Безбожно сладкий - Стеф Макка

Салем сегодня просто гудит. Куда бы я ни посмотрела, люди одеты в костюмы. Некоторые предлагают сладости, другие просто прогуливаются по окрестностям, исследуя их.

В конце концов я следую за группой, которая направляется к окраине города, к созданному импровизированному лабиринту.

Охота на ведьм начинается в 18:30 вечера, сразу после того, как город погружается во тьму. Маленькие лучики света все еще пробираются вокруг, но постепенно тени берут верх.

Лабиринт огромен, он переплетается с деревьями и выходит из них, охраняемый большими блоками. Блоки представляют собой различную смесь дерева, камня, кирпича и цемента. Некоторые покрыты фальшивой кровью и краской из баллончика, создавая иллюзию опасности. Я полагаю, в каком-то смысле это опасно. На тех из нас, кто решил стать ведьмами, будут охотиться и преследовать. Есть много мест, где можно спрятаться в лесу и за строениями, но также есть много открытого пространства.

Когда я подхожу к палатке для регистрации, мое сердце начинает бешено колотиться от волнения. Это похоже на оживший настоящий фильм ужасов. Хищники ждут вместе с одной стороны, и это зрелище стоит того, чтобы на него посмотреть. Дьяволы, Фредди Крюгеры, Майкл Майерс и куклы Чаки собраны вместе. У некоторых есть оружие… поддельные ножи и бензопилы, и они издевательски насмехаются над ведьмами, когда те проходят мимо. Я слышу притворные угрозы и обещания охотников, и несколько ведьм колеблются, сомневаясь, хотят ли они все-таки участвовать.

Я готова.

Они могут охотиться на меня сколько угодно.

Я подхожу к столу регистрации, одаривая человека по другую сторону улыбкой. Парень лет 20 одет как Люцифер Морнингстар, за исключением того, что половина его лица в форме дьявола. Он улыбается мне в ответ, пододвигая ко мне листок бумаги.

— Привет, детка. Пожалуйста, прочти и подпиши это заявление об отказе от ответственности. Если ты не знакомы с правилами, справа от тебя есть доска объявлений. Но в двух словах, у вас, ребята, будет пятиминутная фора. Охота продлится два часа, но вы можете уйти в любое время. Если вас схватят и потащат обратно к кольям, игра окончена. Со стороны участников не допускается насилие или чрезмерные физические прикосновения, и вы должны постоянно находиться в отведенном для этого лабиринте.

Кивнув, я нацарапываю свое имя на бумаге, прежде чем вернуть ее обратно. В ответ он дарит мне браслет на запястье, который светится в темноте. Он помогает повязать его мне на запястье, прежде чем вычеркнуть мое имя из списка.

— Удачи тебе, детка

— Спасибо, — смеюсь я, отходя от стола, чтобы подождать с другими ведьмами.

Когда я стою в стае, мой взгляд невольно блуждает по охотникам. Нас больше, чем их, так что это хорошо, но это не значит, что это будет легко. Два часа — это долгий срок, и у охотников нет ограничений на то, сколько ведьм они могут поймать, чтобы "сжечь".

Кто-то кричит, что до начала осталось пять минут, вызывая насмешки охотников и несколько воплей ведьм. Я не могу удержаться от глупой улыбки от волнения.

Со стороны охотников расступается брешь, и мой взгляд притягивает мужчина, стоящий в середине стаи. Он без рубашки, его обнаженные мускулы бугрятся над низко сидящими джинсами. На нем синяя неоновая маска с черепом, мигают огни, но не только это привлекает мое внимание. С его торса и рук капает фальшивая кровь. Несмотря на то, что я не вижу его глаз, у меня возникает жуткое чувство, что он наблюдает за мной. Он медленно поворачивается к кому-то рядом с собой, и я замечаю еще одного парня. Второй мужчина носит оранжевую неоновую маску, одет так же, только в джинсы и искусственную кровь.

Это огромный контраст с моим собственным костюмом. На мне черный приталенный летний спортивный костюм с пришитой кружевной накидкой. Я сделала макияж в стиле темных дымчатых глаз с темно-красными губами и надела полностью черные Converse для удобства... и бега. Мои волосы заплетены в голландскую косу, рыжие пряди выделяются на фоне черного наряда. Я изо всех сил старалась одеваться гибко, в отличие от некоторых присутствующих здесь, которые носят длинные черные платья и традиционные остроконечные шляпы.

Теперь у меня нет никаких сомнений в том, что эти двое наблюдают за мной. Это довольно очевидно, потому что тот, что в синем, поднимает окровавленную руку и делает рубящее движение поперек шеи в мою сторону. Мое сердце останавливается, во рту пересыхает, и я внезапно чувствую, что у меня на спине мишень. Я не вижу, кто они, но ясно, что они идут за мной.

Прежде чем я успеваю обдумать эту мысль, по громкой связи раздается громкий голос.

— Ведьмы! Проходите к линии старта. Пришло время.

Глава 6

Мои ноги шаркают назад, когда я начинаю двигаться вместе с толпой вокруг меня, но мои глаза по-прежнему прикованы к двум мужчинам. Мое возбуждение временно испарилось. Все, что я сейчас чувствую, — это страх, мое сердце бешено колотится, когда я готовлюсь броситься в темный лабиринт впереди.

Наконец, я прерываю зрительный контакт, проталкиваясь мимо других участников, чтобы встать поближе к старту. Я надеюсь забраться в лабиринт как можно дальше, прежде чем истечет пятиминутная фора.

Внезапно ряд столбов по обе стороны линии старта вспыхивает пламенем, факелы освещают наши лица и тела официальных лиц, наблюдающих за нами. В стороне установлены импровизированные колья, и я еще более полна решимости не оказаться там.

Голос снова раздается из динамика, заглушая болтовню вокруг меня.

— Удачи вам, ведьмы. Бегите быстро.

Раздается сирена, напоминая мне о Охоте. Мое тело немедленно пускается в спринт. Вокруг меня раздаются крики, когда другие люди направляются в лабиринт. Примерно на 300 футов вглубь лабиринта он расходится в нескольких направлениях. Нет никаких указаний на то, что может ждать нас впереди, поэтому я просто выбираю случайную точку входа. Люди вокруг меня разбегаются, все расходятся в разные стороны, пока мы поспешно пытаемся увеличить дистанцию между собой и охотниками.

Мой путь постоянно меняется, поскольку я сталкиваюсь с многочисленными блоками, препятствиями и поворотами. Я пытаюсь выбирать случайные пути, погружаясь все глубже. Чем дальше я иду, тем темнее становится. Несколько факелов и языков пламени освещают лабиринт, но по большей части мы находимся в темноте. Сначала мои глаза с трудом привыкают к темноте, но я остаюсь решительной. Я начинаю осматривать предметы, оценивая местность на предмет укрытий. Логически я понимаю, что ни за что не смогу бежать без остановки в течение двух часов, поэтому