«Спартак»: один за всех - Александр Витальевич Горбачев

Игорь Рабинер

В Советском Союзе футболисты зарабатывали копейки — и у всех была плюс-минус одинаковая зарплата. Была ставка кандидата в мастера спорта, была ставка мастера спорта, ну, игроки сборной побольше получали, но, в принципе, были стандартные зарплаты. Валерий Карпин, придя в «Спартак» в 1990 году из воронежского «Факела», стал зарабатывать втрое меньше. В «Факеле» у него была зарплата 180 рублей, а в «Спартаке» он пришел на стандартную ставку «инструктора по спорту», потому что профессии «футболист» официально не было. Инструктор по спорту младшего разряда получал 60 рублей в месяц. Но даже те, кто играл в сборной и зарабатывал по 200 в месяц, все равно мечтали уехать за границу.

Владимир Бесчастных

Я играл в ФШМ (Футбольной школе молодежи), в юношеской команде. Мне говорят: завтра в 12 часов в Сокольниках будет стоять автобус, поедешь на просмотр в «Спартак». Ну, я думаю, наверное, там будут такие же молодые, как я. Пришел заранее, в 11, автобуса нет. Оббежал весь район, в итоге он подъехал к метро через полчаса. Я туда сел, сижу спокойно — и вдруг начинают заходить игроки основного состава. Люди, которых я видел по телевизору, мои любимые футболисты. Игорь Шалимов, Василий Кульков, Саша Мостовой. И последним Олег Иваныч. Я всю дорогу, пока мы ехали, не понимал, что происходит. Неужели я с ними тренироваться буду? Переоделся, выхожу — и правда, тренировка. Ну, правда, на разных половинах: дубль на одной, основа на другой. Я помню, мы пасовали друг другу, Олег Иваныч мимо проходит и говорит: Володя, тут надо так ножку поставить и так ударить по мячу. Он даже знает, как меня зовут! Олег Иванович знает, что меня зовут Вова. Ну, конечно, у меня крылья выросли.

Тренировка закончилась, мне говорят: иди пообедай. Ну, это вообще высший пилотаж. Да еще так вкусно, да еще отвезли в город обратно. И потом я еду в метро, ко мне женщина подходит и говорит: «Молодой человек, вы, наверное, очень счастливый».

Я дебютировал в дубле «Спартака» в игре с донецким «Шахтером». Мне было лет 16, наверное. Вышел на замену за 20 минут до конца, отдал две голевых — мы проигрывали 0:1, а в итоге выиграли 2:1. И после игры мне говорят: в понедельник приезжай в клуб. Я приехал. Там Николай Петрович. Чтобы вы понимали, в то время средняя зарплата в СССР — рублей 110 в месяц. И у моих родителей такая же. И вот Николай Петрович мне говорит: «У нас зарплата для молодых ребят — 150 рублей в месяц, но ты сыграл на 300». И дает мне сразу полную ставку дублера — 300 рублей.

Проходит месяц. А получилось так, что мы еще выиграли у «Торпедо», которых Николай Петрович особенно не любил, и там была двойная ставка. В итоге я говорю: мама, я поехал за зарплатой. Ну, она думает — наверное, рублей 20 привезет. А я получил тысячу с чем-то. Чтобы вы понимали, мы сразу купили дом на дачу.

Александр Вайнштейн

Вообще, в советское время футболисты были на правах рабов. Они просто получали зарплату. С ними даже контрактов никто не заключал. А когда возникает вопрос отъезда за границу, то это официальный трансфер. Тогда все делалось через внешнеторговые организации. Была такая организация «Совинтерспорт». Все контракты заключались через нее. И деньги приходили по контрактам именно государству, в «Совинтерспорт». А игроки получали только маленькую часть. Из-за этого было много конфликтов.

Александр Хаджи

Допустим, «Спартак» продал футболиста в какую-нибудь иностранную команду. Деньги напрямую получить клуб не мог, потому что команда не имела права открывать валютный счет за границей. Валютный счет был только у Федерации футбола. В итоге эта команда перечисляла деньги на счет федерации. А там хитрованы: они крутили эти деньги полгода, а потом перечисляли государству. Закон тогда был такой: половину валюты надо было менять на рубли, а процентов 40 — отдавать государству. И выходило, что ты за условного Иванова получаешь пять миллионов, но тебе достается из этого только два миллиона.

Владимир Абрамов

Я окончил Московский финансовый институт по специальности «международные экономические отношения». Офицером служил на границе с Афганистаном, работал в Госкомитете по внешнеэкономическим связям, потом в Ливии в нашей внешнеторговой организации. В 1990 году вернулся, и уже появилась организация «Совинтерспорт». Она занималась командированием наших лучших спортсменов и тренеров за рубеж для получения иностранной валюты, в которой нуждалась наша страна. Сначала я работал главным экспертом, потом стал замдиректора. У всех команд были колоссальные задолженности, им никто не платил. Они почему-то считали, что Европа — это очень порядочные люди, которые по подписанным контрактам всегда будут платить. Вот я занимался тем, что вытаскивал из разных клубов деньги.

Александр Хаджи

Советский Союз распался, зарплаты мизерные. А тут появились чудики, в основном из Испании, — и практически всех наших ребят соблазнили уехать. И все это втихаря, минуя заключение контракта с нашим клубом. Они игрокам говорили: ну, если мы будем с клубом договариваться и отступные платить, то вы меньше получите. И ребята, конечно, говорят: ну да.

Игорь Рабинер

Романцев был очень зол на Мостового после его отъезда в «Бенфику» в 1991-м. Потому что «Спартак» официально уже договорился с немецким «Байером» о серьезной сумме трансфера и должен был получить хорошие деньги. И тут Кульков с Юраном уговаривают Мостового вместе с ними за компанию перейти в «Бенфику». И Мостовой фактически срывает трансфер в «Байер», убегает. А «Бенфика» ничего не хочет за него платить, потому что официального контракта не было. И Мостовой мне потом рассказывал, что вопрос решался по понятиям — на уровне угроз, оружия и так далее. То есть деньги «Спартаку» заплатили в итоге. Но заплатили после разговора с пацанами.

Александр Вайнштейн

Я знаю, что тогда трансферы осуществлялись в том числе абсолютно по-дикому: люди просто ездили с чемоданами кеша. Представители западных клубов приезжают, а им говорят: слушай, мы тебе продадим игрока, но вот кешем нам отдайте. Те просто не понимали, как так. Потом, когда уже спортсмены стали отстаивать свои интересы, появилась другая напасть — агенты. В понимании рубежа восьмидесятых-девяностых это были люди, которые просто распоряжались футболистами. И если ты, условно, Дасаев, с тобой еще обращались уважительно, а если ты просто молодой талант, то ты будешь делать, что