Русские народные сказки - Александр Николаевич Нечаев

Слуга с кучером не посмели барина ослушаться, с козел соскочили, воз опрокинули в канаву, а плотника побили. Потом сели и поехали, только пыль столбом завилась.

Бился, бился плотник, вызволил кой-как воз из канавы, а сам думает:

«Ладно, барин, даром тебе это не пройдет, будешь помнить, как мастерового человека обижать».

Добрался до дому, свалил бревно, захватил пилу да топор и отправился в помещичью усадьбу. Идет мимо барского дома и кричит:

— Кому теплые сени сработать, кому баню срубить?

А барин строиться любил. Услыхал и зовет плотника:

— Да сумеешь ли ты хорошо сени построить?

— Отчего не сумею? Вот неподалеку отсюда такой лес растет, что коли из того леса сени построить, так и зимой их топить не надо, всегда будет тепло.

И зовет барина:

— Пойдем со мной строевой лес выбирать.

Пришли в лес. Ходит плотник от дерева к дереву да обухом поколачивает. Ударит, потом ухом приложится, послушает.

— Это нам не годится. А вот это — в самый раз подойдет.

Спрашивает барин:

— Как это ты можешь знать, какое дерево годится? Научи и меня.

Подвел его плотник к толстому дереву.

— Обними вот это дерево и ухом крепче приложись. Я буду постукивать, а ты слушай, только крепче прижмись.

— Да у меня руки не хватают обнять дерево.

— Ничего, давай тебя привяжу.

Привязал барина за руки к дереву, выломал березовый прут и давай его тем прутом потчевать. Бьет да приговаривает:

— Я тебе и еще взбучку дам, будешь знать, как мужика напрасно обижать.

Бил, бил и оставил барина к дереву привязанным. Сам ушел.

Только на другой день нашли барина, отвязали его и привезли домой.

Слег барин с тех побоев в постель, хворает.

А плотник прикинулся знахарем, переоделся так, что узнать нельзя, и пришел в усадьбу.

— Не надо ли кого полечить, поправить?

Барин услыхал и зовет:

— Полечи, братец, меня. Кони понесли, да вот упал и с тех пор ни сесть, ни встать не могу.

— Отчего не полечить? Прикажи истопить баню — да скажи, чтобыникто к нам входить не смел, а то сглазят и все лечение пропадет, ещехуже тебе будет.

Баню вытопили, привел плотник барина, двери запер и говорит:

— Раздевайся и ложись на скамью, буду тебя едучей мазью мазать да парить; придется тебе потерпеть.

— Лучше ты меня привяжи к скамье, а то как бы не упасть.

Плотнику того и надо. Привязал барина к скамье крепко-накрепко и давай ремнем стегать.

Бьет да приговаривает:

— Не обижай напрасно мастерового человека, не обижай мужика.

Напотчевал барина сколько надо и ушел домой.

На другой день приехал барин в город, увидал на базаре плотника и спрашивает:

— Скажи, мужичок, ты ведь вчерашний?

А плотник смекнул, в чем дело, и отвечает:

— Никак нет, мне сорок шесть лет, какой же я вчерашний!

И пошел барин прочь несолоно хлебавши и заклялся с той поры мастеровых обижать.

Рисунки художника Б. Десницкого.

БОЛТЛИВАЯ БАБА

Пошел мужик в лес. Стал волчью яму рыть и нашел клад. Сам думает:

«Ну, как теперь быть? Как только жена про богатство дознается, сразу пойдет по всей округе трезвон, дойдет слух до нашего помещика и прощайся с деньгами: все отберет».

Думал, думал и придумал. Клад закопал, место приметил и пошел домой. Дошел до реки, осмотрел сеть, а в сети бьется щука. Мужик щуку вынул и дальше пошел. Осмотрел по дороге капкан, что был на зайца поставлен, а в капкан заяц попал.

Мужик зайца вынул, в капкан щуку сунул. А зайца отнес да в сеть запутал.

Пришел вечером домой:

— Ну, Татьяна, топи печь да напеки блинов побольше.

— А чего так? Зачем на ночь глядя печь топить? И кто вечером блины печет? Вот еще выдумал!

— Не спорь, а сделай, что сказано! Знаешь, Таня, я клад нашел, надо ночью деньги домой перенести.

Жена рада-радехонька. Живо печку затопила, стала блины печь.

— Ешь, муженек, пока горячие.

Мужик блин съест, а два да три в котомку, блин съест, а два да три в котомку, незаметно от жены.

Она не управляется печь.

— Чего сегодня так разъелся, блинов не напасешься.

— Так ведь путь не близкий, да и денег много, надо поплотнее поужинать.

Набил котомку блинами и говорит:

— Ну, я сыт, ешь сама, да пойдем, надо торопиться.

Жена наскоро поужинала, и пошли.

Идут они ночной порой, мужик опередил жену и стал из котомки блины доставать да на сучья вешать.

А жена заметила на деревьях блины.

— Ой, гляди-ка, гляди, на сучьях-то ведь блины!

— А чего удивительного? Разве ты не видала, как блинная туча впереди нас прошла?

— Нет, не видала, я все под ноги глядела, как бы за коренья не запнуться.

— Зайдем-ка, — мужик зовет, — тут у меня ловушка на зайца поставлена, осмотрим.

Подошли к капкану, вынул мужик щуку.

— Ой, муженек, как это рыбина-то в заячью ловушку попала?

— А ты что не знаешь, — есть такие щуки: и по суше ходят.

— А я и не знала, коли бы своими глазами не видала, никому бы не поверила.

Той порой пришли к реке. Жена говорит:

— Где-то тут твоя сеть поставлена, давай поглядим.

Вытащили сеть, а в ней заяц.

Жена руками всплеснула:

— Ой, батюшки! Чего это сегодня творится? В ячеях-то ведь заяц.

— Ну, чего квохчешь, будто век не видала водяных зайцев! — мужик говорит.

— То-то и есть, что не видала и слыхом не слыхала.

В ту пору дошли до места. Мужик выкопал котел, нагреб денег по ноше, и отправились домой.

Дорога пролегала возле барской усадьбы. Только они сравнялись с усадьбой, как слышат:

«Ме-ге-гее... Ме-ге-гее...» — овцы блеют.

— Ой, как страшно, кто это? — баба шепчет.

А мужик ей:

— Беги скорее, это нашего барина черти давят, как бы они нас не заметили!

Прибежали домой, насилу отдышались.

Спрятал мужик клад, стали спать ложиться.

— Смотри, Татьяна, не сказывай никому про клад, а то худо