Бессмертный из Рязани. - Дмитрий Ш.

ци, превратившей их почти в неразрушимые, бесстрашные, неутомимые машины смерти. Оружием они махали не только весьма бодро, но и, что поразительно, умело. Это уже точно не работа кошелька. Этих големов сделал кто-то другой. Причём, судя по некоторым признакам, относительно недавно.

Помимо того, что големы активно использовали ци с ярко выраженным атрибутом земли, из-за чего их ауры слегка подсвечивались оранжевым цветом, их было очень много. Целая сотня, а то и больше. Также ими руководили ещё более сильные офицеры. Две бронзовые скульптуры командиров и одна железная – военачальника. Во-первых, он был больше по размерам, а во-вторых, выглядел намного внушительнее остальных, с кучей мелких, хорошо проработанных деталей взятого за основу образа. Энергии же в этом големе было раз в десять больше, чем в простых солдатах. Я даже энергоядро в нём почувствовал, благодаря которому военачальник пользовался набором довольно мощных духовных техник. В отличие от учеников, здесь он имел практически неограниченный запас энергии, подпитываясь от самого подземелья, чем и пользовался.

Словно заправский некромант он поднимал павших солдат своей армии. Командовал ею. Вдохновлял. Заряжал энергией. Бэй Нинг всё никак не удавалось расправиться с этим ключом к победе или поражению. Её атакам не хватало силы, чтобы пробить его сверхпрочную оболочку, или хотя бы подавить аурой. Она не могла его даже истощить или вывести из себя, заставив действовать на эмоциях. Техники меча Бэй Нинг оставляли на тёмном железном теле только глубокие зарубки. Огнём, водой или молниями поразить военачальника тоже не представлялось возможным. Это не робот. Яды и иллюзии против него бесполезны. Нужна была чистая ударная мощь.

Будь с учениками эксперт пятой стадии, он бы справился со столь сложным противником. Однако в отряде Бэй Нинг имелось только две недавно возвысившихся четвёрки и несколько крепких троек. Хотя ученикам хватало мастерства удерживать позиции, однако существенно недоставало силы против тяжело бронированных врагов. Поэтому бой вначале свёлся к ничье, а потом постепенно скатывался к полному поражению. Вырваться из окружения ученики не могли. Как только они выдохнутся, сразу же потеряют головы. Или, когда допустят ошибку. Чем дольше длился бой, тем выше становилась эта вероятность.

Поскольку к моему появлению ситуация уже сложилась критическая, вновь пришлось действовать по ситуации. Словно назло, стоило пересечь ворота, как один из практиков был сбит с ног, образовав брешь в строю, а другой получил клинком в бок. Более того, Тао Линь только что сломала клинок о бронзового голема. Всё это я запечатлел в памяти, словно на стоп кадре. Ещё бы немного задержался, то всё…

– Ложись! – громогласно крикнул во всю мощь своих лёгких, издав что-то вроде рёва дракона.

Не дожидаясь реакции, молниеносным движением обнажил клинок Янь. Несмотря на название и цвет одежды парня, у которого я его взял, серебристый клинок был покрыт изящным чёрным узором. Кроме того, в этот момент его большая чёрная бусина, прикреплённая к эфесу, слабо засветилась, превратившись в подобие крошечной чёрной дыры. Представив, будто клинок полностью мокрый, резким горизонтальным движением словно стряхнул с него всю влагу. По воздуху веером разошлась от меня едва видимая волна искажения пространства, на которую, как простынь на верёвку «натянул» границу своего домена меча. В итоге раздался звук, словно лопнула туго натянутая струна.

На внезапное предупреждение отреагировали только Бэй Нинг, Тао Линь и неожиданно для меня Йанг. Хотя ученики не видели, как я появился, и совсем этого не ожидали, но разбираться не стали, на самом ли деле здесь чудесным образом появился непостижимый мастер Ма, или им только привиделось. Не обернулись ли отчаянные надежды иллюзией. Или же проклятием, уж больно характерно высказывалась Бэй Нинг, пряча за злостью свою растерянность и беспомощность. Однако привычка, вбитая в подсознание на моём дворе, и в этот раз сработала безукоризненно. Все трое тут же легли. Похоже, они боялись меня намного больше, чем каких-то големов, а ещё верили, что просто так кричать я бы не стал. Усвоили, если о чём-то прошу, то лучше это сделать. Получилось, как в известной поговорке: сначала ты работаешь на репутацию, а потом она работает на тебя. Самое приятное, это действительно спасло им жизнь, о чём ни я не забуду, ни им не позволю. Буду долго подкалывать самоуверенную, горделивую принцессу меча. Но это всё потом. Пока же, упав, Бэй Нинг следом ещё и других учеников уронила, ударив им по ногам. Будь вздорная мечница в казино, сказал бы, что она в последний кон поставила всё на зеро.

Тончайшая, обманчиво зыбкая и невесомая волна искажения прошлась через весь зал на уровне груди взрослого человека. Прошла легко, без видимых последствий, не встречая препятствий. Через всех големов, как какая-то иллюзия. Однако каменная армия замерла в тех позах, в каких её застала эта странная волна из наичистейшей, несоизмеримо могущественной ци меча. В этот единственный стремительный удар с мгновенным извлечением клинка из ножен я вложил всю свою душу, весь свой порыв.

– Что произошло? – недоумённо спросила Тао Линь, в жалкой попытке защититься, даже лёжа на спине, продолжая держать в руке огрызок меча.

Странную волну она заметила, а вот следов её воздействия на противников – нет. Казалось, она просто прошла сквозь них, не причинив никакого вреда.

– Госпожа Бэй? – растерянно попросил объясниться капитан Ло.

Принцесса меча одним ловким движением, как кошка вскочила на ноги. Больше совершенно не опасаясь замерших статуй, она чуть ли ни влюблённым взглядом с сердечками в глазах посмотрела в сторону ворот. От такого высшего проявления мастерства меча у неё чуть сердце не выпрыгнуло из груди через рот, как в старых американских мультфильмах.

– Мастер! Научите меня! – восторженно заорала через весь зал.

На момент нанесения удара, по её ощущениям, я не вышел за границы третьей стадии, а значит, эта техника была просто невероятной.

– Отстань от меня, полоумная, – отшатнулся от испуга, почувствовав от принцессы меча какую-то жуткую ауру.

У Бэй Нинг даже волосы приподнялись и пугающе зашевелились, вытягиваясь в моём направлении, как у медузы Горгоны. Не успев больше ничего добавить, резко развернулся и принял на жёсткий блок удар железного голема военачальника. От силы столкновения наших мечей раздался оглушающий металлический лязг. Хотя на груди здоровенного железного голема теперь виднелся жуткий, уродливый, очень глубокий разрез, а также почему-то раскололось нагрудное кристаллическое украшение, не задетое призрачной атакой, это его не остановило. Определив во мне наибольшую угрозу, военачальник тут же позабыв про учеников, лично вступив в решающее сражение.

Несмотря на чудовищный