Сокровища Зазеркалья - Варвара Кислинская

Я не собираюсь его щадить. Думаю, его извинения предназначены именно для того, чтобы уговорить меня оставить хоть кого-то. Увы, мне придется его порадовать.

Ирэльтиль горько усмехается.

- Ты никого из них не оставишь?

- Почему же. Думаю, среди них есть юноша, подающий большие надежды. Правда, Библиотека его не приняла, но я надеюсь, это только вопрос времени.

- В самом деле?!

Боги, какое облегчение написано на его холеной физиономии! Что же заставило Ирэльтиля так нервничать, что он даже лицо не держит? Или это тоже игра?

- Разве не на это вы рассчитывали?

- Я рассчитывал, что ты сдашься и отпустишь Серебряную леди в Сентанен.

- Я не хозяин леди Маргарите, Пресветлый владыка, и уж тем более не держу ее здесь силой. Думаю, вы уже поняли, что подобный подход к ней неприменим.

- Понял, понял... Гектор, Леди Маргарита необходима мне в Сентанене. Да что я говорю! Не мне! Всем нам. Это слишком важно, чтобы потворствовать ее капризам! Помоги мне! Помоги мне уговорить ее!

- Вы сделали все возможное, чтобы она вам отказала. Не думаю, что Серебряная леди покинет приделы Библиотеки, пока над ней висит тайте-айелен. Вы дали ей понять, что она – пленница, Пресветлый, а она этого не потерпит. Снимите заклятие, тогда, пожалуй, сможете уговорить ее хотя бы подумать над вашим предложением.

- Тайте-айелен невозможно снять так быстро! Оно накладывается на век, не меньше!

- Значит, подождите, пока это можно будет сделать.

- Гектор, ты не понимаешь! Разве тебя самого не возмутило, что я прислал в Библиотеку одного из сподвижников Энгиона? А я не знал! Я действительно этого не знал! Без серебряной леди я никогда не смогу отделить зерна от плевел. Ее надо учить природной и ментальной магии. Разобравшись в ментальном фоне, она сможет сама определять, кто предатель, а кто нет. Ведь никто, кроме нее не может их покарать!

Не понял! Марта, карающая предателей? Он что, собирается сделать из нее палача? Я был лучшего мнения об Ирэльтиле. Как он только до такого додумался?!

- Вы действительно думаете, что Серебряная леди согласится на это, Пресветлый?

- У нее нет выбора! – заносчиво заявляет Ирэльтиль.

- Выбор есть всегда, владыка. Даже из ваших кандидатов мне пришлось сделать выбор. И если Серебряная леди нужна вам в качестве палача для предателей, я сделаю его снова и на этот раз не выпущу ее из Библиотеки, даже если она сама этого захочет!

- Гектор, она должна понять...

- Вы с самого начала не пытались ей что-то объяснить, Пресветлый, а просто поставили перед фактом. Так что ничего она вам не должна. Вы оказались перед необходимостью стравливать одних эльфов с другими и предпочитаете делать это чужими руками. Но вы выбрали не ту кандидатуру. Леди Маргарита никогда не станет казнить по вашему приказу!

- Ты забываешься, Гектор! Ты полагаешь, что Библиотека дает тебе чуть ли не абсолютную власть, но это не так. Ее создали перворожденные, и, если понадобится, они же ее и уничтожат!

- Попробуйте, - я пожимаю плечами, хоть мне и не нравится маниакальный блеск в его глазах, - Энгион уже попытался.

- Энгион выступил против Конвента, и Конвент поддержал Библиотеку. Но он не вмешается, если эльфы будут разбираться со своей собственностью.

- Сначала докажите Конвенту, что это ваша собственность. Не думаю, что такая идея понравится кому-нибудь.

- Я разберусь с Конвентом! Где мои подданные, Гектор? Время церемонии близится. Оставь себе того, кого выбрал, а остальных я забираю, – Ирэльтиль вскидывает голову, давая понять, что разговор окончен.

- Как прикажете, Пресветлый владыка.

Я кланяюсь и невозмутимо покидаю комнату, но в душе у меня все кипит от злости. Я прожил жизнь анахоретом, не вмешиваясь в политику и интриги сильных мира сего. Но сегодня я готов свернуть горы. Фарияру придется почтить меня своим визитом, болен он там или нет. Надо срочно найти Сина и отправить за конунгом. Кошка придет сама, никуда не денется. Еще мне нужен будет Марк. Он пока не вождь, но станет им через год, а я сумею заставить остальных потянуть время. И надо поторопить Уме. Действительно, все равно же вырастит эту жемчужину, так чего тянуть. А Лилею я просто нашлепаю, если понадобится.

Но сначала я избавлюсь от мелких интриганов в собственном доме. Плевать, проведем церемонию на полчаса раньше. Нечего им тут задерживаться.

На Вела я натыкаюсь в коридоре, шагов за тридцать до малых гостевых апартаментов. Он сидит на подоконнике и, как всегда витает в облаках.

- Вел! – окликаю я его.

Эльф, близоруко щурясь – как будто у них в принципе плохое зрение быть может! – обращает ко мне взгляд и расплывается в улыбке.

- Смотритель!

- Вел, церемония начнется на полчаса раньше. Отправляйся в музыкальный павильон прямо сейчас.

- Хорошо...

- Переоденься только, - морщусь я, замечая его мятую рубашку и оторванные пуговицы на куртке.

Недоразумение с удивлением осматривает себя, словно впервые в жизни наблюдает беспорядок в собственной одежде.

- Остальные у себя? – спрашиваю я.

- Барт, кажется, да, а Ан вроде куда-то вышел, - с явным сомнением в голосе сообщает эльф.

- Иди, переоденься, я их предупрежу.

- Ага...

Мысли чуда природы снова собираются уплыть куда-то вдаль прежде, чем ноги понесут его в указанном мной направлении, поэтому я хватаю его за шкирку и волоку к двери в комнату.

- Переоденься! – рявкаю так, чтобы он, наконец, выпал из своих размышлений, и, убедившись, что цель достигнута, иду дальше.

Бартавиоль невозмутим и лишь кивает в ответ на мое предупреждение. А Анкитиля действительно нет в его комнатах. Я снова заглядываю к Барту и интересуюсь, не в курсе ли он, куда делся третий претендент.

- Кажется, он сказал, что проголодался, - надменно пожимает плечами эльф.

Следовало бы сбить с него спесь и отправить искать Ана, но мне сейчас не до мелких дрязг. Мне нужно побыстрее выставить из своего дома лишних эльфов.

Поэтому я разворачиваюсь и иду в сторону кухни. Из своей двери вываливается Вел. Рубашка на нем относительно свежая, и пуговицы все целы, хоть и застегнуты неправильно. На меня он не обращает никакого внимания. Этого тоже на поиски не пошлешь – сам потеряется.

Я сворачиваю за угол и обнаруживаю, что наш вундеркинд, хоть и, путаясь