Шенондоа, дочь звезд. - taramans

— Ты сейчас задала очень непростой вопрос, душа моя! — Кид подошел к женщине чуть ближе, — Могу ответить просто: удар головой о камень сделал меня таким. Устроит? Ах, нет? Ничего не объясняет, да? Ну-у-у… А если я скажу, что я демон, вселившийся в тело мальчишки? Не испугает тебя такое? Вот возьму и соблазню тебя. Самым гнусным образом!

Анна расхохоталась, чуть запрокинув голову:

— Чем ты меня хочешь испугать, Кидди? По всему содеянному, мне давно уже уготована сковородка в аду. Если только там есть настолько большая сковородка, чтобы вместить мою задницу.

— Зря ты так, дорогая, зря! Твоя задница очень даже неплоха… — мурлыкнул Кид, подходя к женщине еще ближе.

Корнелия вдруг поперхнулась смехом, внимательно посмотрела на парня и облизнула губы, заблестев глазками. Но потом встряхнулась и хрипловатым голосом сообщила:

— Вообще-то… Я позвала тебя для серьезного разговора, Гюнтер.

— Ну вот, как всегда: решишь, что красивая женщина пригласила тебя на свидание, а здесь — бам-с! Оказывается, это деловой разговор.

— Да, Кидди, да! Деловой разговор, — Анна прошла за стол и села в кресло, подвинув к себе какой-то толстый гроссбух, — Ты знаешь… У Луизы прошли все болячки на коже.

— Х-м-м… Вот как? М-да… Я думал, там будет все серьезнее, — почесал бровь Гюнтер, — Но полагаю, что пара сеансов все же не помешает: для закрепления результата.

— Вот о том и разговор, Гюнтер. Об этих самых сеансах твоего лечения! Извини, что сразу не поверила тебе, но… Сам понимаешь.

Парень махнул рукой:

— Все я понимаю!

— Да, так вот… Как ты думаешь построить все это свое лечение? — женщина, достав из ящика стола изящный перламутровый футляр, надела очки.

«Забавно. Этакие «велосипеды»!».

— Чему ты улыбаешься, Кид? Ну да, у меня стало портиться зрение! — чуть поджала губки Корнелия.

— Я не тому улыбаюсь. Просто так ты стала еще больше похожа на, скажем, учительницу. Или на строгую воспитательницу пансионата для мальчиков.

— Да? И что из этого?

— Если бы ты знала, сколько мальчишек грезят по ночам о своей связи с…

Анна снова рассмеялась:

— Ах, Кид… Перестань же! Я только настроилась на серьезный разговор, а ты все время сбиваешь меня.

— Ладно! Буду молчать и слушать! — Гюнтер сделал жест, что закрывает рот на замок и выбрасывает ключ в окно.

— Так вот… Как ты собираешься построить свою работу, это лечение? Что для этого нужно? Сколько времени это займет? Да перестань уже, говори. Только прошу тебя — по делу.

— Думаю, для начала я должен осмотреть всех твоих девиц. Осмотреть, определиться — кого и что беспокоит, составить какой-то план и график. Ну и приступать, чего тянуть-то!

— Сколько времени это займет? И можно ли им будет в это время работать? — вот сейчас Анна и впрямь была хозяйкой борделя: целеустремленной, расчетливой, холодной и даже жесткой.

— Работать… Будет можно. А по времени? Не знаю, нужно сначала смотреть.

— Когда? Может быть, завтра с самого утра? — напористо продолжила мадам Корнелия.

— Почему нет? — пожал плечами Гюнтер, — Где это можно будет организовать? Не в зале же?

— Думаю… Думаю, что у тебя! — прищурилась, глядя на него, женщина.

«Вот еще… Не улыбалось мне, что… Хотя, почему бы и нет? Если сам осмотр. Только вот лечить?».

— Тогда мне для самого лечения мне нужна будет кушетка! — прикинул он, — Возможно будет ее изготовить быстро? Я нарисую эскиз.

«Что-то вроде массажного стола или высокой кушетки. Да, правильно!».

— И все? Больше ничего не нужно будет? — усомнилась хозяйка.

— Ну-у-у… То масло для массажа. Горячей воды побольше, чтобы всегда была: мне нужно будет мыть руки, мыло. Что еще?

— Ты такой брезгливый? Или чистоплотный? — изучающе смотрела на него Анна.

— Первое — нет. Второе — да. Это, вообще-то, для всех людей — хорошо бы. Но уж для лекарей и докторов — обязательное правило! Если тебе это будет интересным, я расскажу, ради чего такие меры, — кивнул парень.

— Да уж… Не каждый доктор моет руки! — усмехнулась Корнелия.

— Это не доктор, в моем понимании. Это — шарлатан! — отмахнулся он.

— Ладно. Если еще что-то будет нужно, скажешь. Теперь… Теперь перейдем к обсуждению оплаты твоих услуг! — женщина усмехнулась даже как-то хищно, — Видишь ли, Гюнтер, объявленная тобой такса… Она чересчур завышенная.

— Это тебе так кажется! — усмехнулся «маг-целитель», — Но вы можете и дальше пользоваться услугами местного доктора. Я же не против!

— Нет, Кид. Давай все-таки разговаривать серьезно. Сам пойми: если девчонок придется лечить четыре, а то и пять… А может, и шесть раз! По пять долларов за сеанс? Это очень много!

И они принялись отчаянно торговаться. Каждый приводил доводы и контрдоводы, сетовал на плохое финансовое состояние, непростые жизненные обстоятельства и жизнь в целом взывал к разуму оппонента, и к его же любви к ближним своим. Анна даже пофлиртовать решила: заблестела глазками, понизила голос до приятной хрипотцы, даже губки облизнула не один раз. Как крайний метод: привстала с кресла, оперлась локтями о стол, продемонстрировав шикарный бюст и не менее шикарную задницу. Почувствовав, что начинает «плыть» и «мягчеть», Гюнтер насупился и уткнулся взглядом в пол:

— Нечестно играешь, моя хорошая! Так нельзя!

— Ну как нечестно, Кидди? Как нечестно? А честно ли буквально раздевать бедную женщину? — глазами котика уставилась на него стоявшая раком Анна.

— А давай я тебя и впрямь раздену! — «рубанул шашкой» он, — Раздену и… Вот тогда, я думаю, ты примешь мои условия!

Корнелия хмыкнула, закусила губу и села назад в кресло:

— Но это уже будет нечестно с твоей стороны. Я видела, что ты умеешь вытворять: вчера с Луизой, а потом и Элизабет.

— Ну, так каким же будет наш компромисс?

Договорились, что Киду за каждый сеанс будет перепадать по три с полтиной. Питается и проживает он бесплатно. Пользовать девок… Тоже можно, но лишь во время сеанса: по вечерам они должны денежку зарабатывать, а не бесплатно оргазмировать под руками и всем прочим Гюнтера.

— Ты противный мальчишка, — притворно насупилась Анна, — Мог бы ограничиться и Луизой с Бетти. Я, похоже, и так уже их от тебя не отважу.

Гюнтер засмеялся:

— Так мне что — глаза во время массажа закрывать? И уши — тоже? А если они сами вдруг воспылают? Отказывать им, да?

— Пусть лучше с клиентами воспылают, это деньги приносит! — проворчала женщина.

— Так… Правильно ли я понял: семь девушек… А, нет — еще и Луиза! Х-м-м… А ты — как же? Тебя считать? — сально осмотрел он хозяйку.

Та покачала головой:

— Откуда