напитками. Все покачали головами, когда она показала им обновленную фотографию Лив Риз. Некоторые из них выглядели настолько пьяными, что Хэллидей сомневалась, что они узнали бы своих собственных бабушек.

Из двери с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА», вышел бармен с закатанными до локтей рукавами, неся картонную коробку охлажденных соков. Он присел на корточки и