Путь от змеиного хвоста - katss

— Мда?… И что написали? Э-э… а ты в офисе?

— Естественно! — взвился фей. — Это только тебе позволено прогуливать, да у Моховой плановый отгул!

— Не кипятись, я не виновата, — Женька засопел.

— Открываю. Так, в первом приписка: "Спасибо за племянника.", и подпись "М.Д."… Ни фига себе! — Евстигнеев присвистнул.

— Ну что там, не томи!

— Да вот, в пакете… во-первых, четыре членских карточки на предъявителя на безлимитное двухгодичное посещение любых его заведений, на все мероприятия, кроме частных, организованных третьими лицами. М-м… стильненькие такие, чёрненькие… С бронзой. А во-вторых, типовой договор на нашу фирму на капремонт здания клуба "Джипси" на Болотной. Ты что-то понимаешь?…

— Кажется, да. А во втором букете что на карточке?

— "Самой женственной охотнице"… Кха-кха… Ну и вкус у пацана!

— Приласкаю, — сощурившись, пообещала я. — Вазой по голове.

— Ладно, молчу, но… Аха-ха… Нет, прости, не могу! — отложив телефон, Евстигнеев проржался. Откашлялся, вновь взял трубку:

— Всё, я уже не смеюсь. Кха. Короче: договор Макарову нести? Букеты тебе домой отправить?

— Неси, конечно, — пожала плечами. — А букеты не сто́ит, их всё равно Потап сгрызёт. Пусть себе стоят в секретарской, если место найдётся. Ну или Моховой на пустой пока стол водрузи… Ток не вздумай туда чёрные ленты повязать или её портрет в перечёркнутой рамке поставить! Знаю я тебя, шутник хренов!

— Блин, а ведь богатая была идея… И за что ей такая роскошь? — хмыкнул Женя. — Ладно, отключаюсь.

— Не смотрите так, — закатила глаза, обратив внимание на своеобразное выражение Диминого лица. Весь разговор-то было слышно — от и до!

— Женька, конечно, довольно склочный, но только на поверхности. А так — хороший, но глубоко не понятый многими парень.

"Оттого и латентный гей?" — мелькнул в глазах у прямолинейного лейтенанта немой вопрос. Я снова закатила глаза… Всё возможно в этой жизни. Ровным тоном добавила:

— И действительно надёжный друг. Они и с Моховой-то цапаются не всерьёз, а полушутя. Для поддержания тонуса…

Немоляев кашлянул, привлекая наше внимание:

— Значит так. О своём способе ведения боя рассказываете. И уводите в сторону подробностей, чего и как, и в каком порядке вокруг и у вас ломалось… По возможности придумайте, как более внятно рассказать о проведении лечения. Тут они точно увлекутся и забудут о большинстве стандартных вопросов, потому что, как я уже упоминал, целителей — кот наплакал… Покайтесь дядям в халатах, что от волнения вы, бедныя-нещасныя, забыли стандартные инструкции, потому и остались в здании. Вы поняли? Никаких упоминаний о том, что поступили вполне преднамеренно! Запрут как нестабильную, и даже я ничем помочь не смогу. Говорите, не успели, мол, до выхода добраться. Тем более это правда. И уж подавно не проболтайтесь о том, что тварь из портала вы каким-то мистическим образом понимали. Я не берусь утверждать, что доселе подобного не происходило с другими охотниками… Поищу. Но упоминаний об этом пока точно не слышал и не встречал. А значит, если похожее и происходило, все участники скромно молчат в тряпочку о том, что они, оказывается, межмировые полиглоты… Вы всё поняли, Василиса?

— Да, поняла. Спасибо.

— В общем, язык у вас хорошо подвешен, должны их заболтать… Так, и давайте-ка проверим, что там у вас по результатам исследований? Ага. Содержание ихора в крови — двадцать семь процентов… Честно говоря, высоковато. Даже для "В"… А вот артефакт у вас едва-едва дотянувший до "В" и показывает… Хм. Быстровато вы поднимаетесь, — начальник тяжело на меня уставился.

— Это плохо?

— И да, и нет, — уклончиво ответил Немоляев, вновь задумавшись. — В общем, так: перед научниками упираете, что очень переволновались, леча подругу. Такие всплески — временно — у охотников иногда бывают, как раз по причине высокого эмоционального напряжения. Потом они проходят, и уровень ихора сглаживается, насколько я помню…

— …

— Далее: пусть они сами гадают и высказывают гипотезы, почему портал выпустил наружу только двух существ, а после их смерти стал быстро сворачиваться. Им за это деньги платят. Им, не вам. Поняли, Василиса?

— Вполне.

— Нет, мне и Стрешневу вы все свои приключения и допущения рассказываете в полном объёме и, так сказать, незацензуренной версии. А цензуру мы будем изобретать уже втроём… Это понятно?

— Угу.

— Что ещё?… По поводу вашего лошадиными темпами растущего уровня — хлопаете глазами, включаете садовый шланг, блондинку и рассказываете, что сами ничего не понимаете! Просто очень-очень хотелось жить… Запись разговора по душам с вашей излишне болтливой подругой… — капитан поморщился, — Светлов уже должен был подчистить. Братья мудро открестились, что-де сидели в окопе, кроме грохота и рёва твари ничего не слышали, кроме пыли ничего не видели… А медсёстры Житова и под дулом промолчат. Они ему по гроб жизни обязаны. Если всё в вашем выступлении пройдёт гладко, вам выдадут рекомендации для прохождения максимально эффективной практики с разноплановыми командами… А уже это развяжет мне руки. — Я недоумённо нахмурилась. Вы о чём вообще? Немоляев вздохнул:

— Василиса, я смогу по собственному усмотрению выбирать вам команды. И выбирать буду нормальные, без моральных уродов, болтунов и прочего ненадёжного контингента. Заодно под этим соусом ни у кого не возникнет вопросов о причинах вашего дальнейшего зависания на тренировках у Коловрата: перспективный целитель это в первую очередь хорошо бегающий целитель.

— Ясно.

— И послезавтра вас ждёт Житов. Будет проводить с вами опыты на людях. Чтобы вы понимали, когда именно у вас кончается резерв и пора останавливаться, если не хотите лично познакомится со знаменитым жителем Назарета. Да, у нас есть и такие методики, вы не первая и, думаю, не последняя желающая положить жизнь во имя вселенской глупости.

— Хорошо.

— Идите, — вздохнул капитан. — Стрешнев вас проводит. И вы поняли, Василиса? Не сболтните лишнего перед этими гиенами. Там тоже всё записывают на камеры, и если у кого-то из яйцеголовых возникнет мысль о необходимости кое-каких уточнений, запись ваших ответов рассмотрят со всех сторон, едва не под микроскопом. А если найдут что интересное или нестыковки, очень быстро вызовут повторно. И, возможно, посадят под замок. Последнее не в ваших интересах.

— Естественно… — кивнув на прощание вновь потянувшемуся к заветной фляжке Немоляеву, вышла вслед за Димой из кабинета.

М-да уж. Жизнь пошла — бондиана отдыхает…