Путь от змеиного хвоста - katss

и теперь делают бабки… Просто из воздуха и какого-то мусора. На самой дешманской линии захудалого китайского завода в далёком Гуаньдуне**… Учись, Васька! Мы так никогда не сможем.

— …Нет слов. Вот вообще — они нормальные, а? — Короче, да: похоже, я морально не готова к сумочкам за сто тыщ, рассчитанным на губную помаду и носовой платочек… — Нет, я могу представить, когда мастеровые туфли ручной работы — хоть мужские, хоть женские — стоят под сотню. Могу понять кожаный чемодан — тоже сшитый вручную — за ту же сотню. Подчёркиваю: чемодан! А тут за что?! За никому не нужную, интересную одним мажорам и профессиональным содержанкам металлическую бляху?!

— Спокойствие, только спокойствие, — вновь процитировала известного на всю страну Карлсона Алишка. — Щас швейцарцев и Фурлу глянем… Будет гарантированно в пределах двадцатки, и Макаров не расценит твой чек как попытку встать в очередь в его вертикальную горизонталь… Вот тебе синий, от Narvin.

— Нам бы цвет потемнее… — начала я. Алинка вскинула голову, прищурилась:

— Ну ты мать и переборчива. Ладно, вот тоже ничего. Фурла. С фигурным вырезом.

— Вот "Фурла" идеально, — обрадовалась я. — Сколько там? Пятнадцать штук? Всего-то? — да-а, после "мечты Барби" за миллион я ещё не скоро отойду…

— Ну да, без особых закидонов, лаконично и глазу приятно. И цена не безбожная. Я вообще, смотрю, на последних линейках этих брендов их металлическим логотипом можно убить. Он там чуть ли не с ладонь размером. Это они так топорно обходят запрет на ношение кастетов в России?… Может, стукануть куда? — хмыкнула пышущая любовью ко всему живому Алиса. Я пожала плечами. Пофиг. — Короче, за сим всё? Или ещё чего-то надо?

— ФСЁ! — оформив последний заказ с доставкой, я воздела руки вверх. — СПАСИБИЩЕ! Вот просто огроменное тебе спасибище! Особенно за оказанную моральную поддержку.

— Да на здоровье, подруга… — отозвалась Алиска, позёвывая. — А теперь я от тебя отключусь и маленько подремлю. А то Степашка такой хитрый стал, чуть что — делает ноги в свой зал, к ученикам, а я с магазином и мелкотнёй как хошь крутись… Он, видишь ли, ждёт, когда они ещё чутка подрастут! Короче, я почти дозрела до того, чтобы воспользоваться тем скрытым советом, пришедшим минимум из Древней Греции…

— Это каким? — поинтересовалась, убирая бутылку с изрядно опустившимся уровнем жидкости.

— Когда женщина гладит вас по голове — не обольщайтесь… Она проверяет, в какую сторону откручивается башка! — На сей весёлой ноте мы закончили видеосвязь.

Пошла на кухню поставить себе чайку. Потап вылез из горки подушек на кресле, понюхал воздух и, очень осуждающе на меня посмотрев, закопался обратно. Ничего, паразит, это я тебе ещё не отомстила за утреннюю побудку!

— Слав! Вылезай из окопа!…

Приоткрылась дверь спальни и недовольный жизнью мелкий буркнул:

— Что, вы уже закончили? Или у тебя просто кончилось горячительное? — Я погрозила в открытую дверь кулаком. Ты мне поговори ещё, Мюллер…

— Пошли рюкзак тебе искать!

— Не пойду. Ты пьяная и ржёшь над всем подряд. — Ах, так? Ну всё…

— В таком случае, дорогой мой, сразу приступай к уборке всех своих художеств. Я сейчас тесто поставлю и свой собственный бардак быстренько уберу. А вот тебе копаться до-олго…

— Ты что? Оставишь родного племянника один на один в неравном бою? — прищурился, решив надавить на слабости пьяной женщины, этот хитрый… суслик!

— Не-а, не просто оставлю, а бро-о-ошу… — протянула, с немалым удовольствием наблюдая, как вытягивается его лицо.

Что, малыш, скушал? Будешь знать, как дразнить родную тётю… Включив музон пободрей, натянула высокие перчатки и с набором средств минут за двадцать протёрла все поверхности. Откопала остатки муки, достала сечку… М-мать! На второй минуте эта сука сломалась. Лезвие отскочило прямо по пальцам. Пьяный мозг не стал долго думать, а пустил щит, в который тут же стала собираться кровь, лужицей… Залечила, отправила накопившуюся лужу в мойку и заодно сполоснула пальцы. Недовольно поднесла пластиковую ручку к глазам:

— Не ожидала я от тебя такой подлости!

— О Господи, она уже с посудой разговаривает! Пошли отсюда… — Славка завернул намылившегося было пожрать Потапа и сам утопал. Ах вы, поганцы…

Пришлось взяться за нож. И тут раздался звонок над входной. Мда-а?… И кого же это к нам принесло? Мы никого не заказывали! Так, с ножом, и открыла дверь, даже не удосужившись глянуть в глазок.

— Добрый… кх… вечер, Василиса, — начал, округлив глаза, Стрешнев.

— Господи, Лиса, вот что ты с лейтенантом делаешь? — воздел очи горе притащившийся на движуху мелкий с Потапом на шее вместо воротника. — Он так вскоре совсем очеловечится… Добрый вечер, товарищ куратор!

— Василиса, я к вам с флешкой, от капитана, — начал Дима, застряв на пороге.

— Проходите, — я гостеприимно махнула ножом. Куратор кивнул и, не спуская глаз с широкого лезвия, аккуратно прикрыл дверь. Убедившись, что он в состоянии закрыть её на замок, вернулась в кухню. Обратилась к ножу:

— Ну хоть ты-то себя будешь вести нормально? — Нож скромно промолчал. На пробу воткнула в ручку на старой разделочной… Вроде не развалился. Вздохнула… — Ну что ж, я на тебя надеюсь!

— Может, вам помочь? — осторожно предложил лейтенант, просочившись в кухню. С сомнением на него посмотрела.

— Да не обращайте внимания, — буркнул нагруженный коробками с перемытой обувью Славка. — Она, когда пьяная, почти всегда разговаривает с неодушевлёнными предметами. Всё нормально. Если не провоцировать, то даже не буйная… А если не лезть под руку, то и по башке не получишь.

— И часто такое случается? — вполголоса обратился к подростку мужчина.

— Да не-е… Максимум пару раз в год. Это… просто завтра у неё планируется по варианту "лягушонка в коробчонке" — короче, шкурку искала… Расстроилась, — сдал меня с потрохами мелкий.

— Да-а, в Штирлицы тебя не возьмут. Поставят штамп "профнепригоден", — сдула чёлку, с намёком посмотрела на этого Павлика Морозова.

— И не надо. Нам в семье одной Маты Хари хватит в твоём лице! — фыркнул мелкий и технично срулил с кухни.

— Фиг тебе без масла, а не фирменный пирог бабушки, засранец! — пообещала уже в захлопывающуюся дверь ванной. И снова сдула чёртову чёлку. Отрезать, что ли?…

— Вот, возьмите, — протянул мне