Мода с 1900 года - Валери Д. Мендес

Однако мода на крайне худых манекенщиц, существовавшая с начала и до середины 1990-х годов, вызвала критику в адрес модной индустрии, когда была выявлена ее связь с ростом количества случаев расстройства пищевого поведения. Также осуждению подверглось использование манекенщиц в фотосессиях, стилизованных таким образом, чтобы можно было связать их нездоровую худобу с употреблением наркотиков. В 1997 и 1998 годах дополнительную озабоченность вызвало появление в индустрии моды юных манекенщиц, не достигших половой зрелости.

Мода конца XX века оставалась скорее трудоемкой, нежели капиталоемкой отраслью. В самом эксклюзивном сегменте рынка кутюрье требовали наиболее тонких, сложных и затратных по времени навыков ручной работы для создания своей продукции. Технологические разработки, такие как автоматизированное конструирование (CAD) и автоматизированное производство (CAM), стали большим подспорьем для массового производства и крупномасштабных дизайнерских предприятий. Однако даже массовые заказы часто разделялись и передавались по субподряду небольшим производственным подразделениям и надомным работникам, которые продолжали обеспечивать дешевую и гибкую базу производства для этой известной своим непостоянством отрасли. Хотя с начала XX века законодательство, несомненно, было усовершенствовано, высококонкурентная индустрия моды и одежды в конце столетия по-прежнему в значительной степени поддерживалась за счет уязвимой и эксплуатируемой рабочей силы по всему миру.

266 Dolce & Gabbana, весна/лето 1992, модель – Синди Кроуфорд. Частью лексикона моды (и изобразительного искусства) XX века было использование текста. Известный своей ироничной позицией дизайнерский дуэт использовал коллажную эстетику, чтобы высмеять пристрастие модников к логотипам дизайнеров и романтическим клише.

267 Патрик Келли, коллекция прет-а-порте, осень/зима 1989–1990. Келли был известен своими яркими дизайнами, любовью к поп-музыке и отсылками к родной для него афро-американской культуре. Он был первым американцем, принятым в парижский Синдикат прет-а-порте, кутюрье и модельеров. В этой коллекции он обыгрывает любовь сюрреалистов и поп-артистов к мотиву губ – сексуальных, чувственных, оторванных от тела и остраненных.

268 Джорджо Армани, мужская коллекция 1996 года, сфотографированная Питером Линдбергом. С непревзойденной легкостью Армани перешел от стиля 1980-х к сдержанному образу 1990-х. Манекенщик позирует в солнцезащитных очках (самом продаваемом дизайнерском аксессуаре) и элегантных пиджаке и брюках из контрастных цветов и текстурированных тканей. Шарф придает образу небрежность.

В периоды экономического спада потребители становятся очень разборчивыми, и высококачественные «инвестиционные» товары, как правило, хорошо продаются независимо от цены. Хотя в 1990 году стоимость кутюрного платья могла сравниться с ценой спортивного автомобиля, а сшитого на заказ костюма – с трансатлантическим перелетом на сверхзвуковом «Конкорде», отдельные женщины продолжали покупать роскошную и престижную одежду. Однако в начале 1990-х годов число клиентов от-кутюр достигло исторически низкой отметки – немногим более двух тысяч человек. Тем не менее эти часто известные личности поддерживали индустрию, появляясь на ключевых мероприятиях в одежде, рекламирующей определенного дизайнера.

Джанни Версаче сохранял свою позицию дизайнера для самых богатых и гламурных мужчин и женщин мира – его фетишистские и гомоэротические коллекции и рекламные кампании имели колоссальное влияние. В июле 1997 года дизайнер был убит возле своего дома в Майами, и его сестра и муза Донателла возглавила модный дом. Тремя годами ранее также скончался Москино; в 1993 году, за год до его смерти, в Милане прошла ретроспективная выставка Десять лет хаоса, в которой нашло отражение десятилетие его остроумного творчества. Джорджо Армани по-прежнему пользовался признанием благодаря сдержанным, стильным моделям. Тогда как Dolce & Gabbana – дизайнерский дуэт Доменико Дольче и Стефано Габбана – привнес новую энергию в миланскую моду своим гламурным, сексуальным стилем (Илл. 266). Значительное влияние на их творчество оказали южноитальянская романтика, образы из фильмов Роберто Росселлини и Лукино Висконти, а также субкультурные стили и религиозная одежда: в коллекции весна/лето 1994, посвященной кришнаитской традиции, были представлены саронги в сочетании с белыми хлопковыми майками (Илл. 270). В конце 1990-х в заголовки модных новостей вновь попали цветные геометрические трикотажные изделия марки Missoni.

С начала 1990-х годов в Париж хлынул поток международных талантов в области моды, в том числе группа радикально новых бельгийских дизайнеров, прошедших обучение в Королевской академии изящных искусств в Антверпене. Пожалуй, самым известным из них стал Мартин Маржела, который с 1984 по 1987 год работал ассистентом Жан-Поля Готье и в 1988 году представил свою первую коллекцию весна/лето 1989 в Париже. Маржела сочетал изысканный крой и тщательную отделку с эффектом нарочитого беспорядка: казалось, что у вещей оторваны рукава, часто были акцентированы искусственно обтрепанные края, наружные швы и оставленные на виду подкладки. Анн Демельмейстер начала показывать свои коллекции в Париже в 1992 году и, как и Маржела, предпочитала монохромную палитру. Ее многослойная, струящаяся одежда была сшита из высококачественных тканей, иногда с необычной текстурой и «античной» патиной. Известный с 1986 года благодаря своей инновационной мужской одежде Дирк Биккембергс подчеркнул универсальность своих дизайнерских решений, представив коллекцию одежды унисекс зимой 1995 года. Дрис ван Нотен сделал себе имя благодаря коллекциям мужской и женской одежды с «городскими этническими» мотивами (Илл. 271).

Австрийский дизайнер Хельмут Ланг представлял коллекции женской одежды в Париже с 1986 по 1998 год (его коллекция осень/зима 1998 была показана в Нью-Йорке), а мужскую – с 1987 года. Его так называемая нереферентная мода состояла из спокойных, прочных и элегантных предметов одежды, которые в то же время были бескомпромиссно современными. Другой представительницей модернизма в моде была Жиль Зандер, уже основавшая международный бизнес по производству мужской и женской одежды, очков, парфюмерии и косметики в Германии, прежде чем в 1993 году начала демонстрировать свою стильную одежду в Париже.

269, 270 Dolce & Gabbana, мужская коллекция, весна/лето 1994. Дизайнерский дуэт часто заявлял, что им нравится исследовать женственность в мужчине и мужественность в женщине. Демонстрируя эту коллекцию саронгов, белых жилетов в рубчик, льняного трикотажа и многослойных льняных тканей с рисунком, а также жилетов, надетых поверх рубашек навыпуск, манекенщики дефилировали как босиком, так и в «библейских» сандалиях. D&G разрабатывали дизайн для нового типа клиента-мужчины, которого они определили как странника души, ищущего ответ внутри себя.

Вивьен Вествуд продолжала переосмыслять британские портновские традиции и исторические стили, сочетая дерзость и изысканность (Илл. 272). Ее эксклюзивная линия Gold Label, которую называли «деми-кутюр», предлагала индивидуальный сервис, почти соответствующий стандартам высокой моды. Она была представлена в Париже, где Вествуд проводила показы с 1982 года. В Лондоне проходили показы ее диффузионной линии готовой одежды Red Label. В марте 1998 года она представила марку Anglomania – более дешевую линию своих самых успешных моделей с 1970-х годов, которую продемонстрировала в Милане. Знаменитые туфли на платформе, представленные Вествуд в рамках ее коллекции «Мини-Крини» сезона весна/лето 1986, над которыми откровенно смеялись в зрительном зале, стали ключевым высказыванием в области модной обуви 1990-х годов.

С середины 1990-х годов отрасль