«Мама, я хочу быть любимой!» Как исцелить детские травмы, раскрыть свою женственность и создать гармонию в отношениях - Ольга Карпова

доигрывание детско-родительских отношений становится бессознательной мотивацией для вступления в брак. Очень хочется материнской любви! И что же делать, если мать не может ее дать? Приходится добирать другими способами!

Здоровые женско-мужские отношения отличаются от детско-родительских. И важно, чтобы мужчина и женщина различали функции отца и мужа, матери и жены в семейном союзе. В особых ситуациях супруги могут выполнять функции родителей. Но выполнение отдельных функций не может полностью компенсировать нехватку родительской любви. Например, мужчина не обязан брать на себя финансовую ответственность за женщину. Психологическая зрелость проявляется в том, что женщина способна сама себя обеспечивать и спокойно справляться с автономным режимом существования.

В то же время пары часто формируются по принципу сходства с теми отношениями, которые они видели в семье. Женщины выбирают партнера, рядом с которым они могут чувствовать что-то похожее на отношения с папой, мамой или другим значимым взрослым. Мы бессознательно стремимся воспроизвести ту семейную атмосферу, которая нам знакома.

Отношения с мужчиной могут походить на отношения, которые мы видели в родительской семье, но решить проблему детско-родительских отношений в паре мужчины и женщины невозможно!

В начале может показаться, что избранник дает именно то, чего так долго не хватало. Если мама была невнимательной к переживаниям дочки, не хвалила, не поддерживала, не восхищалась, а партнер уделяет внимание, сопереживает, хвалит, поддерживает и восхищается, возникает ощущение гармонии. И тогда возникает сильная влюбленность, большое и яркое чувство, похожее на удовлетворение жажды в пустыне.

«Наконец-то я нашла мужчину всей своей жизни!» – думает женщина, и ей кажется, что так будет всегда. Но постепенно происходит сближение, и женщина начинает видеть в мужчине не только качества значимого взрослого, в которых она нуждалась, но и много других, некоторые могут удивлять, расстраивать или даже раздражать. Так заканчивается эйфория и появляется возможность узнать друг друга настоящих, без прикрас. Но женщина с травмой отвержения не может найти достаточно ресурсов, чтобы встретиться с мужчиной по-взрослому. В этот момент на смену влюбленности приходит разочарование, начинает казаться, что ее опять, как всегда, обманули, предали и отвергли. Она попадает в ловушку своей травмы и видит повторение опыта отвержения.

С годами такие отношения становятся все холоднее. Их ресурс постепенно заканчивается. Мужчина при всем желании не может стать мамой своей избранницы и любить так же. Брак, основанный на желании вернуть себе безопасность, обречен на неудачу, если пара вовремя не обратится к специалисту – психологу или психотерапевту. После того, как удается решить проблему в отношениях с мамой и папой, появляется возможность создать крепкую пару.

Анна Гусарева, психолог-сексолог, член Ассоциации сексологов РФ

Твой внутренний якорь

Река не держится за русло, которое ее иссушило. Так и женщина не должна держаться за то, что ее опустошает.

Развод – потеря себя

После развода Синичка долго чувствовала себя разбитой. Ей казалось, что она потеряла не только мужа и семью, но и саму себя. Жить вместе после предательства стало невозможно, но расставание было похоже на маленькую смерть. И дело даже не в том, что замужество являлось для нее символом женского статуса, подтверждением «пригодности» и знаком качества. Проблема была совсем в другом!

Она умела любить самозабвенно – растворяясь в тех, кого любит, как сахар в горячей воде. Ни один сахарный кристалл в воде не виден! Точно так же Синичка умела растворяться полностью, без осадка. А когда в руках оказалось свидетельство о разводе, она столкнулась с болью небытия, как будто душа, растворившаяся в муже, так в нем и осталась.

На терапевтических сессиях она часто сталкивалась с этим исчезающим «я». Психолог помогал доставать сахарные песчинки из горячей воды и терпеливо, многократно повторял вопрос: «Кто ты?» Ответ нужно было начать со слов «я та, которая», но продолжения не находилось. Сахар не кристаллизовался.

Она могла сидеть над листом бумаги, где нужно было хоть что-то написать, целых полчаса, но слова не шли. Она не могла ответить на вопрос, кто она такая и какая она, настоящая, если рядом нет ни мужа, ни подруг. В подругах она тоже умела растворяться, только не всем подругам это нравилось.

Однажды она поехала с подругой в Милан. Как бы подруга ни предлагала провести время, Синичка поддерживала любые идеи. «Пойдем на крышу Миланского собора, посмотрим на горгулий! Давай сегодня вечером сходим ресторанчик у отеля! Закажем ризотто с шафраном! Съедим по мороженому!» – на все согласно кивала головой. Если подруга интересовалась пожеланиями Синички, та всегда отвечала: «Я буду то же, что и ты». В этот момент сахар растворялся в воде: она сливалась с подругой до такой степени, что не могла различить, где заканчиваются желания подруги и начинаются ее собственные. Сама по себе она ничего не хотела или не смела хотеть.

К концу поездки спутница так устала быть инициатором, что вдруг на ровном месте решила наехать на Синичку с претензиями: «Послушай, а ты сама когда-нибудь чего-нибудь хочешь? Тебя саму не достало соглашаться и идти у меня на поводу? Конечно, ты очень удобная попутчица, но знаешь, иногда это бесит! Даже мой шпиц не всегда ходит туда, куда я его веду!»

Эти слова больно ранили! Разве такой должна быть благодарность за прекрасную совместную поездку? Ведь Синичка шла туда, куда хотела идти подруга, потому что искренне заботилась о ней. Синичку радовал живой интерес другого человека и желание объять необъятный Милан за несколько дней.

Ей было приятно оказаться опытной сопровождающей, поскольку она много раз была в этом городе и могла заново открывать для себя знакомые места, глядя на них восторженными глазами подруги. Унизительное сравнение со шпицем застряло в сердце ядовитой занозой. Но даже после этого болезненного удара она не могла продолжить фразу «я та, которая» и не могла ответить на вопрос, что она любит и чего хочет. Ей было проще и удобнее хотеть того же, чего хотят те, кого она любит. Без других ее как будто бы вовсе не было!

В безрезультатных попытках найти хоть одно свое собственное желание Синичка упиралась в тупик сопротивления: «Разве это так плохо – во всем поддерживать близких людей? Меня с детства ломали и принуждали делать то, чего я не хотела! Так разве не счастье – делать рядом со мной то, что хочется? Разве это не признак настоящей любви – хотеть того же, чего хотят твои близкие?»

Синичка точно знала,