Просто дыши - Ана Эм

Он поднимает ко мне свои серые глаза, и до меня доходит смысл слова «давно». Это значит «со времен Селин». Вот только никто из присутствующих не знает, что большая часть происходящего просто игра.

Игра.

От этой мысли мне становится не по себе. Что если он и правда просто хорошо играет? Элиот знает, что нужно делать, чтобы Селин поверила в его увлеченность мной. Он однажды любил ее.

Что если все, что останется мне это иллюзия близости? Игра, правила которой начинаю забывать?

Элиот

Захожу вслед за Селин в ее кабинет. Она тут же подходит к своему столу и начинает перекладывать какие-то бумажки.

– Съемку проведем на следующей неделе. – холодным тоном сообщает она, не поднимая головы.

Разумеется, это небольшая месть за то, что первым проигнорировал ее. Она всегда так делала. Если ее что-то задевало, она делала все, чтобы задеть тебя в ответ.

– Конечно. – сухо отвечаю, убрав руки в карманы брюк.

– Есть какие-то проблемы или вопросы касательно съемки? – ее взгляд бегло проходится по моему лицу и снова опускается вниз.

Я усмехаюсь, стараясь выглядеть максимально непринужденно.

– Это я должен задавать этот вопрос.

Медленно приближаюсь к ее столу. Кажется, она замирает на мгновение.

– Все-таки я пока здесь фотограф. – обхожу стол и останавливаюсь рядом с ней, она тут же выпрямляется. – Так что, если у тебя есть вопросы, задавай.

Она продолжает смотреть на какую-то бумажку в руках, но теперь я вижу, она чувствует мое присутствие. Больше не может его игнорировать.

Все так же красива, дерзка, неприступна.

Я видел ее голой, беззащитной, в разных позах, в разных состояниях, и знаю, Селин де Шар всегда смотрит в глаза собеседнику. Потому что так чувствует себя уверенней. Ей необходимо вести диалог в нужное русло. Необходимо контролировать реакции на свои слова. Она и со мной пыталась так сделать. В нашу первую встречу. Она пыталась убедить меня, что это я ее хочу, а не наоборот. Меня это зацепило. То, как умело она обращалась со словами, как одним только взглядом заставляла тебя замолчать и слушать. Она напоминала мне сирену. Красивую, дикую, непредсказуемую. А потому мне интересно, почему, когда мы впервые за много лет оказываемся наедине, она не смотрит мне в глаза? Почему не бросает вызов?

– У тебя есть вопросы ко мне, Селин? – спрашиваю, понизив голос, и она резко втягивает ртом воздух. – Нет? Тогда спрошу я.

Делаю еще шаг к ней, и у нее не остается иного выбора, кроме как повернуться и взглянуть на меня. В серых глазах ни грамма эмоций. Словно я никогда не был тем, кому она признавалась в любви. Словно я не тот, кого она предала. Словно я всего лишь незнакомец.

– Почему ты позвала меня в кабинет на самом деле?

Она сжимает челюсти и опускает документы на стол.

– Как и сказала. – слегка вскидывает подбородок. – Чтобы обсудить съемку.

Уголок моих губ ползет вверх, в то время как что-то внутри болезненно обрывается. Как она может смотреть на меня вот так просто? Ни вины, ни сожалений.

– Я еще утром прислал тебе все на почту. – напоминаю. – В этом разговоре нет смысла.

Делаю еще шаг вперед, и она напрягается всем телом.

Есть столько вещей, которые я хотел ей сказать, но почему-то сейчас не могу вспомнить ничего. Пустота. Внутри болезненная пустота.

Вглядываюсь в ее серые глаза, пытаясь найти ту яркую девушку, которую полюбил. Ту, что смеялась над каждой моей глупой шуткой. Ту, что искала во мне утешение, когда больше некуда было пойти. Ту, с которой я хотел состариться вместе. Я ищу ту девушку, и не нахожу. Эта женщина передо мной незнакомка. Я не знаю ее. Совсем. Не знаю.

– Ты счастлива? – срывается вопрос с моих губ. – Вся эта работа, успех, статус, деньги…все это, оно сделало тебя счастливой?

Пару дней назад Эва задала мне тот же вопрос. Счастлив ли я?

Нет.

И причем уже очень давно. Я не помню, каково это быть по-настоящему счастливым и не могу не гадать, неужели я один, кто остался под развалинами неправильных решений?

– Более чем. – без колебаний отвечает она.

И я вижу, что это правда. Чувствую. Потому что иначе внутри не было бы этого мерзкого чувства. Я бы хотел, чтобы она страдала хоть немного. В глубине душе, я хотел, чтобы она пожалела о своем решении. И это отвратительно. Вот настолько я жалкий.

– И ты ни о чем не жалеешь?

– Нет.

Я улыбаюсь так широко, как только могу. Стараюсь выглядеть расслабленным, непринужденным. И у меня получается. Работает со всеми.

Кроме Эвы.

Наверное, хорошо, что передо мной сейчас не она.

– Что ж, рад за тебя. – легкомысленно пожимаю плечами.

– Правда? – ее брови взлетают вверх.

Эмоции просачиваются на поверхность ее идеального лица.

Она думала, я ее ненавижу?

– А что? Я не могу порадоваться за тебя?

– Честно говоря, думала, ты меня ненавидишь.

– Почему?

Она вздыхает, склонив голову.

– Ты знаешь, почему.

Улыбаюсь еще шире. Если мое лицо не треснет прямо сейчас, это будет просто гребанным чудом. В голове оживает тысяча вопросов.

Почему ты так поступила?

Что я сделал не так?

Чего тебе не хватало?

Почему?

Почему?

С губ ни один не срывается. Все они застревают где-то в горле. Царапают его в кровь, заставляя меня содрогнуться. До того момента, как Селин снова появилась в моей жизни, я практически перестал думать о ней. Мне казалось я вырвал ее из своих воспоминаний и перевернул страницу.

Я ошибался.

– Ты ошибалась. – с улыбкой произношу и начинаю увеличивать расстояние между нами, отступая назад. – Я тебя не ненавижу.

Как только слышу свои же слова, понимаю, что это правда.

Ненависти нет. Это нечто другое. Нечто, что я старательно игнорировал все это время.

– Если это все, тогда я пойду. – киваю ей и тут же направляюсь к выходу.

– Элиот, – окликает она, и я застываю, схвативший за дверную ручку. – А ты счастлив? С Эвой?

– Более чем. – не думая, бросаю через плечо и вылетаю в коридор.

Мне нужен кислород. Легкие сдавливает. Сжимаю и разжимаю кулаки. Продолжаю идти.

Существует только один человек, которого я ненавижу всей душой, и Селин до него далеко. Нет. Это не ненависть. Тогда что? Злость? Обида? Непонимание? Непринятие?

Она ни о чем не жалеет. Она отпустила, забыла, пошла дальше. Как? Как ей удалось это сделать после всего того дерьма? Не понимаю. Не могу понять.

Проходя мимо офиса дизайнеров, рефлекторно замираю.

Эва.

Она стоит так близко к Клоду, что их плечи почти соприкасаются. Он что-то сказал ей, и