Олимпиада. Мои секс-истории - Лучия Мун

Он вынимает член из моего рта и вставляет искусственный. С силой разрабатывает им горло, вгоняя глубоко. Мычу и дергаюсь, за что тут же становлюсь наказанной крюком.

— Терпи и не дергайся. Шире рот, — его короткая команда.

Понимаю, что так и нужно. Хотя бы я научусь хорошо сосать.

Я люблю минет, мне это нравится. Но сейчас господин от меня хочет другого: ему нужен жесткий трах в рот, а не отсос.

— Расслабь горло, — и я чувствую удар по щеке. Через маску не так больно, но все же.

Огромная силиконовая головка просовывается мне в рот. Хоть знать бы какого она цвета…

Резкий толчок в горло.

— Мм, — пытаюсь крикнуть, но тут же давлюсь.

Подавившись, ругаю себя — попе больно. Лучше потерпеть и хорошо разработать горло.

Игрушка проходит мне так глубоко, как никогда еще никто не совал. Или мне так показалось, не знаю. Все дело в том, что он фиксирует мою голову неподвижно и проникновение получается значительно больше по глубине.

— А теперь поработай.

И вновь у меня во рту его пенис.

Теперь он проходит глубже, трахает сильнее и начинает ускоряться. Но до финала себя не допускает. Вынимает член изо рта и крюк из моей задницы.

* * *

Теперь я лежу на спине: он быстрым движением развязал мне руки, перевернул меня на спину и снова связал.

Я не стала противиться. Все же, господин умеет делать хорошо, просто сегодня он грубее и жестче, чем был в прошлый раз.

Мои ножки расставлены и привязаны, руки так же, только над головой. Я лежу на спине, на лице по-прежнему маска. Глаза закрыты, рот, наконец-то, освобожден, грудь и клитор теперь наружу. Добраться до них ему не составит труда.

Страшновато!

Острый точечный удар по соску. Стек!

— Аа, — коротко визжу.

Не то чтобы больно, скорее неожиданно. Сосок тут же затвердел и налился кровью. В животе заныло и потеплело, щель увлажнилась и я поняла, что теку.

Он проводит стеком между моих половых губ. Я понимаю, что сейчас он там не ударит, но в глубине души все же боюсь.

Ребрышком стека он чертит линию от лобка до самой шеи.

— Открой рот.

Открываю, думая получить член. Но у Господина другие идеи.

— Покажи язык.

Вынимаю и тут же отхватываю по нему удар.

Быстро прячу и тут же опять высовываю. Вдруг Господин захочет еще.

— Закрой, киса.

Закрываю, облизываю губы.

Удар точно по клитору. Стеком. Я взвыла от боли и выгналась дугой.

— Ааау, — моя попа, наверное, взлетела на пол километра вверх. Руки и ноги пристегнуты, но бедра свободны. Он лупит меня и знает, что я никуда не убегу.

— Тише.

И он гладит меня по киске чем-то нежнейшим, похожим на перо.

Адская боль и райская нежность! Я закусываю губу и начинаю стонать.

На смену перу приходит жесткое ребрышко стека. Низ живота наливается кровью, я понимаю, что уже вот-вот…

Краешком стека он гладит мои губки, слегка давя на клитор. Легонько похлопывает видя, что я теку.

— Я отвяжу тебе ноги. Раздвигай их широко. Контролируй себя, старайся.

Мои ноги обретают свободу, но я даже не думаю их сводить. Расставляю даже шире чем были, чтобы показать, что я готова на все.

— Аааа!!! — инстинктивно все же свожу колени.

Безумно больно и… хорошо! Он с силой ударил меня по клитору. Искры из глаз, слезы и стон.

Видимо, он хочет видеть мои глаза. Снимает маску и смотрит на мои раскрасневшиеся щеки.

— Готова?

Он видит, что мне больно, и спрашивает. Господин оказался заботливым верхним, мне с ним повезло. Но все равно…

Удар!

— Аааа, как больно, — я захожусь в крике.

Теперь уже не на одну, а на несколько секунд свожу коленки. Клитор трепещит и жаждет еще.

Переждав вспышку боли, развожу обратно и пытаюсь унять в коленях дрожь.

— Ножки трясутся?

Он проводит ребрышком стека по внутренней стороне бедра.

— У женщины ножки трясутся только от очень хорошего верхнего.

Он перефразировал известную присказку. Вообще-то ноги трясутся просто от качественного траха, это знают все. Но что же, у нас по-другому.

— Согни в коленках и подтяни к себе.

Либо засадит в киску или будет мучить попу.

Он присаживается рядом с вагиной, что-то держит в руках.

Берет мою половую губку и слегка натягивает. Не расширяет дырочку, как обычно любят играть мужчины, а тянет губку на себя.

Тугая пугающая боль и холодок металла. Зажим!

Он натягивает вторую — и тоже ставит металлический зажимчик.

Как будто мою киску крепко сжали и стиснули.

Я почувствовала себя в его руках. Нет, скорее в сетях, словно золотая рыбка, готовая исполнить все, что угодно.

Нет! Нет и нет!!!

Мотаю головой из стороны в сторону и говорю твердым тоном:

— Нет!

Не знаю почему, вроде не больно. Может, позже пойму что к чему. А пока — нет.

БДСМ — это только по доброй воле. Даже если принуждение, пытки, наказания — не важно. Все только по согласию, это важно.

— Нет, — повторяю еще. — Красный!

Мы не выбирали это стоп-слово, оно как бы негласное, если нет договора об ином.

Господин смотрит недоуменно. Не спорю, анал и порка стеком куда больнее, чем зажимы на половых губах.

Но что-то во мне начало протестовать. Бунтовать, говорить против.

Я решила слушать себя. Нет так нет, значит, игра окончена.

— Я не хочу, — поясняю уже спокойней и думаю как оправдаться, чтобы не обидеть. — Наверное, я устала.

Господин меня отвязал, сессия закончилась. Голова еще слегка кружилась — то ли от лекарства, то ли от чувств.

Я молча оделась и взяла сумку.

— Ты больше не кидай мне таких фото, мне это… неудобно. Хочешь встречи — пиши в личку там где чат. Не пиши в другие соцсети.

Я поняла: он не один и не хочет со мной быть постоянно. БДСМ встречи для него — вариант отдыха от рутины жизни.

А для меня БДСМ стал самой жизнью. Я хочу постоянно находиться под контролем, не знать когда меня захотят проверить или наказать. Спонтанно и ярко, а не по расписанию, словно секс у пожилых семейных пар.

Молча киваю, одеваюсь. Еще до этих его слов я начала понимать, что нам не по пути.

Мне нужно другое, а не то, что он делал со мной. Я хочу больше страсти, огня в груди, пожара в голове, а не механического воздействия на клитор и прочие прелести моего тела.

Может, я сошла с ума, а может,