Тьма египетская - Лана Ланитова

ты полагаешь, что инфибуляция перестала существовать в 19 веке? Я разочарую тебя, mon amie. Ты знаешь, что нам, демонам, иногда открыты врата будущих событий. Не всех, конечно. Но об этой пагубе, увы, я знаю точно, что люди продолжат калечить собственные гениталии и в 20 веке, и в 21, и… Увы, но эта тайна находится даже вне прерогатив моей демонической сущности. И даже вне прерогатив моего начальства. Это то зло, которое вместе с великой глупостью несет человечество из глубин своей собственной сути. Из темной пропасти своего извращенного сознания! Без каких-либо на то подстрекательств со стороны демонического мира. Махнев, все дело в том, что эта ипостась абсолютного зла намного сильнее той, что в состоянии принести вам извне, демоны земного мира. Я не могу тебе сейчас открыть всю правду. Скажу лишь одно: в деле обрезания и изуверств над гениталиями, а так же кастрации и пыток на детородных органах, на людей повлияли демоны иных миров. Да и сам человек в своей глубинной сути всегда пытался спорить с самим Создателем. Ровно так, как порою спорят глупые дети со своими родителями. Себе назло. И вот итог – тяга к членовредительству сопутствует Homo sapiens почти от сотворения мира и до новейшего времени. Увы…

Владимир вновь во все глаза смотрел на демона, удивляясь каждому его слову.

– A propos, я говорю, Махнев, тебе лишь о божественной физиологии. Об уникальности устройства человеческого аппарата. И я пока ни слова не сказал о том, как действует сей «аппарат» при наличии самой главной божественной энергии.

– Какой?

– Какой? И ты еще спрашиваешь?

– Я, кажется, догадался, о чем вы, – улыбнулся Владимир. – Вы говорите о любви.

– Да, чёрт побери, я говорю о ней. И ты знаешь, насколько редко я говорю именно о ней! О ЛЮБВИ. Я – демон. И по моему призванию, мне не должно вести разговоры на подобные темы. Я веду себя, словно преподаватель, которому запрещено рассказывать студентам о каком-то великом открытии. Запрещено до поры. Но ему не терпится. И он выдает в запале все то, о чем его ученикам пока не положено знать.

– Виктор, это смешно. О ЛЮБВИ трубит весь мир.

– Да, но только я могу открыть тебе нечто, что не откроет никто… Так вот… Быть может, ты меня поймешь. Хоть и не сразу. Пойми, все, что связано с плотью человеческой и ее желаниями – прекрасно и божественно по сути. Но, какую же силу приобретает эта божественность, если плоть эта действует под влиянием человеческого сердца.

– Я понял…

– Понял ли? Запомни – всякая половая любовь и оргазм человеческий становятся во сто крат сильнее и чище, если сии действа осенены любовью… ЛЮБОВЬЮ.

Владимиру показалось, что танец обнаженных египтянок длился намного дольше, чем это допустимо. Звон систров и удары барабанов звучали теперь издалека, легким, едва слышным фоном. Да и сама беседа с демоном, казалось, происходила совсем в ином пространстве. Он вдруг ощутил перед собою студенческую скамью, так похожую на ту, что была в замке Виктора. Ему даже показалось, что он слушает демона не один. Рядом с ним речь патрона смиренно внимали такие же ученики, как и он. – Булкин, Травин и Екатерина Дмитриевна.

– ЛЮБОВЬЮ! – вновь крикнул демон. – Но я отвлекся…

А после был туман. Или сон, в котором Владимир парил, словно птица, над желтой страной в песках. И древние пирамиды и таинственный Сфинкс излучали энергию иных миров. Не земных… А он парил в струях чарующих благовоний, увлекаемый потоками неведомого эфира.

– Ау, Махнев… Ты что, заснул? – прошептал демон возле самого уха Владимира и толкнул его в загорелый обнаженный бок. – Просыпайся. Египетские дивы уже сплясали. Сейчас мы с тобою увидим то, ради чего я приволок тебя в это царство.

– А? Что?

– Не спи! А то крокодилы съедят, – рассмеялся Виктор.

– Мне показалось, что я лечу…

– Тебе приснилось. Смотри. Мы наконец-то с тобой увидим то, что я тебе пообещал накануне. Сейчас перед Нефтидой и гостями выступят особые акробаты. И знаешь, чем они будут нас развлекать?

– Чем?

– Актами аутофелляции. Вот чем! – хохотнул демон.

– А, вот оно что… А я уже и забыл о ней.

– Сейчас вспомнишь. Вновь увидишь то, чем в твоей лаборатории занимался милый кадавр.

Музыка вновь стихла. Только систры продолжали шелестеть в полумраке огромного зала. К сцене подошел Серапис и взмахом факела зажег несколько порфировых чаш, расположенных по периметру сцены. Огонь жадно полыхнул ввысь, освещая лучше прежнего постамент с блестящим палисандровым покрытием.

Владимир скосил глаза на то место, где находился трон Нефтиды. Вернее её ложе. Ему было жутко любопытно, что скрывается за шелковым пологом, отделяющим хозяйку дома от прочих гостей. Неужели она там «возлежит» прямо во время спектакля? О, чудо! Ему показалось, что тонкая женская кисть отогнула тканевую драпировку, прикрывающую «ложе» ровно так, чтобы любопытный зритель мог отлично лицезреть египетскую красотку со стороны. Этим любопытным зрителем и был как раз Владимир. Теперь ему было отлично видно все, что происходило в её роскошном будуаре. Он увидел, что Нефтида действительно полулежала на широкой кровати, застеленной шкурами молодого гепарда. Её прекрасная головка, увенчанная париком с множеством золотых бусин и жемчуга, покоилась на нескольких шелковых подушках. Ровные, чуть выпуклые бедра и стройные смуглые ножки с обнаженными ступнями светились сквозь тонкую нить золоченого платья. Маленькие овалы грудей венчались острыми, красноватыми сосками. Она повернулась к Владимиру точеным профилем. Взгляд изумрудных глаз был устремлен на сцену.

«Она похожа на статуэтку из слоновой кости. Она точно не земная женщина. Откуда пошла эта раса?» – растеряно думал Владимир, пристально рассматривая Нефтиду.

– Я тебе говорю, что египтяне и вся их цивилизация произошли от посланников других миров, – доверительно шепнул демон.

– Вы всегда слышите мои мысли?

– Почти, – зевая, отвечал Виктор. – Смотри на сцену. Не отвлекайся.

– Знаете, я что подумал?

– А ты умеешь думать?

– Могу и не говорить.

– Говори уж.

– Я думаю, что все жестокости, связанные с отсечением гениталий и кастрацией как раз и пошли из этих мест.

– Ты полагаешь?

– Точно. Вы сказали, что только неземные демоны могли принести на нашу планету подобные изуверства. Так?

– Я полагаю, что так оно и было. В земном демоническом арсенале не было таких извращений.

– Вот… Посмотрите на Нефтиду. Она же не человек!

– Ты так думаешь?

– Определенно. Вы видели её глаза?

– Видел. Красивые…

– Они не просто красивые. Она именно – не человек. Следовательно, весь род египтян и пришел на землю с другой планеты, принеся с собой всё это варварство. То есть