Русские народные сказки - Александр Николаевич Нечаев

с водой нагреть. И как закипит ключом молоко да вода, кидайся сперва в молоко, потом в горячую воду, а уж потом в студеную. Как окунешься с головой во всех трех котлах, выйдешь молодым да пригожим, будто двадцати годов.

— А не обожгусь я? — спросил царь.

— У нас в царстве совсем стариков нету, — отвечает прекрасная царевна, — все так молодятся, и никто не обжигался.

Пошел царь и велел приготовить все так, как Алена, прекрасная царевна, научила.

А как закипели ключом молоко да вода, задумался. Боязно стало. Ходил, ходил вокруг котлов, хлопнул себя по лбу:

— Чего долго раздумывать? Пусть Иван меньшой — разумом большой сперва попробует искупаться, а я погляжу: коли хорошо, и сам выкупаюсь. А Иванко сгорит, плакать некому; кони мне достанутся, и треть царства посуленую отписывать не надо будет.

И велел кликнуть Ивана меньшого — разумом большого.

— Зачем, царское величество, звал меня? Ведь я еще с дороги отдохнуть не успел.

— Сейчас тебя отпущу, — говорит царь. — Выкупайся в этих трех котлах и поди отдыхай.

Поглядел молодец в котлы: молоко да вода ключом кипят, только в третьем — вода спокойная.

— Ты что, царское величество, задумал меня живьем сварить? За всю мою верную службу хочешь так наградить?

— Да, нет, Ваня! Кто во всех трех котлах выкупается, тот из старого молодым станет да красивым.

— Я и так не старый, ваше царское величество, и мне незачем молодиться.

Царь сердиться стал:

— Что ты какой супротивный? Всегда мне перечишь! Добром не станешь купаться, силком заставлю, а то и на дыбу отправлю.

В ту пору Алена, прекрасная царевна, прибежала из своего терема. Улучила минуту и шепнула доброму молодцу незаметно от царя:

— Перед тем, как в котел нырнуть, дай знать кобылице-златогривице да морским коням и потом купайся безо всякой опаски.

А царю она говорит:

— Пришла узнать, все ли тебе приготовили, как я сказывала.

Обошла котлы кругом, поглядела и говорит:

— Все, как надобно быть. Ты, царское величество, купайся, а я побегу к свадьбе готовиться.

И ушла в свой терем. Иван меньшой — разумом большой поглядел на царя.

— Ладно, потешу тебя в последний раз, все равно двум смертям не бывать, а одной не миновать. Позволь только взглянуть еще раз на кобылицу-златогривицу. Много мы с ней странствовали, поди знай, может быть, больше и не увидать.

Позволил царь:

— Ступай да не мешкай там!

Пошел Иван меньшой — разумом большой на конюшню, кобылице-златогривице да морским коням все рассказал, а те ему говорят:

— Как услышишь, мы все вместе всхрапнем до трех раз, смело ныряй и ничего не бойся.

Воротился к царю.

— Ну, я теперь совсем справился, ваше величество, сейчас буду нырять.

И вот слышит — кони всхрапнули раз, другой и третий. Тут добрый молодец бултых в котел с молоком, вынырнул да из первого котла прямо в котел с кипятком кинулся, а потом в студеной ключевой воде окунулся и вышел из третьего котла таким пригожим да красивым, что нельзя описать, только в сказке рассказать.

Царь, глядя на него, больше раздумывать не стал, кое-как вскарабкался на помост, пал в котел с молоком, да там и сварился.

Тут Алена, прекрасная царевна, скорым-скоро с крутого крылечка сбегала, Ивана меньшого — разумом большого за белые руки брала, обручальный перстень ему на палец надела. Сама усмехнулась и промолвила:

— Похитил ты меня по царскому приказанию, а теперь нет царя в живых. Воля у тебя своя — хочешь назад вези, а хочешь у себя оставь.

Иван меньшой — разумом большой прекрасную царевну за руки взял, суженой назвал и надел ей на палец свое колечко.

Потом послал посыльных отца с матерью да братьев из деревни на свадебный пир звать.

В скором времени отец с матерью да тридцать два брата, тридцать два молодца, приехали на царский двор.

Свадьбу сыграли, пир отпировали. Иван меньшой — разумом большой со своей женой Аленой, прекрасной царевной, стали жить-поживать да отца с матерью покоить.

Рисунки художника Т. Мавриной.

МАРЬЯ МОРЕВНА

некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич. У него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья Анна-царевна.

Отец и мать у них померли. Умирая, они сыну наказывали:

«Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай — при себе не держи долго».

Царевич похоронил родителей и с горя пошел с сестрами во зеленый сад погулять.

Вдруг находит на небо туча черная, встает гроза страшная.

Пойдемте, сестрицы, домой, — говорит Иван-царевич.

Только пришли во дворец — как грянул гром, раздвоился потолок, и влетел к ним в горницу ясен сокол. Ударился сокол об пол, сделался добрым молодцем и говорит:

Здравствуй, Иван-царевич, прежде я ходил гостем, а теперь пришел сватом; хочу у тебя сестрицу Марью-царевну посватать.

— Коли люб ты сестрице, я ее не держу — пусть идет!

Марья-царевна согласилась. Сокол женился и унес ее в свое царство.

Дни идут за днями, часы бегут за часами — целого года как не бывало. Пошел Иван-царевич с двумя сестрами во зеленый сад погулять. Опять встает туча с вихрем, с молнией.

— Пойдемте, сестрицы, домой, — говорит царевич.

Только пришли во дворец — как ударил гром, распалась крыша, раздвоился потолок, и влетел орел. Ударился орел об пол и сделался добрым молодцем.

— Здравствуй, Иван-царевич, прежде я гостем ездил, а теперь пришел сватом.

И посватал Ольгу-царевну.

Отвечает Иван-царевич:

— Если ты люб Ольге-царевне, то пусть за тебя идет; я с нее воли не снимаю.

Ольга-царевна согласилась и вышла за орла замуж.

Орел подхватил ее и унес в свое царство.

Прошел еще один год. Говорит Иван-царевич своей младшей сестрице:

— Пойдем, во зеленом саду погуляем.

Погуляли немножко, опять встает туча с вихрем, с молнией.

— Вернемся, сестрица, домой!

Вернулись домой, не успели сесть — как ударил гром, раздвоился потолок, и влетел ворон. Ударился ворон об пол и сделался добрым молодцем. Прежние были хороши собой, а этот еще лучше.

— Ну, Иван-царевич, прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом, отдай за меня Анну-царевну.

— Я с сестрицы воли не снимаю; коли ты полюбился ей, пусть идет за тебя.