Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

материализовал свой посох. Древко привычно легло в руку, а навершие засветилось мягким голубоватым светом. Сейчас мне нужно было одно - вырубить князя или хотя бы обездвижить его на несколько драгоценных секунд, чтобы дотронуться до него и начать ментальную битву с сущностью Четвёртого. Посох был идеальным инструментом для этой задачи.

Медленно двигаясь к Шереметьеву, я держал его под постоянным наблюдением, готовый в любой момент отразить атаку. Его меч по-прежнему казался непривычным в этом противостоянии сил, но я не недооценивал его возможности.

Сделав несколько осторожных шагов вперёд, я начал ментальную атаку. Тонкие нити энергии потянулись к сознанию князя, пытаясь проникнуть сквозь его защиту. В то же время я держал наготове физическую атаку - один резкий взмах посоха мог решить исход этой встречи.

Шереметьев не стоял без дела - его глаза вспыхнули холодным светом, а вокруг меча появилось едва заметное сияние. Он был готов к любому развитию событий, и это делало предстоящую битву ещё более опасной и непредсказуемой.

Зал наполнился напряжением, воздух словно загустел от концентрации магии. Первый ход был сделан, и теперь всё зависело от того, кто окажется быстрее, хитрее и сильнее.

Я продолжал усиливать ментальную атаку на князя, но пока без особого успеха. Все мои попытки пробить его ментальные щиты встречали решительное сопротивление. Шереметьев не только отражал мои удары, но и сам неоднократно атаковал в ответ.

Медленно приближаясь к нему, я внимательно следил за каждым движением, пытаясь оценить его мастерство владения мечом.

Внезапно в меня ударил мощный огненный шар. Моя защита легко выдержала атаку, и пламя бессильно скатилось с энергетических щитов, словно вода с накрахмаленной ткани. Князь решил использовать обычную магию, пытаясь отвлечь меня от физической схватки.

Его стремительный выпад мечом оказался не таким уж и быстрым. Я легко парировал атаку посохом. Шереметьев не остановился и продолжил наступление, сочетая удары холодным оружием с магическими атаками.

Бой разгорелся сразу в трёх плоскостях: ментальной, магической и физической. Парировав несколько сложных комбинаций его атак, я наконец смог оценить уровень его мастерства. Его техника фехтования соответствовала уровню магистра, но отсутствие должных тренировок и реального боевого опыта давали мне преимущество.

В этот момент я с особой благодарностью вспомнил Горадо, который так настойчиво заставлял меня тренироваться, и Дэгриль, которая безжалостно гоняла меня на тренировках, доводя навыки до автоматизма. Их уроки сейчас спасали мне жизнь, позволяя читать движения противника и находить слабые места в его защите.

Я перешёл в решительное наступление, резко увеличив скорость атак посохом. Мои движения становились всё более стремительными и непредсказуемыми, я комбинировал различные техники, не давая князю возможности предугадать следующий удар.

Чувствуя, как Шереметьев начинает сдавать позиции под давлением моей атаки, я добавил ещё один элемент - мощные каменные шипы, выросшие из пола и ударившие точно по ногам князя. Этот неожиданный манёвр сработал: князь на мгновение потерял равновесие, его движения стали менее уверенными.

Не теряя ни секунды, я провёл сокрушительный удар посохом в висок противника. Князь пошатнулся, но не упал. Однако этот момент слабости дал мне необходимое преимущество.

Теперь я полностью перехватил инициативу. Мой напор стал сокрушительным - я атаковал одновременно во всех трёх плоскостях. Ментальные щиты князя начали трещать под тяжестью моих ударов. Физически он был вынужден отступать под градом ударов посоха, его движения становились всё более хаотичными.

Я усилил магическое давление, создавая вокруг него вихрь заклинаний, направленных не столько на нанесение урона, сколько на дезориентацию и разрушение концентрации. Князь пытался сопротивляться, но его защита стремительно ослабевала. В его глазах промелькнуло замешательство, а затем и страх. Он начал совершать ошибки, его действия становились всё более беспорядочными.

По мере того как я усиливал натиск, становилось очевидно, что Шереметьев впадает в панику. Он понимал, что его силы уступают моим, а преимущество, на которое он рассчитывал, исчезает. Его ментальные щиты рушились, физические атаки теряли точность, а магические удары становились всё более рассеянными.

В его взгляде появилось осознание неизбежного поражения. Он пытался собраться с силами, найти в себе последние резервы, но было уже поздно - инициатива полностью перешла в мои руки, и исход битвы становился всё более очевидным.

Выждав момент, когда князь вновь потерял равновесие, я молниеносным движением выбил меч из его рук. Не давая противнику опомниться, я стремительно сократил дистанцию и схватил его за горло. В ту же секунду всей своей мощью я обрушился на ментальные щиты Четвёртого, разрывая их в клочья, словно тонкую паутину.

Мои пальцы крепко сомкнулись на шее Шереметьева, а сознание уже проникало в глубины его энергоструктуры. Я чувствовал, как сущность Предтечи сопротивляется, пытаясь вырваться из моих ментальных тисков. Но моя сила была сильнее - я начал методично вырывать её из энергетической матрицы князя, поглощая частичку за частичкой.

Время словно замедлилось, превратившись в тягучую патоку. Каждый миг этой ментальной битвы длился вечность. Я ломал последние преграды Четвёртого, чувствуя, как его сила перетекает в меня, становясь частью моей сущности. Его сопротивление слабело с каждой секундой, а моя власть над ситуацией становилась абсолютной.

В этот момент я ощутил, как последняя искра сопротивления погасла, и сила Четвёртого окончательно стала моей.

Князь обмяк в моих руках, и если бы не моя вторая рука, поддерживающая его, он бы рухнул на пол безвольным кулем. Я осторожно поднял его на руки и направился к дивану в дальнем углу зала, параллельно восстанавливая разрушенную битвой обстановку. Магия струилась сквозь пальцы, возвращая мебели первоначальный вид, а разбитым стёклам - целостность.

Уложив князя на диван, я вновь погрузился в его энергоструктуру. Сначала я сосредоточился на восстановлении наиболее пострадавших участков, необходимых для поддержания жизни. Когда базовые функции были стабилизированы, я приступил к самому сложному - восстановлению огромной бреши, оставшейся после извлечения сущности Четвёртого.

Работа оказалась невероятно трудоёмкой. Мне приходилось буквально создавать новые энергетические каналы с нуля, переплетая их с оставшейся структурой князя. Каждый новый канал требовал точности и концентрации, ведь одно неверное движение могло нанести непоправимый вред.

Пять долгих часов