Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс

я, разглядывая её. — Те же черты, та же порода. Но если Лана — молодая, горячая кровь, то эта… эта наверное будет хорошей парой для моего прапрадеда, если бы он дожил до этих дней. Интересно, сколько ей на самом деле? Сто? Двести? Выглядит на восемнадцать, а глазищи — как у старухи, которая всё видела и всё пробовала.

— О чём задумался? — её голос вырвал меня из размышлений.

— О том, что мы с тобой могли бы быть неплохой парой, — ляпнул я и сам удивился своей дерзости.

Евлена замерла. Бокал застыл на полпути к губам. А потом она улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у нормальных людей подгибаются колени.

— Смелое заявление, — протянула она, отставляя бокал на столик. — И чем же ты, интересно, собираешься меня заинтересовать?

— Понятия не имею, — честно признался я. — Но раз ты сама напросилась на разговор, значит, какой-то интерес у тебя ко мне уже есть.

Евлена подалась вперёд, и свет камина подчеркнул соблазнительные изгибы её фигуры.

— Умно, — кивнула она. — Очень умно. Ты прав, мальчик. Ты меня заинтересовал. Но разговор… разговор подождёт. — Она взяла бокал, покрутила его в пальцах, любуясь игрой света в рубиновой жидкости. — Знаешь, что это?

— Вино? — предположил я.

— Кровь, — просто ответила она. — Но не бойся, не человеческая. Оленья. Я предпочитаю её вину. Вкус тоньше, и послевкусие приятнее.

Я сглотнул, стараясь не выдать реакции.

— Ладно, — я решил взять инициативу в свои руки. — Давай к делу. Герцог сказал, у тебя есть для меня информация. И что ты странно себя ведёшь после нашего прошлого разговора.

— Странно? — Евлена притворно нахмурилась. — Я веду себя абсолютно нормально. Просто… — она запнулась, — просто ты задел меня. Глупо, да? Трёхсотлетняя женщина, а реагирует на слова мальчишки.

Трёхсотлетняя. Ну я и попал. И…явно врёт…девушки всегда врут на счёт возраста.

— Я не хотел тебя задеть, — сказал я осторожно.

— Знаю, — отмахнулась она. — Иначе бы уже пожалел. — Евлена поднялась с кресла и грациозно, как кошка, пересела на диван рядом со мной. Совсем близко. Я чувствовал исходящее от неё тепло и тот самый пряный аромат. — Так вот, мальчик. У меня для тебя плохие новости.

— Какие?

— Аристократы собираются тебя убить, — сказала она будничным тоном, будто речь шла о погоде.

Я напрягся.

— Что? За что?

— Они считают, что ты — лидер культа. Того самого, что напал на столицу.

— Но это же чушь! — воскликнул я. — Я понятия не имею, кто эти люди и что им нужно!

— Чушь? — Евлена усмехнулась и провела пальцем по моему плечу. От её прикосновения по коже побежали мурашки. — Отчасти — да. Но отчасти… они правы.

— В чём?

— Твоя сила, Роберт. Она — та же самая, что питает культ. Ты можешь не управлять им сейчас, но кто знает, что будет завтра? Через год? Через десять лет? — Она заглянула мне в глаза. — Аристократы боятся не тебя лично. Они боятся Треугольника Ужаса. Боятся, что он вернётся.

— Треугольник Ужаса? — переспросил я. — Три дома? Блады, Дарквуды и Гинейлы?

— Именно. — Евлена кивнула, и белоснежные волосы скользнули по её груди. — А твоя свадьба с Ланой… это как спичка, брошенная в пороховую бочку. Брак Бладов и Дарквуда — прямой намёк на возрождение союза. А учитывая твоё происхождение… ты же понимаешь.

Я понимал. Слишком хорошо понимал.

— Что мне делать? — спросил я, чувствуя, как внутри закипает отчаяние. — Как защитить себя? Лану? Марию?

Евлена улыбнулась. Медленно, с хитринкой.

— Я расскажу, — прошептала она, приближаясь к моему лицу. — Если поцелуешь меня.

Я отшатнулся.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. — Она смотрела на меня в упор, и в её глазах плясали огоньки камина. — Всего один поцелуй. Неужели твоя жизнь не стоит этого?

— Не горю желанием, — честно ответил я.

Евлена вздохнула — театрально, обиженно.

— Какой ты скучный, мальчик.

А потом всё изменилось.

Я даже не понял, что произошло. Одно мгновение я сидел на диване, в следующее — уже лежал на спине, прижатый к мягкой поверхности невидимой силой. Евлена нависала надо мной, её глаза горели алым пламенем, а длинные когти — только что их не было, а теперь они отросли на полсантиметра — медленно провели по моей груди, разрезая рубашку, но не касаясь кожи.

— Я могла бы, — прошептала она, наклоняясь к моему уху. — В секунду овладеть твоим телом и играться с тобой всю ночь. Знаешь, сколько таких смельчаков пытались мне перечить?

— Много? — выдавил я, чувствуя, как её дыхание щекочет шею.

— Очень, — она облизнула мою шею — медленно, влажно, отчего по позвоночнику пробежала дрожь. — Но ты… ты особенный. Просто из уважения к твоей силе я этого не делаю.

Её язык скользнул выше, к мочке уха, и я понял, что ещё немного — и сорвусь.

Ну уж нет. Не дождёшься.

Моя рука, свободная от её магического давления, резко взметнулась вверх и с размаху шлёпнула Евлену по попке.

Звук получился звонкий. Неожиданный для нас обоих.

Евлена замерла. Её глаза расширились — в них мелькнуло такое искреннее, детское удивление, что я на секунду забыл, где нахожусь.

— Что… — выдохнула она.

— Плохая девочка, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Нужно знать манеры приличия. Нельзя набрасываться на гостей.

Евлена смотрела на меня. Её щёки… краснели? Нет, не может быть. Трёхсотлетняя вампирша краснеет от шлепка по попке?

Она резво вскочила, отпрыгнув на безопасное расстояние. Её грудь вздымалась — от возмущения или от чего-то другого, я не мог понять.

— Ты… — выдохнула она. — Ты озабоченный!

— Я? — я сел на диване, поправляя разрезанную рубашку. — Это ты на меня набросилась, между прочим.

— Я на тебя не набрасывалась! Я… демонстрировала свои возможности!

— Ага, конечно.

Евлена фыркнула, но в её глазах уже плясали смешинки. Она подошла к столику, взяла бокал и сделала большой глоток, явно пытаясь успокоиться.

— Ладно, — сказала она, отворачиваясь. — К делу. Твои враги ближе, чем ты думаешь.

— Что значит «ближе»? — я насторожился.

— Некоторые из членов