Звериное начало. Том II - Ксен Крас

– Может быть. Ты сам хотел, чтобы я придумала оригинальное. Не нравится? Тогда пусть будет… пусть будет… Лев. Кто это такой ты знаешь?

– Да, на кораблях привозили парочку, я видел. Лев, потому что я сильный, светловолосый и у меня грива?

– Потому, что ты что-то ел и у тебя до сих пор твоя грива в чем-то желтом и оранжевом, – на ходу ткнула в сторону бороды Рэйара, – Тот лев, который мне встретился, тоже чумазый был. Это у вас общее.

Мужчина засмеялся, Рэ очень старалась держаться и не позволять себе улыбаться. Она должна выглядеть достойно и никому не позволять выводить себя из равновесия. Вся стойкость улетучилась, когда Лэр вдруг прижал полукровку к стене дома, мимо которого они проходили и поцеловал. Перевертыш задергала руками, чтобы ударить нахала, а когда он обхватил их, замерла. Намного после ей подумалось, что она должна была отпихнуть человека, ударить его, она бы запросто с этим справилась. И ни в коем случае она не должна была краснеть и поддаваться.

– Я так и знал, что ты от меня без ума! – сообщил мужчина, когда насладился смущением и, снова обняв перевертыша, последовал вперед. Женщина вырвалась из хватки сразу же.

– Ты… Ты должен мне мое оружие. Если бы оно сейчас у меня было, я бы тебе!..

– Ах да, те самые дорогие твоему сердцу подарки. Только думал, что надо бы тебе их вернуть, – Лэр приостановился только для того, чтобы отстегнуть ножны и помочь закрепить их на поясе перевертыша, – Вон там проход, прямо под стеной. Сейчас, когда охрана отойдет, мы с тобой пролезем. Я пойду первым, и, если все безопасно, я дам тебе знак.

Лэр не стал дожидаться согласия или отказа Рэйары. Он прислонил женщину к стене, указал, куда следует смотреть и ловко, прячась за кустами и кучами мусора, начал свой путь к стене. В этой части города Рэ раньше не была, и только теперь заметила, что на протяжении шагов ста никакие дома близ стены не стоят. Разве что обломки одного, явно очень давно разрушенного, поросшие мхом и с большим гнездом наверху, выбивались из картины.

Через несколько минут, когда караульные снова разошлись, а терпению перевертыша уже начал подходить конец, Лэр пожал женщине знак. Она прокралась куда более легко и быстро, чем бандит, почти незаметно для него самого. Мужчина явно проникся уважением.

Дно ямы, идущей под стеной и через которую приходилось ползти на четвереньках, провожающий выстелил своим плащом и камзолом. До конца дыры этого не хватило. Ветки и обломки досок, которыми явно прикрывали дыру от чужих глаз, были любовно убраны в сторону и сложены маленькой горочкой.

Уже на той стороне, не только выбравшись, но и отбежав подальше, человек и перевертыш остановились перевести дыхание.

– Не жалко тебе одежду бросать?

– На обратном пути заберу.

– Она испачкалась, там же сыро, – заметила полукровка. Лэр на это только неопределенно пожал плечами.

– Дальше я сама дойду. Тебе не стоит здесь ходить, если тебя стража встретит и поймет, что ты из Нижнего города и ночью здесь ходишь, у тебя будут проблемы, – полукровка и до стены могла бы дойти без проблем, а уж в Средоточье ей и вовсе было нечего бояться.

– Мне бы хотелось убедиться, что…

– Не надо. Я не пропаду. Я как-нибудь прогуляюсь в порту, если захочется. Там красивые корабли. Может увидимся.

Рэйара не позволила человеку оставить за собой последнее слово, развернулась и побежала в сторону дома. Выбирая привычный маршрут, который скрывал бы ее от лишних глаз как можно дольше. Что-то в Лэре трогало ее за душу. Несмотря на довольно короткий разговор, можно сказать, ни о чем, после общения было легко, приятно и хотелось вернуться обратно, чтобы продолжить. Орден Посоха, их появление и случайная встреча, желание поймать бритоголовых и мысли об Эйэ посетили голову перевертыша только когда она миновала уже половину пути.

Недалеко от трактира, где Рэйара проводила свои самые скучные дни, она учуяла запах Кэйэна. Убийца перевертышей жил не в таверне, он говорил, что у него имеется свое собственное жилье – две небольшие комнаты с собственной лестницей и отдельным входом в старом доме. На втором этаже певец обустроил себе спальню, а на первом – гостиную и небольшую кухоньку. Он бы пристроил себе и собственную уборную, но хозяйка дома была против и приходилось пользоваться общей.

Вполне вероятно, что эти комнаты были совсем рядом с трактиром, а может, певец развлекался и пил ночь напролет – до него полукровке дела не было. Скорее из любопытства она еще некоторое время покрутилась на месте, принюхиваясь, а после продолжила путь.

Пробраться в дом и в свою спальню ей удалось без проблем. Уже лежа в постели Рэйара снова начала улыбаться. Ее веселили ее могущество и хитрость, то, как она смогла пробраться мимо свэтов. Длилась эйфория недолго. Стоило подумать о том, что ее поймали, о том, что какой-то волшебник и воин запросто сумели бы справиться с ней и отрубить голову и это лишь невероятное везение, что ее решили сначала допросить, как настроение испортилось. Запоздало пришло осознание и вместе с тем страх. Некоторое время Рэйара лежала, накрывшись с головой покрывалом, словно Лэз и ее прихвостни могли вернуться и завершить свои дела с отсоединением лишних частей тела.

Только когда стало слишком жарко и душно, женщина выглянула из-под своей защиты. Она все еще опасалась. Скорее всего, если бы Лезвие не устроили ответы, и если бы не Лэр, то все могло закончиться очень плохо. А еще пришла мысль, что Эйэ очень расстроится, если узнает, что сестра бродит ночами в Нижнем городе и позволяет себя обнимать каким-то быстроживущим мужчинам, да еще и из низшего сословия. Да, стоило переживать и об этом, Рэйара понимала, что ей должно быть стыдно. Но вместо этого чувства ощущалась только приятная пустота.

Глава XII

Утро началось для Рэйары с приятного пробуждения. Ночью она крепко спала, кошмары не приходили к ней, никакие грустные мысли не проникали в голову, никто нигде не дрался, вокруг ничего не горело, иномирки не требовали призывателя или кого-то