Принцы Континента - Джон Голд

Йен сорвался с места, используя максимальное ускорение. Когда две идентичные статуи вылетели из проходов, Хеолас открыл рот в немом крике ужаса. Они выглядели как две прекрасные девы, у которых из-за спины растет десяток рук, держащих металлический обруч.

Не поддается определению, Временно заблокировано, Неопределимо.

Расовая принадлежность не поддается определению, название заблокировано, уровень неопределим — вот что гласила эта надпись. Перед глазами Хеоласа всплыла аналогичная картина из мрачной гробницы с черепом под островом Утопца. Один в один! Две статуи были одним живым организмом, о чем и говорила всего одна надпись.

Свист воздуха, три смазанных силуэта двигаются на такой скорости, что человеческий глаз не может за ними уследить. Рунна молчит, спрятавшись в тени прохода. Хеолас несколько минут смотрит на противника, безмолвно шевеля губами, и кричит Йену:

— Йен! Это противонаправленные близнецы! Когда ты оказываешься между статуями, они проводят анализ противника на предмет восприимчивости к урону, запасу маны, здоровья, выносливости. Они также оценивают тип наносимого урона, а потом укрепляют защиту атакуемого тела от этого урона, пока второе тело собирает ману. Время переключения — одна секунда. Когда удары перестают действовать, быстро переходишь к атаке на вторую статую. У тебя будет меньше секунды!

Вместо ответа Йен увеличил выброс маны и скорость, выводя работу тела в режим форсажа. Статуи услышали слова Хеоласа первыми и отреагировали незамедлительно, резко увеличив скорость вращения вокруг противника.

Бой на больших скоростях не занимает много времени, но, кем бы ни были статуи, они продержались больше трех часов. Сначала в ход пошли одноразовые щиты, потом телепортация статуи, попавшей под атаку, и открытие порталов на пути следования Йена. Противник был умен, правильно оценив характер дара Йена, и не призвал ни одного живого существа. Еда! Наконец, по статуям был нанесен последний удар, и они разом обратились в пыль.

Когда бой закончился, Йен был похож на высушенное человеческое тело с поблекшими узорами. Казалось бы неизбежная победа едва не обернулась крахом. Запасов Йена должно было хватить на сутки непрерывных битв с рейд-боссами, а не на одну скоротечную схватку.

— Рунна! Какого черта тут творится⁈

Хеолас был не напуган, а сильно зол. Девушка, напротив, вела себя отстраненно-холодно.

— Второй рейд-босс, — в небе над залом образовался пространственный разлом, из которого выбралось нечто невообразимо безобразное. Угольно черное гуманоидное тело, состоящее только из костей, гибкими плавными движениями выползло на половину корпуса, ни на секунду не сводя светящихся красных глаз с группы игроков. Оно пугало, внушая ужас одним своим присутствием.

Джи, привыкший к виду кошмарных тварей, удивленно приподнял бровь.

— Я так понимаю, эта тварь по своей силе и рядом не стоит с теми хлипкими статуями. И чтобы ты знал, Хеолас, она имеет бессмертное тело, — группа молчала, и у каждого молчание было своим. Хеолас напряженно думал, ища выход из ситуации, но никак не мог его найти выхода. Рунна вела себя всё так же холодно и отстраненно, словно смирившись с неизбежным. Йен тяжело дышал, готовясь к битве. Он был единственным, кто не потерял надежду.

Не поддается определению, Временно заблокировано, Неопределимо.

Противник продолжал буравить их своими красными глазами, смотря на группу, как на еду или на муравьев под ногами. Гигант! Даже находясь в небе, он должен был быть виден из стартовой зоны Испытания. Левая рука твари встала на верхнюю кромку стен лабиринта, погрузив во тьму несколько проходов тенью от когтистой ладони. Существо засунуло в себе рот палец и отделило одну фалангу от мизинца.

Гигант, не сводя красных глаз с группы, начал надувать свое туловище. При этом общий энергетический фон подскочил до такой степени, что разом заныли все кости тела, а по ушам ударил противный звон. Со стен начали опадать враз иссохшие лианы, а тварь всё надувалась и надувалась.

— Он создает магическую бомбу! Если попадет ей по нам, мы все трупы! Сейчас зал с Маяком стал местом соединения реального-игрового и астрального ми…

Вспышка! Тварь плюнула светящимся куском своей плоти, словно выстрелив из пушки ядерным снарядом, снеся добрую треть сверхпрочных стен лабиринта. По проходам прошлась ударная волна, убившая всех, кто не успел спрятаться. И не важно, человек это или рейд-босс. По контракту, ее задача — уничтожить тела и души всех существ, дошедших до зала с Маяком. Но атака прошла не так, как того хотел черный гигант. Один из муравьев прыгнул в небо навстречу снаряду за сотую долю секунды до выстрела. На месте четырех человек лежало три с половиной лужи из крови и изломанной плоти.

Принцы Тальзеура. Эпилог

Часть 1

Древо миров Тальзеура = Миры третьего порядка = Ветвь миров «Генезис Ваальбара» = Базовая реальность Генезиса.

В кабинете, заставленном экспонатами глубокой древности, стоял старый лысый маг в коричневом халате. Лицо, испещренное глубокими морщинами, выражало глубочайшее расслабление, а не задумчивость или самоуверенность, свойственную большинству магов.

В комнату влетел Леам Харчет, помощник главы отдела стратегического развития.

— Господин Закари! Господин Закари! У нас ЧП! Уже тринадцать случаев появления ранее неизвестных рейд-боссов в лабиринтах Испытаний! Во всех филиалах Академии царит паника, игроки жалуются на неадекватный уровень сложности.

— Мне плевать на не-магов, — Закари Уэльс всегда говорил то, что думает. — Всё было подстроено мной с самого начала, и только я несу за это ответственность. Даже ты, мой дорогой Леам, ничего не знаешь об истинных проблемах, угрожающих магократии. Наш разговор записывается десятком устройств, которые помогут тебе доказать правдивость услышанных слов. Знал ли ты, Леам, что в нашем мире становится всё меньше маны? За каких-то сто лет ее количество снизилось на тринадцать процентов, а в последние годы темп падения резко увеличился. Среди обычных не-магов стали появляться люди, обладающие уникальными дарами и способностями. Твой совокупный потенциал мага можно оценить в две-три тысячи Очков Потенциала. А их — начинается от миллиона.

Леам всегда выглядел, как двадцатилетний юнец, а теперь, стоя с открытым ртом, и вовсе сопливым мальчишкой.

— Ваш потенциал оценивали в семьсот тысяч…

— Потому что я — один из них! И я ненавижу себе подобных! Тех, кто призван нарушить естественный баланс Генезиса. Героев и злодеев, стоящих на перекрестках эпох! Лидеров и их тайных покровителей, ведущих мир к краху под лозунгами новых веяний и приспособлений к ухудшающейся действительности! Я — маг и не дам погибнуть делу, которому посвятил шестьсот лет своей жизни! Испытание, смерти — всё это мелочи.