Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

Магдалена украдкой наблюдала, как он пытался выровнять дыхание. С луга, отделявшего их от моря, несся медовый аромат клевера. Ах, как она была сейчас жадна до впечатлений. Как открыта для всего нового.

Каким красивым стал Кристер! Каким… возмужавшим! Да, он уже совсем взрослый, ему, должно быть, восемнадцать лет. Ах, это звучит так взросло! Хотя ей самой должно быть уже шестнадцать, судя по смене сезонов за стенами камеры: зимой стужа – а летом нестерпимая жара.

У нее украли три года. Три года лучшей поры взросления!

Увы, только Магдалена уловила в Кристере приметы зрелости. Для всех остальных он был большим наивным ребенком.

Но, пожалуй, сейчас ему бы хотелось быть зрелым. Чтобы стать защитником для беспомощной Магдалены. Это было так приятно. Он чувствовал себя таким сильным! Непобедимым.

Они прислушались к лесным звукам за спиной. Нет, ничего подозрительного. Ни топота копыт, ни тяжелых шагов. Ни малейшего хруста сломанной ветки.

– Думаю, они махнули на нас рукой, – тихо сказал Кристер. – Или рыщут где-то в другом месте.

Магдалена страшно тяготилась своим жалким внешним видом.

– Я бы хотела помыться, – пробормотала она, беспомощно запустив пальцы в спутанные волосы.

– Сейчас организуем. Вода в море не холодная. Но только пройдем еще немного на север, здесь опасно.

– Да, конечно, я понимаю.

Если идти лугом, вдоль самой опушки леса, Магдалене будет не так тяжело. Они взялись за руки и торопливо зашагали: Магдалена уже немного размяла ноги, к тому же, если она покачивалась, твердая рука Кристера всегда была наготове.

Они долго шли молча, и наконец оказались в каменистой бухте, окруженной деревьями.

– Здесь, – сказал Кристер. – Мы остановимся, и ты сможешь помыться.

Она сглотнула. Бросила быстрый взгляд на воду и вдруг остро почувствовала, как истосковалась по ощущению чистоты кожи. Но…

– Я… не знаю, – беспомощно промолвила она. – Одежду тоже надо постирать. Но если я вымоюсь в платье, потом будет холодно в нем идти? А оставлять его на берегу и одевать на чистое тело я не хочу. Не смогу больше натянуть на себя эту мерзость.

Кристер понял ее сомнения. Глаза шарили в поисках решения проблемы – и остановились на нежном лиловом колокольчике.

– Можешь смело идти мыться без лохмотьев, – успокаивающе заверил он. – Я раздобуду для тебя одежду.

Она вопросительно смотрела на него.

– Самую прекрасную, – пообещал он. – И отвернусь, чтобы не смотреть. Ты просто подойди ко мне. После мытья!

Магдалена выглядела озадаченно. Но день был такой теплый, а чистые, бурлящие белыми барашками волны так манили. Смущаясь, она разделась, однако не осмелилась посмотреть в сторону Кристера и убедиться, что он отвернулся. Она верила ему на слово.

Осторожно ступила в воду. Вода была холоднее, чем она думала. Магдалена вмиг продрогла от макушки до кончиков пальцев. Но надо было зайти поглубже.

Дно было великолепное. Она глубоко дышала, и когда первый раз основательно окунулась, то уже не замерзла. Ну, еще чуть-чуть, и еще, и…

Уф, сколько же у нее экзем! Это все укусы проклятых насекомых, из-за них так зудело и чесалось тело.

– О, вы, – мстительно сказала она. – Оставайтесь теперь бездомными, гнусные твари!

Она резко окунулась по самое горло. Отлично, самое неприятное позади. Она зажала нос и нырнула с головой, стараясь продержаться под водой как можно дольше. И так раз за разом, пока волосы не намокли основательно. Она скребла себе ногтями кожу, насколько это было возможно безо всякого подобия мыла. Терла руки, ноги и все тело. Конечно, хорошо бы, если бы ей кто-нибудь помог, но просить об этом нельзя!

О, как хорошо! Магдалена чувствовала себя очистившейся от скверны, заново рожденной, и долго не хотела выходить на берег.

Но каким же образом Кристер собирается раздобыть ей чистую одежду? Непостижимо.

Кристер сидел на корточках перед колокольчиком, глубоко сконцентрировавшись. Колокольчик, самый чистый и девственный из всех цветов. Кто может быть более достоин его прекрасной Магдалены. И какой замечательный цвет. Отлично пойдет ей к лицу.

– Колокольчик, колокольчик, превратись в платье, – пробормотал он. – Стань нарядом, достойным моей девушки! Из шелка и нежнейших кружев, с широкой юбкой, в точности, как твой цветок. Стань платьем сей же миг!

Он ждал. Колокольчик, тронутый легким бризом, приветливо покачал головой и подозрительно затих.

– Большим платьем, разумеется, – быстро добавил он. – Ты же понимаешь, что Магдалена не влезет в платьице твоего размера!

Секунды бежали. Он начал нервничать. Магдалена скоро выйдет из воды.

– Предки, – взмолился он с перекошенным от нетерпения лицом. – Я знаю, что моя сила капризна и проявляется спонтанно. Но разве вы не можете протянуть мне руку помощи один-единственный раз? Моей бедной маленькой подружке нечего надеть, это ведь крайний случай, а? Ну будьте же так любезны! Поступите по-товарищески! Несмотря ни на что, я же Кристер Томассон, я из рода Людей Льда, хотя и не вправе носить это имя. Это поэтому вы такие жадные? Нет-нет, простите, я не это имел в виду! Я ведь «меченый»! Или лучше сказать, избранный!

Но ни колокольчик, ни предки не реагировали.

«Что же надо говорить? – в панике подумал он. – Абракадабра ? Нет, не такую глупость. Возможно, что-то неладно с заклинанием, меня же никто ничему не учил, никто не воспринимает меня всерьез! А мать, которая знает столько заклинаний, почему она не могла со мной поделиться?»

В глубине души Кристер понимал, что его мать Тула никогда не заучивала никаких магических заклинаний. Она их просто знала, инстинктивно.

А почему он не знал? Он, призванный стать величайшим, тем, кого целый род ждал на протяжении веков!

– Кристер?

Робкий голос Магдалены заставил его вздрогнуть. Голос шел с берега, и Кристер по рассеянности обернулся. Но ничего не случилось, она подняла свое рваное рубище и теперь держала перед собой на вытянутых руках, словно боясь осквернить им чистую кожу. Она дрожала так, что он видел это издали, а губы были роскошного синего цвета.

«Что делать, что же делать? – мысленно взмолился он. – Я же обещал!»

Последний напрасный взгляд на колокольчик лишь подтвердил его мысль, что придется уйти несолоно хлебавши. Ладно, есть еще один выход, хотя его трудно назвать чудом. Он сорвал с себя рубашку. Она была белая и длинная, доставала ей как раз до колен. Конечно, это не то, о чем он думал, но нужда заставит.

– У меня… ничего не вышло, – крикнул он. – Можешь воспользоваться моей рубашкой. Она довольно длинная.

Мгновение девочка тупо смотрела на него, потом согласилась и добавила:

– А как же ты?

Он знал, что за время