Большие и маленькие приключения с Хвостиком - Анна Юрьевна Доброчасова

приютил на себе маленькие блюдца с шоколадными шариками торта «Минутка». Каждому по три. Очень элегантно завершили композицию два Вовкиных цветка по бокам и небольшая гирлянда, свесившаяся с люстры. Соня была спокойна – теперь папа с мамой точно скажут: «Ах, красота!»

Переодевшись в Вовкин красный свитер и его коньки, Хвостик взяла клюшку, надела папину лисью шапку и стала изображать Вовку-вратаря, играя шайбой. В этот весьма необычный момент дверь открылась, и в квартире стал собираться народ. Сначала пришла кудрявая мама со счастливой улыбкой и снежной головой. Потому что шла без шапки, чтобы не помять причёску. За ней следом ввалился Вовка с огромным букетом, от которого мама пришла в полный восторг. Затем в коридор втиснулся дедушка с санками, патефоном и тортом. Ну и закончил процесс коридорного наполнения папа с корзинкой.

Пришлось всё ставить на пол. Отодвинули санки и корзинку чуть дальше, чтобы Соня могла с разбегу всех обнять. Суета наполнила весёлый дом Грушиных.

И только тут Вовка заметил, что у них в гостях Сенька и Лёшка. Те стояли чуть в сторонке и ждали, когда тоже смогут поздравить Вовку, Соню и маму.

Сенька подарил Хвостику деревянную бабочку, которую сам вырезал. Чем очень смутил Соню, а она очень боялась, что кто-то заметит её румянец. Но все были заняты Вовкой, что, конечно, спасло её от расспросов о женитьбе. Лёшка с Сенькой подарили другу книжку «Остров сокровищ» и подзорную трубу.

Маме торжественно вручили патефон, а Вовке – торт.

Тут папа сказал:

– Готов спорить на что угодно, что мой подарок, Вовка, ты ни за что не променяешь. Даже вслепую.

Он взял корзинку и приоткрыл клетчатое одеяло. Все придвинулись ближе, пытаясь увидеть, что же там внутри.

Вовка вытащил пуховый платок и поморщился.

– Так платок – это же что-то девчачье!

Папа растерянно чесал затылок.

– Знаешь, Вовка, а твой подарок, кажется, сбежал…

– Рыжий с подпалинами? – волнуясь, спросил сын.

– Он на улицу удрал! – показала на открытую дверь Соня.

И ребята кинулись вниз, кто в чём был, и стали искать врассыпную. Кто под лестницей, кто под машиной, даже в соседний подъезд заглянули. Мальчишки искали во дворе, а Соня с дедушкой искали дома. Проверили ванну, проверили кухню и весь коридор. И тут совсем неожиданно Соня заметила, что папина шапка, валявшаяся на полу, зашевелилась и, позёвывая, потянулась.

Хвостик схватила на руки спящий подарок и побежала во двор.

– Вовка, Вовка! Вот он, вот, все думали, что он убежал, а он заснул в шапке, пока мы обнимались.

Вовка замер. У него оборвалось всё внутри, даже показалось, что время остановилось. Хвостик несла на руках его заветную мечту. Маленькую, рыжую, с тёмными подпалинами и мокрым носом. Это было вселенское счастье! Вовка не решался сделать шаг, тогда Соня подошла ближе, а мальчишки обступили с боков.

Вовкин подарок проснулся и лизнул в щёку хозяина.

– Ну что, привет! – сказал Вовка, прижимая к себе нежно и трепетно – совсем как мама – коротколапого рыжего щенка таксы. – Как же я тебя долго ждал!

– Знаешь что, Вовка, – шепнула Соня брату на ухо, – я же понарошку с тобой поменялась, ты не бойся, я никому не скажу, что ты обратно разменяться хочешь. Такой подарок нельзя менять, он самый лучший на свете.

«Какие же всё-таки подарки бывают разные», – подумал Вовка и обнял сестру. Бывают маленькими, коротколапыми, бывают огромными мимозами или шоколадно-сладкими, бывают необычными записками, а бывают простыми девятилетними Вовками для мам.

Он посмотрел на своё окно. Там стояли родители. Папа обнимал маму за бочок и удивлённо чесал затылок, с трудом вспоминая, когда же это он купил такую замечательную скатерть, за которую мама ему сказала большое-пребольшое спасибо.

Дедушка аккуратно разместил среди Сониных шариков-минуток огромный торт с девятью свечками, а рядом поставил букет мимозы. За окном по двору бегали довольные дети и маленький щенок. Сверху падал крупными хлопьями снег, и медленно садилось уже весеннее солнце.

Борька, брысь!

На время ремонта в детскую переехал дедушкин шкаф. Его сразу облюбовали Соня и Борька. До чего же там было хорошо! Если закрыть дверку – то темно, если чуть приоткрыть – то солнечный луч прячется в уголке. Можно даже устроить гнездо из старой маминой шубы. А ещё можно спрятаться втроём или вчетвером, непременно с фонариком, и сидеть рассказывать друг другу тайны и секреты. Обязательно шёпотом, скрестив два пальца на руке за спиной и произнося тайное имя Таха.

Хвостик шепталась и пыхтела, сочиняя в шкафу стихи:

– Колбаскою спина… эм-м… вертлявый хвост… и мокрый любопытный нос. – Бубня чуть слышно, Хвостик записывала их печатными буквами в тетрадку. Получалось очень коряво, но Соня старалась как могла.

В тетрадку с тёмно-синей обложкой Хвостик записывала тайны. На последних двух страничках пряталось самое важное. Вовкина ладошка, обведённая карандашиком, и портрет одного замечательного мальчика с самыми прекрасными ушами на свете. Портрет был засекречен. Чтобы его никто не узнал, волосы ему нарисовались красные, а нос зелёный. («Такой ушастый секрет нипочём никто не разгадает», – думала Соня.) Но всё же самое интересное было в серединке тетради. Там красовался план полёта на Марс. Чертежи и рисунки с подписями на целом развороте.

Всё уже было решено, и завтра, в пятницу, пол-одиннадцатого утра экипаж космонавтов отправится в космос. Межпланетный аппарат, на котором полетят космонавты, был сделан Вовкой и Хвостиком самостоятельно… Деревянный домик на детской площадке с круглым окошком и винтовой лесенкой очень подходил для такого важного дела.

Дети очень старались. Уже две недели прилаживали панель управления. Поставили лавочку и даже принесли с соседнего двора резиновую покрышку от старого «москвича». В среду ракета была полностью готова и ждала обратного отсчёта для вылета.

Всё в мельчайших подробностях Соня записывала в тетрадку. На развороте была аккуратно нарисована та самая ракета с Сониного двора, два космонавта и большой красный шар. В центре шара росло дерево. После удивительного рассказа дедушки о полётах в космос Соня твёрдо решила перед первым классом непременно слетать именно туда, на Марс. И посадить