Путь трёх совершенствований. Том 5 - Дмитрий Крам

сказала мама. — И всё же ты прав. По сравнению с остальными и измученными страшилами, наша Софи с достоинством перенесла выпавшие на неё испытания. Насколько надо быть роскошной женщиной, чтобы тебя родить, — улыбнулась Лайла, накладывая ей салат и, понизив голос, добавила. — Конечно, гены твоего отца пытались испортить наш с тобой праздник совершенства, но мы им особо не дали разгуляться. С мужчинами вообще надо так всегда. Чуть ослабишь хватку, и пиши пропало.

— Чего вы там шепчитесь?

— Да так. О нашем, о девичьем. Волосы придётся восстанавливать какое-то время, — вздохнула она, перебирая пряди дочери. — Запишу тебя на консультацию к своему косметологу.

— Мам, она работает только с женщинами тридцать плюс.

— И все они невероятные красотки. Ох, дорогая, молодость пролетит быстро. Не так давно и я была капитаном команды чирлидеров, а твой отец капитаном команды КП. Как он играл, эх… Если б мне кто тогда сказал, что не это главное в жизни.

— Эй, ну хватит. Отстать от девочки. Она вернулась, не чтобы слушать наши ностальгические вздохи.

На вторую тарелку мама выложила спагетти с мясным соусом.

Лицо Софи как-то странно поменялось.

— Что отвыкла от вида нормальной еды. Бедная девочка.

Лайла заняла своё место.

— Ну пробуйте, — сказала она.

Софи с жадностью накинулась на еду, нагнувшись над столом, волосы попали в тарелку, но девушка не обратила на это внимание.

— Софи Заринова! — возопила мать. — Где твоя осанка⁈ Убери волосы из тарелки. Ты уже не в джунглях!

Отец положил ей ладонь на руку.

— Хотя бы сегодня оставь её в покое.

Софи, казалось, и не слышала. Опустошила всю тарелку до того, как отец успел намотать первую порцию на вилку.

— Я заметила, что ты не сильно-то похудела, в отличие от остальных ваших девчонок, — сказала мама. — Будешь так накидываться на еду, ни в одно платье потом не влезешь. Возвращайся в реальность. Впереди ежегодный бал и конкурс «Мисс Школа». У нас не так много времени, чтобы подготовиться.

Лицо дочери вдруг напряглось. Она поморщилась. Повернулась боком на стуле, прислушиваясь к ощущениям, а потом пулей сорвалась со стула и выскочила на улицу, опорожнив желудок прямо с крыльца.

— Кажется, дочь отвыкла от твоей стряпни, — еле сдерживая улыбку, сказал отец.

— Заткнись, Дени! — зашипела Лайла. — Софи, ты в порядке?

Девушка прошла в ванну, а приведя себя в порядок, вернулась за стол немного покачиваясь. Осушила стакан воды и, громко брякнув им о столешницу, сказала:

— Мам, пап, я беременна.

Мама лишь открывала рот в немом изумлении. Отец вскинул брови, а потом расслабив лицо, поджал губы.

— Но тебе всего восемнадцать! — завопила мать. — У нас впереди конкурс красоты! А потом академия!

— Ну мы и сами в выпускном классе зачали Софи, — дипломатично заметил отец.

— Заткнись, Дэни! — заорала Лайла. — Кто отец? Надеюсь, не этот ваш вождь из гетто?

— Нет. Отец Тайлер Кригер. Я забеременела ещё до катастрофы, — соврала Софи.

— Ну хоть семья приличная, — сказал Дэнни, наматывая спагетти на вилку.

— Да как ты можешь есть в такой момент? — закричала Лайла. — Я из-за вас вся морщинами покроюсь. Вы меня в могилу сведёте.

* * *

Мбаку уже и не рад был, что вернулся. Первый день прошёл хорошо. Он переживал, что пожилые родители не перенесут утраты, но всё обошлось. Хотя мама изрядно постарела, а отец чаще пил таблетки от сердца.

А вот на следующий день свора ищущих вцепилась в них похуже пираний-мутантов. Их бесконечно вызывали по одному. Спрашивали одно и то же. Ментаты вечно крутили голову, и, если бы не Рин, что выводила их из этого сумрака, они бы все давно сбрендили.

Вопросы, сочувствие, обвинения, похвала. Всё это слилось в какой-то один бесконечный странный сон. Будто смотришь фильм, смонтированный из сотен других картин, но с одним актёром, где ты в главной роли.

— То есть ты утверждаешь, что не знаешь, как пропали часовые, когда вы остановились у «хоббитчего холма» на первый привал, — с прищуром посмотрел на него высокий и худой ищущий.

— Бедненький. Ты столько всего пережил, — гладила его по руке обольстительная грудастая помощница.

— Так, малец, давай ещё раз, — сходу войдя в кабинет, бросил раздраженный седой мужик. — Я не понял, как ты вообще взобрался по той лестнице, с только что наращённой ногой.

— Не ну ты крутой перец, — кивал молодой пацан. — Я лишь на пару лет старше. Стажируюсь тут. Но и десятой части вашего треша мне бы хватило, чтобы съехать с катушек.

— Мбаку, простите меня за бестактность, — говорила сердобольная женщина средних лет, поправляя очки и юбку на колене. — Я психолог, и я буду как бы куратором вашей группы, по обратной адаптации. Считайте, что я врач. Утаивать ничего от меня не нужно. Всё, что обсуждается со мной, остаётся в этом кабинете. Я тут пытаюсь составить некую карту отношений, и у меня голова идёт кругом. Вы кому симпатии оказывали? Прости ещё раз, понимаю, тема личная. Но иначе, боюсь, с белыми пятнами мне будет тяжело помочь некоторым вашим одноклассникам, а помощь некоторым из них требуется очень серьёзная. Мы пока думаем, либо личный ментат, либо всё же медикаментозный и сеансы психотерапии.

— Я понимаю, — отвечал парень.

— Так вот. Имели ли вы с кем-нибудь романтическую связь?

— Мбак-у-у-у. Мбак-у-у-у, проснись.

— А! — парень вздрогнул на стуле в зале ожидания.

Аманда его растолкала.

— Крепись, воин племени кадийцев, — улыбаясь заявила она.

— У меня уже мозги набекрень. Не понимаю, где реальность, а где сон.

— Так и должно быть, — сказала Элен. И подмигнула им всем. И все как-то поняли, по одному этому жесту, что их накачивают, а лекарь их чистит. То есть всё могло быть куда более хуже.

— Это просто надо пережить, ребят, — сказала Аманда, по привычке заняв роль зама вождя. Только вот без самого вождя, эта пустота за её спиной как-то особенно ощущалась.

* * *

Всю ночь мы болтали с Миссой, она наказала мне ни в коем случае не рассказывать о встречи с ними, но я и так это понимал. А ещё понимал, что она не простой лекарь, командир группы разведки. Иначе бы мне не избежать разговора с местными органами правопорядка, но, видимо, новая знакомая и сама при каких-то весомых полномочиях.

После беседы невидимый бесшумный джет доставил меня в ближайший лесок, почти под самые стены Кадии. Я вернулся к тому злосчастному броду, где допустил роковую ошибку. Всё было исхожено дикими зверьми, да и разумные