Наследник жестокого бывшего - Вивиан Фокс

Когда уперся лбом в ее живот, мое тело прошила волна дрожи. Я как будто вернулся домой. Попал в место, где больше всего хотел оказаться. Вдохнув ее запах, почувствовал, что больше никуда не хочу.

А когда ее пальцы зарылись в мои волосы, закрыл глаза и впервые в жизни отпустил контроль над своим телом. Руки сами раздвинули полы халатика, а губы сами легли на нежную кожу живота. Это стало моментом, когда я в полной мере осознал: вот моя конечная остановка. Дальше бежать уже не нужно. Здесь будет моя тихая гавань, которой мне так не хватало.

Подняв голову, ловлю взгляд Тони. Открытый и такой уязвимый. Каждый раз глядя на меня, она как будто умоляет: “Не обижай меня. Не делай мне больно”. Я стараюсь не вспоминать всю ту дичь, которую позволял себе с ней. Не скажу, что мне сейчас стыдно, но чувство вины я все же испытываю. Тоня не заслужила такое отношение.

Контроль над губами и голосовыми связками я тоже отпускаю, и мой рот сам выдает то, о чем я еще неделю назад точно не сказал бы:

– Хочу, чтобы ты спала в моей постели.

Глава 44

Тоня

Я не знаю, как реагировать на его слова. Наученная горьким опытом, впадаю в ступор и уже хочу отказать. Но Святослав и не спрашивает. Встав, поднимает меня на руки и несет наверх.

– Не бойся касаться меня. Обними за шею, – тихо говорит он.

Я нерешительно кладу руки на его мощную шею и обнимаю, прильнув к нему всем телом. Упираюсь виском в его щетину. А Свят, повернув голову, оставляет на виске поцелуй. Короткий, но бесконечно нежный.

Войдя в спальню, толкает ногой дверь, закрывая.

Поставив меня возле кровати, развязывает пояс халата и снимает его с меня. Все тело мгновенно охватывает жаром.

Святослав укладывает меня на кровать. Сам устраивается рядом и накрывает нас одеялом. Щелкнув выключателем, погружает комнату в темноту.

Я лежу, не шевелясь. Сердце колотится, как сумасшедшее. Я жду того, что сейчас Свят начнет приставать ко мне. И да, я хочу этого! Хочу его просто до дрожи. Но сама ни за что не сделаю первый шаг.

Святослав удивляет. Обняв, подтягивает меня к своему боку и прижимает так крепко, что тяжело дышать. Я не знаю, куда деть левую руку. Будь этот мужчина моим, моя ладонь, уже бы давно покоилась на его твердой, как камень, груди. Но Юдин не мой, и я не знаю, как вести себя.

Мы лежим так пару минут, и я понимаю, что хочу прикоснуться к нему, но не решаюсь. Заношу руку над грудью Свята. Тогда он принимает решение за меня. Просто берет и припечатывает мою ладонь своей огромной. Я чувствую, как под пальцами грохочет его сердце, повторяя ритм моего.

– Мне нравятся твои прикосновения, – тихо говорит он. – У тебя очень нежные руки.

От этого заявления по телу растекается тепло.

– Я боюсь прикасаться к тебе, – признаюсь шепотом. Сейчас я немного смелее, потому что темнота – это время откровений. Она допускает все то, что не может быть сказано или сделано при свете дня.

– Почему?

– Наверное, потому что опасаюсь, что ты откусишь ее, – хмыкаю. Мне совсем не весело от осознания этого факта. Но проще свести все к шутке, чем рассказывать о своей боли.

– Никогда, – выдыхает он тихо. – Больше никогда. Спи, Тоня.

Спать?! Он серьезно? Как я могу спать, когда все мое тело гудит и вибрирует от его близости?

Но дыхание Свята выравнивается, а ладонь, прижимающая мою, становится тяжелее. Он уснул. Надо же, как быстро.

Вздохнув, закрываю глаза и сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

А утром просыпаюсь от того, что мое тело пылает в огне. Кажется, будто через секунду я просто превращусь в пепел.

Постепенно выплывая из сна, чувствую горячие поцелуи на своей шее, ключице. Они медленно перемещаются на грудь. Крупные руки сжимают полушария, а соски по очереди попадают в горячий, влажный плен рта.

Хочу выдохнуть, но из меня вырывается стон. Он становится громче, как только на чувствительной горошине смыкаются зубы.

Выгнув спину, зарываюсь пальцами в волосы Свята. Притягиваю ближе к себе и снова закрываю глаза.

Эти горячие ощущения, вспыхивающие по всему телу, погружают меня в котел с кипящим в нем удовольствием. Ерзая по кровати, пытаюсь создать как можно больше трения с большим телом Свята.

Отпустив мою грудь, он поднимается и нависает надо мной, коленом раздвигая мои ноги. Наши взгляды сталкиваются ровно в тот момент, когда Свят медленно погружается в меня.

Двигается неторопливо, повышая томление на максимум. Я царапаю его спину и негромко стону, когда член Свята утопает во мне до самого конца.

– Доброе утро, – с улыбкой произносит он и толкается сильнее.

– Ты надумал меня мучить? – спрашиваю и ахаю от более мощного толчка.

– А что такое? – улыбка становится лукавой. – Не любишь неспешный секс?

– Люблю секс с тобой, – отвечаю, впиваясь ногтями в его спину.

– Сегодня он будет таким, – произносит Свят и, наклонившись, целует меня.

Он не проникает языком в мой рот, но губы, скользя по моим, разжигают мое желание. Я чуть шире развожу ноги и забрасываю их Святу на бедра. Тогда он открывается от меня и, сев на колени, поднимает мои ноги выше и прижимает колени к моей груди.

Отклоняется и так внимательно смотрит на соединение наших тел, что мое вспыхивает от смущения.

– Как красиво, – хрипло произносит он и снова двигается.

Его бедра плавно, мучительно медленно отступают, а потом так же плавно подаются вперед. И только в самом конце он делает небольшой рывок, впечатываясь в меня. Так повторяет несколько раз, не сводя взгляда с моей промежности.

– Моя нежная девочка, – говорит он, как будто сам себе. Словно никто этого не должен услышать, и это просто из него неконтролируемо вырываются потайные мысли.

От ласковых слов я нахожусь в замешательстве. Никогда бы не подумала, что Юдин способен произнести такое вслух. От этого слышать такие слова еще трогательнее и ценнее.

– Иди ко мне, – прошу и тяну к нему руки.

Свят падает на меня сверху. Оставляет одно колено задранным. Проскальзывает в меня чуть яростнее и нападает на мой рот жадным поцелуем.

– Моя девочка, – бормочет мне в губы. – Моя.

С этими словами целует меня и начинает