Альфа-ноль - Артем Каменистый

хорошей дороге может растянуться более чем на десять километров. С учётом того, что три тысячи пехотинцев и всадников тоже друг на дружке стоять не смогут, выйдет «анаконда» километров в пятнадцать.

Такую «многоножку» невозможно защищать от нападения манёвренных групп противника (что я неоднократно доказал южанам), и она совершенно несовместима с моими представлениями о методах ведении войны. Я предпочитаю приходить быстро, побеждать молниеносно, и уходить с той же скоростью. Помнится, перед битвой у Козьей скалы гнал солдат по степи несколько дней, почти не обременяя войско обозом. И ведь дело выгорело: мы тогда успели перехватить авангард, не пришлось драться со всем войском агрессоров. Враги попросту не успели объединиться, они не ожидали от нас такой скорости.

И жестоко поплатились за свою медлительность.

Я и так и эдак прикидывал над «урезанием многоножки». Использование укороченных телег из дорогих материалов при высоких бортах и широких качественных колёсах расширяло возможности обоза, но не сказать, чтобы кардинально. То, что у нас хватало прекрасных трофейных коней, тоже помогало, но проблему не решало. Как ни крутись, всё равно придётся брать с собой дикое количество всевозможного барахла и ещё больше припасов.

Не знаю, как бы выкручивался на Земле, а тут сразу же задумался о ПОРЯДКЕ. Провёл некоторые опыты с солдатами и понял, что при определённых параметрах боец способен сам себе вьючным конём стать.

Привычное для этого мира распределение ролей работало по принципу: «Благородным всё, остальным — ничего». То есть аристократы, составлявшие куда менее одного процента населения, забирали себе около девяноста девяти процентов тех материальных благ, что помогали улучшать ПОРЯДОК. Прочие люди довольствовались всего-то одним. Поэтому обычные армии состояли из толп заурядных простолюдинов с самыми скромными параметрами. Те самые омеги из общепризнанной классификации. В той или и иной мере их слегка разбавляли бойцами с более высокими цифрами и увеличенным набором атрибутов, но этим бетам и «недо-бетам» до альф далеко. Альфы, разумеется, тоже были, но это, так сказать — «единичные вкрапления». В элитных подразделениях и отрядах дорогих наёмников ситуация смотрелась получше лишь за счёт повышенного процента бет.

В моём войске уже сейчас омег нет вообще, лишь приличные беты да альфы. Я для своих шудр трофеев не жалел, и пусть тягловыми лошадьми они не стали, но на переходах каждый мог спокойно тащить до сорока и больше килограмм груза. Существенная часть приходилась на свои же доспехи, амуницию, оружие и боеприпасы, но даже ограничься всё только этим — уже немалое подспорье.

Однако они в придачу ещё и припасы с собой тащили. Да, немного, но даже этого достаточно, чтобы несколько дней кормить армию, вообще не прикасаясь к грузу в обозах.

Также я волюнтаристским решением отбросил традиционные нормы армейского снабжения. Говоря проще, вместо тысячи лёгких и проходимых повозок мы использовали неполные четыре с лишним сотни. Это ничтожно мало, наше войско на таком количестве припасов и месяца не продержится, как ни растягивай. То, что бойцы тащат на себе, лишь слегка улучшает ситуацию, не более.

У меня было два варианта не позволить умереть людям от голода, и не превратить наших прекрасных скакунов в исхудавших кляч.

Первый: наладить снабжение за счёт имперских ресурсов. Покупать припасы у местных жителей в районах боевых действий или засылать обозы далеко в тыл, чтобы оттуда привозили. Учитывая то, что под рукой у принца, по моим прикидкам, не меньше семидесяти тысяч солдат, и все они тоже любят хорошо покушать, сомнительно, что легкодоступные источники до сих пор не выгребли. А что до присылаемого с севера, из глубин империи, то какого-то непонятного Кроу к таким кормушкам не подпустят.

Они для кого надо кормушки, а не для кого попало.

Ладно, есть второй вариант: наладить снабжение за счёт вражеских ресурсов. И речь не о грабеже населения на территориях противника, ведь мы действуем на своей земле. По меркам этого мира, моя невеликая армия со столь ничтожным обозом это никакая не армия, а отряд. Причём отряд мобильный. Если понадобится, повозки, которые я с таким трудом создал, способны пройти там, куда не всякий всадник рискнёт сунуться. То есть мы своей компактной колонной способны повторять те рейды, которыми я трепал тылы Тхата, только в куда больших масштабах.

Войск у врага много, уж точно не меньше, чем у принца. Обозы южан растянуты на десятки и десятки километров и, зачастую, практически не охраняются. Тележники, по сути — особый вид лёгкой пехоты, их единственное боевое предназначение — охрана перевозимого добра. Но одно дело отбиваться от мелких шаек мародёров, а другое от полноценного вражеского отряда. Опыт Мудавии показывает, что во втором варианте они лишь улепётывать способны.

Прижимаясь к восточным склонам Прибрежного хребта, моё невеликое войско двигалось по лесным дорогам или даже вовсе напрямик через леса. Вперёди, позади и справа действовали группы разведчиков, лишь горы оставались без их внимания. Днями и ночами бойцы контролировали небо, выискивая вражеских птиц, но удивительно — тех не было. Очевидно, южане не имели привычки отвлекать пернатых на контроль своего тыла, так что небо мы завоевали без боя.

Мы быстро вычислили систему вражеских стационарных постов. Она не отличалась сложностью: враги держали небольшие отряды лишь на мостах и переправах через самые приличные речушки, что стекали с хребта к морю. Также они патрулировали дороги, но только самые приличные. Причём на запад прибрежной равнины вообще не забирались. Видимо считали, что после тотального разорения местность под горами никому не интересна.

Так-то она и до разорения многолюдностью не отличалась. Леса почти сплошной полосой тянутся, порядочной армии среди высоченных сосен делать нечего.

Вот уже второй день мы продвигаемся потихонечку, и никто из агрессоров до сих пор не заподозрил, что в тылу внезапно появился немаленький отряд. Патрули ведут себя беспечно, охрана на переправах предаётся безделью и нередко нарушает сухой закон. При желании я смогу вычистить от южной нечисти всю округу в считанные часы. Почти до самого моря ни одной вражеской души не останется.

Но это будут комариные укусы, после которых придётся в темпе улепётывать. Не вижу смысла устраивать суету ради столь ничтожного результата. Так-то устроить бучу я не против, но мне для этого требуется хороший, богатый обоз, где можно существенно поправить материальное положение. И располагаться лакомый обоз должен не где попало, а поблизости от местной «линии фронта».

Чтобы потом не пришлось долго бежать с награбленным добром. Аппетиты у меня и у моих соратников нескромные, мы неизбежно захотим утащить много всего. Держать врагов за клинических