Проклятие дома на Перекрестке - Дианна К. Салерни

талантам. Карфурская легенда гласит, что, когда Стелла впервые брала на руки каждого из своих детей, она понимала, какой у того будет дар, и давала соответствующее имя. До этого то, к какому элементу мог склоняться Карфур, определялось достаточно случайным образом, и имена людей не были созвучны их талантам. Но потомки детей Стеллы уродились такими, какими она и хотела.

Я снова смотрю на Фамильную Книгу, чтобы перепроверить детей Стеллы. Самый старший, Гейл, должен был повелевать воздухом и водой. Джаспер, разумеется, занимается камнями. Флориан призывал бы магию из растений, а их сестра Гестия была бы… кем?

– А на что похож талант огня? – спрашиваю я.

– Манипуляции с пламенем, наверное. Флинт что-то говорил о видениях, но никто не видел этого таланта в действии с тех пор, как Гестия сбежала в 1976-м. Джаспер, наверное, знает.

Я снова склоняюсь над Книгой, просматривая даты под именами людей.

– Последняя передача была в 1976-м, так? Старый Линден умер – ого, ему было сто два года, – и наследником стал Джаспер. Братья Джаспера умерли раньше в том же году, а теперь ты говоришь, что и Гестия уехала?

– Не только его братья. Весной 1976-го жены Гейла, Джаспера и Флориана умерли от ботулизма после того, как поели домашних фруктовых заготовок.

– Сначала супруги. – Я содрогаюсь. – А затем и члены семьи?

Эш кивает.

– Гейл и Джаспер чинили крышу, когда Гейл свалился с лестницы и сломал себе шею. Затем Флориан умер, когда что-то случилось во время катания на лодке. Джаспер был единственным свидетелем.

– А Гестия… – Мурашки всё нарастают, уже бегают у меня по рукам.

– Поняла, что будет следующей, и сбежала, если ей хватило ума на это. Эй, а это что? – вдруг восклицает Эш, потирая пальцем страницу. – Как, по-твоему, это похоже на пятно от крови?

– Да тут по всей книге пятна крови. – Каждое имя записано вручную дрожащим почерком ребёнка, которому помогал взрослый, а рядом – кровавый мазок. Но Эш говорил о пятне на дюйм ниже подписи Гестии. – Может, кто-то капнул не на своё место.

– Нет. Этой метки не было, когда ты вписывала своё имя. Я в этом уверен.

– Значит, это случилось сегодня.

– Ты хочешь сказать, что кто-то порезался бумагой во время похорон?

Я вспоминаю, какой озадаченной выглядела Холли, открыв эту самую страницу во время церемонии прощания, и мой взгляд смещается к окну, разбитому ночью веткой дерева. Мне в голову приходит одна мысль – но идея о том, что кто-то вломился в дом, чтобы испятнать кровью Фамильную Книгу, ещё более дикая, чем моё путешествие в 1998-й.

– Может, это совпадение. На большинстве вещей в этом доме пятна.

Он вздыхает.

– Это да.

Даже если не считать загадочных пятен, от этой части семейного древа у меня мороз по коже. Я смотрю на нарисованных детей Стеллы и выпаливаю то, что думаю:

– Мог ли дом столкнуть Гейла и Флориана, чтобы сохранить жизнь старого наследника? Или это Джаспер избавился от конкурентов, чтобы стать новым наследником?

Эш поднимает обе руки ладонями кверху, как будто бы взвешивая два примерно одинаковых предмета.

– Флинт думал, что верно первое, но он был сыном Джаспера и был склонен его защищать. А лично я? Я думаю, что Джаспер убил обоих своих братьев, чтобы стать наследником Карфуров. И я не верю, что Гестии удалось спастись.

15

Аметист

Цвет: от сиреневого и лавандового до темно-фиолетового

Магические свойства: охраняет от опасности, как физической, так и духовной

Для подзарядки: окунать в теплую воду, затем класть среди гематитов

На следующее утро я просыпаюсь со жгучим желанием посетить семейное кладбище.

Обычно я просыпаюсь, думая о том, что хочу съесть на завтрак. Могильные плиты – это вроде как странная альтернатива, но они мне всю ночь снились.

Вчера вечером я снова пролистала всю Фамильную Книгу, уже одна. Эш сказал, что всякий раз, когда наследник семьи слабеет, умирают другие люди, но, просматривая книгу, я не смогла найти тому особых подтверждений.

Во-первых, в книге не указано, кто именно назначался наследником, так что мне пришлось искать годы, в которых случалось несколько смертей. Я нашла несколько лет, когда умирало более одного Карфура, но обычно это было два или три старика, а не пять-шесть относительно молодых людей. Вплоть до 1976-го и 1998-го. Я начала думать, а не ошибся ли Эш – или же этот феномен стал достаточно новой тенденцией, начавшейся уже в двадцатом веке. Затем я вспомнила, что супругов часто включают в список жертв, а их в Книге не указывают. Но они точно похоронены на кладбище. Я это заметила на похоронах Флинта. Если я пойду искать, то не найду ли я и других жертв магии Карфуров?

Точно не знаю, почему это для меня так важно. Наверное, мне кажется, что чем лучше я пойму, что происходит во время передачи силы, тем лучше смогу постараться избежать той судьбы, что Винди увидела в своём пророчестве.

Сперва я делаю остановку на кухне, чтобы съесть миску хлопьев, потому что приоритеты! Мама уже там, с кружкой кофе в руках, а несколько минут спустя появляется Винди, выйдя из двери, которая ведёт в крыло семьи Эша.

– Как Оук? – спрашивает мама.

– Неплохо. Холли подкупила его тремя новыми видеоиграми, чтобы он не вставал с кровати. Спасибо магии земли за доставку в день заказа!

– А к Джасперу этим утром кто-нибудь уже заходил?

– Я заходила. – Винди наливает себе чашку кофе. – Он ЕНУ. Ещё Не Умер.

– Винди! – Мама скашивает глаза в мою сторону.

– Что? Оук мог вчера умереть. Тогда бы мы увидели, как Джаспер с важным видом разгуливает по всему дому, став сильнее на несколько дней. Гарнет знает, что тут сейчас происходит, Эм.

Мама краснеет, когда переводит взгляд на меня.

– Так было не всегда. Когда Джаспер был здоров, дом тоже был здоровым местом. Взрослеть здесь было словно жить в магическом раю. Я не хотела говорить тебе, что с ним стало. Я и сама не хотела об этом думать. – Мама накрывает лицо руками. – Прости меня.

– Всё в порядке, мам. Я понимаю. – И понимаю более отчетливо, чем она сознаёт, благодаря моему видению у бассейна. Может, для этого дом мне его и показал. Чтобы я смогла понять мою маму и простить её за то, что у неё были от меня секреты.

– Будь начеку, – говорит Винди. – Мы не