Путь от змеиного хвоста - katss

— Лис, тут тесто убегает, — с некоторым напрягом в голосе позвал меня Славик. Действительно, убегает. Господи, что за дрожжи волшебные попались?…

— Варенье — замечательная вещь. И полезное, и настроение поднимает!… Настроение поднимает? Чего-то не замечала… Ты, наверное, дрожжей туда не кладёшь! — процитировала я, ловя куски активно ползущей шапки. — Дима, картошку пластайте, миллиметра по два… — сама вновь взялась за скалку.

Мелкий, посмотрев на скорость шинкования лейтенантом картошки, призадумался… Думай-думай. И в следующий раз поостерегись совсем уж в лоб нарываться. А то тебе, дружок, тормоза порой вовсе отказывают!

***

Спустя час по квартире плыл аромат маминых пирогов с капустой на картофельной подложке. Верхушка из нарезанных Славкой формочками цветов и веточек, конечно, подкачала, но и мы на не шоу Гордона Рамзи…

— Давайте сюда вашу флешку, — обратилась к терпеливо ждущему на табурете Диме. — И пойдёмте, покажете что куда. А то влезу своими кривыми руками куда не положено, а вам потом по шапке дадут… — Стрешнев покривил губы в намёке на улыбку:

— Василиса, там не тот уровень доступа, чтобы влезть хоть куда-то "не туда". Но покажу, конечно.

Пока ноут выходил из режима гибернации, настрочила сообщение Женечке, чтоб пнул кого надо. Со "сбруей"… Евстигнеев ответил почти мгновенно. Обещал прислать лично Колю. Пожаловался на то, что они до сих пор половиной офиса сидят в офисе. Фига… Шо-то Макаров совсем уж основательно вышел на тропу войны.

Не успела отложить телефон, как тот снова подал голос. Васильев. Серьёзно? Бросила взгляд на настенные — почти в десять вечера?… Мужик, у тебя ничего не ёкает нигде, нет?

— Добрый вечер, Прекрасная Василиса! — улыбающимся тоном начал азиат. Обречённо прикрыла глаза и плюхнулась спиной на диван, задрала ноги на подлокотник. Чует моё сердце, эти псевдобрачные пляски у него надолго…

— И в каком месте он добрый?

— М-м, ну да, учитывая последние события, — прикинулся валенком китайский су-лу***. Потёрла переносицу: вот уж точно — без мыла везде пролезет. Ни стыда ни совести у человека… Как же тебя послать-то, бумеранг хренов?

Махнула Диме, чтоб садился с ноутом ко мне на диван. На секунду привстав на локте, дотянулась и разблокировала систему отпечатком, затем легла обратно, на пальцах показывая, что этот репейник намерен прилипнуть надолго…

Почему он меня так раздражает? Да тут как раз всё просто. Общение — это как секс: нужно умудриться вызвать у человека желание им с тобой заниматься. Всё остальное — насилие… И вот этот так называемый Васильев именно что занимается сношением моего бедного мозга. Без моего на то согласия.

Но в пьяном (полуголодной осталась, да, оттого и плющит так долго) виде я, если открою рот, нахамлю ему так, что потом исправить станет почти невозможно. Поэтому побережём нервы, силы и самооценку китайца и вполуха послушаем весь тот малосодержательный бред, что он несёт. Угукая в нужных местах…

В какой-то момент меня начало просто вырубать. А Славка додумался распахнуть в кухне и у себя в спальне окна настежь, а сам срулил мыться… Когда я в поисках хоть какого-то тепла подгребла под бок жирненького Потапа, опять чего-то жующего, тот только пискнул. Но стерпел. А вот когда я в полусне поползла греться под бок к тёплому как печка Диме, лейтенант не выдержал, вполголоса меня позвал:

— Василиса… — для надёжности потряс за плечо.

— А? Что? Блин, сколько времени? — Трубка, до сих пор бубнящая что-то тоном начинающего Кашпировского, внезапно смолкла. Я запоздало вспомнила про Петросяна на линии… Бли-и-ин.

Но тот внезапно весьма скомкано попрощался и отключился. Пообещав вновь перезвонить в конце недели. Я тупо посмотрела на гаснущий экран смарта. Пятнадцать процентов. Пора на зарядку. Вздохнув, поплелась за переходником.

По дороге тренькнуло сообщение, что Коля уже в пути. Махнула рукой, подзывая вырулившего из ванной мелкого:

— Дима, всё равно башка сейчас не варит. Пойдёмте пироги трескать, как раз остыли. А ты, дружок, сначала феном высушись и не стой на сквозняке!

Пока грелся чайник и заваривался чай, как раз принесло гонца. Получила из рук в руки целую спортивную сумку с причиндалами на любой вкус и цвет. Хосподи, с таким количеством не зазорно пойти банк ограбить, а не просто на приблатнённую тусовку сходить… Ладно, этот хлам я завтра разберу. Утром.

— Слушай, пока мылся, мне приглючилось, или действительно звонил наш классрук? — поинтересовался племянник, за обе щеки наворачивая сегодняшний ужин.

— Не показалось, — размяла основательно затёкшую шею. Все-таки дремать на диване без подушки я уже старовата…

— Чё этому индивидууму надо было в десять вечера? — набычился подросток.

— А без понятия, — я зевнула. — Надо будет ему компостер задарить…

— …Что? — моргнул Славка. — Зачем ему садовая химия?

— Химия? А-а, ну да… дитя нулевых, откуда тебе знать, что такое бумажные билетики в трамваях? — уставилась на пацана, помешивая чай в заварочнике ложечкой. Дима постарался скрыть усмешку за куском выпечки. Но мелкий всё равно заметил и обиделся:

— Мне что, гуглить?

— Да всё просто. Если нынче в наземном везде камеры и валидаторы, и к последним ты просто прикладываешь транспортную карту, а то и кредитку в мобильнике, то ещё каких-то четверть века назад на стенках меж окнами были прикручены такие маленькие машинки, типа дырокола… Красного или оранжевого цветов. Чтоб в глаза бросались. Пассажир клал на металлический "язычок" тоненький бумажный билетик, поднимал или опускал (в зависимости от конструкции) пальцем "язычок", затем вытаскивал пробитую в двух и более местах бумаженцию… Некоторые, которым на виду ездить зайцами было стыдно, клали билет так, чтоб только сделать вид, что прокололи. А на самом деле возвращали себе в карман целый. Ну, или почти целый… Про поиски всем трамваем "счастливого билетика" рассказывать не буду, есть хочу… И вообще, я пьяная грустная женщина, отстань от меня сегодня.

Славка закатил глаза, запивая второй кружкой четвёртый или пятый кусок пирога.

— Ладно, про ваши допотопные билеты я всё понял. Но чем механический компостер пригодится Петросяну, так и не догнал.

Я негромко зарычала. Дима, уже в открытую посмеиваясь, решил спасти ситуацию:

— Это намёк, что кое-кто только и делает, что мозги компостирует. То есть дырявит в нескольких местах. И никак не уймётся. И что пора бы отвязаться по-хорошему. Пока морду не разбили.