Пробуди в себе художника. Методика интуитивной живописи для развития творческих способностей - Ольга Лоза

и постоянные фоновые чувства, которые мы даже не осознаем. Есть «стыдные» чувства, подавленные воспитанием, благоразумием или простой житейской логикой. Все наши реакции, осознанные или неосознанные, – те, что не успели дойти до стадии действия. И к счастью: ведь если бы мы реагировали немедленным действием на любой раздражитель, то вряд ли вообще смогли бы выжить. Порой так и хочется приложить ближнего своего крепким словцом или даже кулаком; но мы сдерживаемся, так как прекрасно понимаем – последствия не заставят себя ждать. Тем не менее все эти погашенные вспышки и усмиренные реакции никуда не исчезают. Это же энергия: она просто меняет вектор. Вместо того чтобы выплеснуться во внешнее, она уходит внутрь. Если не дать ей адекватный выход, она обязательно проявится в психосоматических заболеваниях. В первую очередь – в неврозе.

Но не только в подавленных реакциях дело. Мир переживает не лучшие свои времена. Пандемия, военные действия, обрыв культурных и общечеловеческих связей, неуверенность в будущем… Теперь все это для нас – привычные условия жизни. Общий негативный фон – наша «норма» на сегодняшний день. Да и на завтрашний тоже, и на несколько лет вперед. Это наша реальность, и от нее не убежать. Разумеется, люди это понимают и страдают еще больше – от собственного бессилия. Никто сейчас, ни в одиночку, ни даже группой не сможет изменить существующий порядок (а точнее, вопиющий беспорядок) вещей. Но каждый из нас может улучшить свою жизнь в разы! И прожить эти темные времена, освещая пространство вокруг себя внутренним светом. Хорошая новость в том, что этот свет уже в нас существует. Нужно только освободить душу от накопившегося хлама, который заслоняет наш внутренний свет. В этом как раз и поможет живопись.

Живопись как выход из тупика, или Лекарство от выгорания (личная история)

Ольга Лоза

Вам наверняка знакомо выражение «литературный негр». Часто его в ироническом смысле употребляют, когда говорят о писателях, которые выпускают новые романы чуть ли не каждый месяц. На них, мол, работают «негры». Между тем, это реальная профессия, и называется она автор-составитель. Два десятка лет это занятие кормило меня. Я писала книги на заказ. Это не слишком прибыльное дело, поэтому приходилось писать много и быстро. На одну книгу у меня уходило месяц-полтора (а это очень, очень мало!). При таком темпе немудрено выгореть, и несколько раз я выгорала до самого донышка. Самое глубокое «дно» со мной случилось в конце 2016 года. Я чувствовала себя не просто опустошенной. Не осталось ничего из того, что раньше составляло мое «я». Исчезли профессиональные навыки, улетучились желания, мысли и ощущения. Я не знала, кто я, зачем я, какое место я занимаю в этой жизни. Все, что я могла, – лежать, глядя в потолок, и изредка вытаскивать свою тушку на кухню и в помещение рядом. К счастью, у меня не было ни денежной подушки, ни богатого спонсора. Депрессия депрессией, но нужно было платить за коммунальные услуги и чем-то питаться. Это и заставило меня оторвать пятую точку от дивана и задуматься, чем жить дальше.

Писать книги я больше не могла: мои ментальные и психологические ресурсы ушли в глубокий минус. Event-сферу, где у меня был кое-какой опыт, и тем более психологию я тоже не рассматривала: на общение с людьми не было сил. Куда податься? Чем снискать хлеб насущный, как говорил незабвенный Шура Балаганов?

И я придумала вот что.

Каждый день я шла пешком с Васильевского острова до Невского проспекта и заходила в Дом Книги. Там я набирала стопку иллюстрированных изданий, садилась на диванчик и перелистывала цветные страницы. Я сама не знала, что ищу. Просто чувствовала, что на этом пути меня могут ждать какие-то находки. Мое внимание захватили альбомы из серии «Цвет». Каждый был посвящен какому-то одному цвету – желтому, красному, зеленому, синему. Особенно меня поразил синий альбом (видимо, аукнулось плюшевое небо детства). Я вглядывалась в фотографии, где синий преобладал, и внутри меня разгорались искры вдохновения. Не думая, как и куда его применить, я просто искала дальше. Другой «зацепкой» стал букинистический справочник по подвижному составу железных дорог СССР. Вот это было совсем неожиданно! Но я вспомнила, что с детства любила поезда, железную дорогу со всеми ее прелестями: запахами угольного дыма, чаем в подстаканниках, случайными попутчиками и мельканием пейзажей за окном.

И я начала – нет, пока что не рисовать – а вырезать паровозики и вагончики из винных пробок. И раскрашивать их. Это детское занятие меня увлекало и отвлекало от взрослых проблем. Мозг, истощенный постоянными дедлайнами, получил возможность заниматься полной ерундой. Моя душа отдыхала от редакционных заданий, жестких сроков и требований книжного рынка.

Когда паровозиков скопилось целое «депо», я захотела их вписать в какую-то реальность. От игрушечных поездов логичен переход к моделизму, но это было слишком по-взрослому. Я решила нарисовать нужную реальность. Так появилась моя первая картина «Станция Гирей и поезд „Аллегро“, следующий через Кавказские горы». На жестяном подносе я изобразила веерное депо, горную гряду, станционный домик и железную дорогу. Пробковые поезда крепились к ней с помощью магнита. Эта картина и сейчас висит у меня над кроватью. Затем были и другие арт-объекты: те же подносы, жестяные банки из-под чая, коробки из-под шоколада…

Живопись перезагрузила меня. Депрессия, усталость и обнуленность исчезли. Появился интерес к жизни, а еще – внимание к себе. Это был невероятный опыт, который не просто открыл моего внутреннего художника. Я поняла, что через цвет, линию и образ можно погрузиться во что-то неизведанное, связаться с той частью себя, где живут ответы на все вопросы.

От рисования и экспериментов с цветом я вновь вернулась к писательству. И сейчас эти два занятия идут бок о бок. Когда я сижу перед пустой страницей и не знаю, с чего начать, я беру краски или масляную пастель. Этюд на любую тему служит мне ступенькой к новому тексту. Часто сюжеты приходят в виде картинок, которые потом преобразуются в слова.

Рисование как терапия, как освобождение души – идея далеко не новая.

Как вы думаете, почему аристократы стремились дать своим детям самое широкое образование? Живопись и стихосложение, каллиграфия (у нас, в России, она называлась чистописанием), музыка и танцы: занятия искусством входили в обязательный «набор» дворянского воспитания. Да, конечно, это был отличительный знак дворянина. Аристократы считали себя носителями культуры – в противоположность «некультурным» простолюдинам. (Впрочем, среди сильных мира сего встречались и отъявленные невежды.) Но истинная причина крылась не в желании