Альфа-ноль - Артем Каменистый

— Не совсем, — ответил Йохо.

— Наших знакомых только двое, остальных мы не знаем, их здесь быть не должно, — добавил Майо.

Один из оборванцев, глумливо усмехаясь, выступил вперёд:

— Вечер добрый, уважаемые господа. Что ж вы так долго? Мы тут вас уже заждались, заскучали.

— Содик, это что за шантрапа с тобой? — хмуро спросил Йохо.

Тот покачал головой:

— Это не шантрапа, это уважаемые люди, и ты, уголёк, их, получается, оскорбил. За такие слова заплатить придётся. И да, мы тут подумали и решили, что работёнку ты подкинул тяжёлую, за такую полагается платить больше. Гораздо больше.

— Неужто так сложно просто возле лодки посидеть? — ухмыльнулся Йохо.

— Ты не представляешь, какая тут сырость, а комары за час могут всю кровь высосать. Так что да, сложно тут.

— У нас вообще-то договор был, — напомнил Майо.

— Да, был, — не стал отрицать Содик. — Но я тогда думал, что вы люди честные, а оказалось, что это не так. Хорошо помню ваши рожи, когда мы договаривались. Они тогда были какими-то странными, но белыми, а теперь почему-то стали чёрными. Честные люди не красятся, вы тут что-то незаконное мутите, а незаконным на нашей земле бесплатно заниматься нельзя. Так что придется заплатить. Хорошо заплатить. И не надо тянуться своими пальчиками к железякам. Посмотри вокруг, у нас своих железяк полно, и с нами пара настоящих альф из города, от наших друзей. Они ваши шаловливые пальчики мигом обрежут, если что. Хотите, по-доброму платите, а не хотите, поговорим по-плохому. Что так, что так заплатить придётся.

Сельский бандит радостно улыбался, совершенно не понимая, что вляпался так сильно, как никто и никогда в его убогой деревне не вляпывался. А мы смотрели на него с огромным интересом.

Ну а где ещё на такого недоумка полюбуешься?

Содик, улыбнувшись ещё шире, добавил:

— Я бы хотел, чтобы мы поговорили по-плохому. С детства терпеть не могу южан, а копчёных южан ненавижу тем более.

— Да мы тут все южан не очень-то любим, — усмехнулся Орнич и, обернувшись ко мне, вопросительно произнёс:

— Господин?

Я ничего не ответил, просто кивнул.

Радостно ухмыльнувшись, Йохо неспешно потянул из ножен тесаки:

— Содик, у тебя сегодня самый неудачный день в твоей поганой жизни.

— Потому что мы тоже хотим по-плохому, — добавил Майо.

⠀⠀

Глава 14

♦

Про нас забыли?

Возвращение прошло без проблем (крайне болезненные неприятности Содика и его шайки неудачников таковыми считать нельзя). Сначала всем, включая меня, пришлось поработать на вёслах. Затем мы сожгли лодки уже в другом уединённом затоне, продолжив путь на лошадях, что ждали нас неподалёку. Потом нас снова приняло тайное убежище паченрави, где последовал второй переход через артефакт пути.

Дальше пришлось ждать. Амулеты связи в горах работали так же плохо, как и на большей части Мудавии, поэтому мы заранее условились, как подать о себе весть без них. Дожидаясь нашего возвращения, один из лагерных разведчиков постоянно следил за приметным местом. Оставив на нём ночью условленный знак, мы в укромном гроте просидели до момента, когда мой «двойник» отправится на очередную охоту, где и организовали «подмену наоборот».

Так что на этот раз в лагерь вернулся уже настоящий Гедар Хавир.

Камай, лучась радостью и сгорая от нетерпения, сообщил, что последний, самый неудачливый стрелок, получил долгожданный навык ещё вчера утром. И с тех пор наши солдаты, по сути дурака валяют. Сначала им велели израсходовать остаток учебных болтов, потом устроили обучение бою на мечах.

Так-то найти, чем бойцов загрузить, несложно. Но в отличие от охоты на каменных великанов эти занятия сложно выдать за убедительную причину продолжительной остановки. Поэтому Камай нервничал всё больше и больше.

Я тут же скомандовал готовиться к выходу, и наутро мы продолжили путь. Через чащобу котловины солдаты успели провести приемлемую дорогу, так что телеги преодолели этот самый непростой участок почти без заминок.

Дальше на пути стояли два невысоких хребта с лесистыми перевалами. Там тоже местами приходилось браться за топоры, пилы, ломы и лопаты, но в целом, по местным меркам, мы продвигались поразительно быстро. Сказывалось то, что обоз у нас небольшой и телеги в нём облегчённые, необычной конструкции.

Вот уж никогда бы раньше не подумал, что телега для армии — самое главное оружие. Даже за небольшим войском приходится тащить тонны и тонны еды, лекарств, овса, одежды, шанцевого инструмента, различных боеприпасов, посуды и многое-многое другое, включая даже передвижные мастерские шорников, кузнецов, плотников и прочих спецов, без которых не будет ремонта оружия, доспехов и конской упряжи. Нам столько всего требовалось, что я даже четверти списка по памяти перечислить не смогу. Да мне и не надо знать все детали, такими делами заведуют подчинённые.

В общем, добра у нас много, и на себе его всё не утащишь. Требуется множество повозок, к которым предъявляются особые требования, столь строгие, что даже кареты аристократов до них не дотягивают.

Ну а как иначе? Ведь стоит одной сломаться на узкой дороге, и весь обоз остановится.

Так что я им особое внимание уделил. Знал, что рано или поздно понадобятся, потому мастера с нуля их делали, перенимая самые удачные решения из лучших конструкций. В том числе использовали революционные по местным меркам технологии. Например, применяли качественный металл для колёс и стальные подшипники, аналогов которых здесь, скорее всего, нет. Те, что использовались в забытой древности, отличались, я тут применил исключительно земной опыт. Многое пришлось упростить, но в сравнении с тем, что здесь принято пускать в дело, всё равно революционный прорыв получился. На дороговизну материалов мы не смотрели, и потому повозка грузоподъёмностью всего лишь в семь центнеров обходилась нам по цене пяти стандартных для армии подвод, способных увезти до тонны.

Да, наши так сильно не загрузишь, зато они гораздо проходимее и способны долго двигаться по самой сложной дороге без ремонтов. Лошади, что их тянут, отборные, лучшие из трофейных тяжеловозов, они быстрее обычных и меньше утомляются, что тоже положительно сказывается и на скорости и на протяжённости дневных переходов.

Плохо лишь то, что припасов у нас немного. Я имею ввиду продовольствие и фураж. Так-то повозок немало, но загружены они другими вещами. Например, двадцать восемь заняты почти одними лишь болтами разных номеров. Да-да, двадцать восемь умножить на семьсот кило — это без малого двадцать тонн боеприпасов для стрелков. И это с учётом того, что у нас всего-то тысяча арбалетчиков.

Думаете это какие-то нереальные цифры? Я бы тоже