Двуликие (трилогия) - Анна Шнайдер

— Хорошо, что ты не Дрейк… — протянула я, понимая: действительно, это был глупый вопрос. — Получается, метка достанется Дамиру?

— Дамир наследник престола, но не старший в роду. Впрочем, это неважно. Проклятье всё равно действует на весь род, а метка и её носитель… — Норд на мгновение задумался, подбирая сравнение. — Как обложка книги. На ней написано название и автор, но суть её — внутри.

— И условие снятия проклятья в случае смерти императора тоже не изменится?

— Нет, разумеется. Просто выполнять его придётся уже новому носителю метки.

Я нахмурилась.

— Не совсем честно, мне кажется. Другому человеку условие снятия, возможно, легче выполнить. Или наоборот — труднее.

— Шани, — Норд засмеялся, качая головой, — знаешь, я несколько раз в жизни сталкивался с родовыми проклятьями, поэтому могу сделать вывод — легко там ничего не бывает. И от смены носителя метки ничего существенно не изменится.

Да, мама, подкинула ты императору задачку… Не зря он так долго не может снять проклятье. Всё же безумно интересно, что для этого необходимо сделать?..

Глава 17

Шайна Тарс

В книгах мы вновь ничего не нашли, хотя в этот раз и не особо искали — больше обсуждали проклятья. А когда я вернулась в академию и легла спать, то мгновенно уснула, и на этот раз сон про Триш не обошёл меня стороной.

Я оказалась в её комнате в общежитии. Был поздний вечер, горел яркий свет, на кроватях сидели две девушки — матушка Роза и ещё одна, незнакомая, — а Триш кружилась перед зеркалом, одетая в ослепительно-красное платье. Выглядела она потрясающе — как частица неподдельного огня.

— Очень красиво, Риш, — сказала Розалин, вздыхая, и улыбнулась. — Мечта, а не платье.

— Да-а-а! — Мама остановилась, засмеялась и провела ладонью по талии вниз, к юбке. — Я так долго искала нечто подобное для этого бала! Но все красные платья казались мне вульгарными, а это… такое… Эмирин подарила!

— Ты ведь с Нордом пойдёшь? — спросила третья девушка, и я чуть не упала от неожиданности. Нет, я помнила, что Норд знал Триш, но… Так это про неё он говорил как про «очень хорошую девушку, которая тоже не любила балы»? Я думала, мама ходила туда с наследником… Хотя Велдон, может, вовсе не посещал подобные мероприятия? Я на его месте точно бы не ходила, от него же там поклонницы наверняка не отлипали.

— Да, — кивнула Триш, чуть порозовев, — с ним. С кем же ещё?

— Везёт тебе, — вздохнула собеседница. Видимо, с этой девушкой мама и матушка Роза делили комнату, но, насколько я знала, они не особенно дружили, хотя общались нормально. Имени её я не помнила. — Он всё-таки лучший у нас на боевом, да и, по правде говоря, ребята из предыдущих выпусков с ним тоже не сравнятся. Ты зря не пришла на дуэльные соревнования в конце прошлого года — Норд там всех уделал!

— Как и все три года до этого, — фыркнула Триш нарочито небрежно, и я усмехнулась. Почему-то я чувствовала — на самом деле мама гордится, но не хочет этого показывать. — Ничего нового. Вот если бы он продул…

Роза расхохоталась, и вторая девушка тоже улыбнулась.

— Интересно, что было бы, если бы вы с ним сражались друг против друга? Как думаешь, Риш?

— Я же не боевик, поэтому Норд бы победил.

— Вот уж не знаю, не знаю…

— Зато я знаю, — мама вновь крутанулась перед зеркалом. — Или, ты думаешь, мы не пробовали сражаться?

— Насколько я знаю, ты победила, — вмешалась Розалин, и, к моему полнейшему удивлению, мама вдруг начала заливаться краской — словно смутилась.

— Угу, — пробурчала недовольно и скрестила руки на груди, — только потому, что он безбожно поддавался! И когда я ему за это попеняла, Норд руками развёл и сказал, что я могу за это дать ему в глаз. И я дала! Чтоб неповадно было поддаваться!

Я рассмеялась вслед за остальными, но это, как оказалось, был не конец истории.

— Так он потом своим фингалом неделю светил и хвастался, что пострадал за мою девичью честь! — возмущённо продолжила Триш, и слушательницы повалились на постели, схватившись за животы от смеха. — Ну не сволочь?..

— А-а-а-ы-ы-ы… — хохотали девчонки, и я вместе с ними — до тех пор, пока сон не растворился, вновь уйдя в прошлое.

Утром, увы, мне уже не было настолько весело. Я проснулась незадолго до побудки — Рональдин и Дамир ещё спали — и, перевернувшись на спину, уставилась в потолок, вспоминая свой сон.

Норд упоминал, что был знаком с Триш, но, если судить по тому, что я видела, не просто был знаком — они дружили. И учились вместе. Видимо, Норд неплохо знал — и знает — тогдашнего наследника, а теперь императора Велдона. И вроде, казалось бы, я не выяснила ничего такого, что указывало бы мне на ложь хранителя библиотеки — он ведь говорил про знакомство с моей мамой, — но что-то меня смущало во всей этой истории. И я никак не могла понять, что именно.

Но всё же интересно… Ведь мама была влюблена в Велдона. А Норд приходился ей… другом? Может, он сам был в неё влюблён, а она не отвечала взаимностью? Но зачем тогда соглашалась на бал? Хотя я тоже приняла приглашение Коула…

И почему Норд не сказал мне вчера, что ходил на бал с моей мамой, а не просто «с хорошей девушкой»? Что в этой информации необычного? Он поспешно сменил тему, а мне теперь додумывай. Неужели мама и с ним поступила плохо, недостойно, обидела его?

Сердце неприятно кольнуло, и я поняла — да, моя догадка верна. Триш и Норду умудрилась где-то нагадить. Вот поэтому он, скорее всего, и не хотел мне рассказывать про их дружбу — опасался, что я стану переживать. А я стану! Как тут не переживать, если в кого пальцем ни ткни — всех мама предала? Есть ли на свете хоть кто-то не обиженный ею и на неё?!

Вот с такими безрадостными мыслями я и отправилась на завтрак, во время которого Коул испортил мне настроение ещё сильнее, во всеуслышание заявив, что мы с ним идём на прогулку в город сегодня вечером. И я уже собиралась возмущённо высказаться о том, что я ничего не знаю и вообще, как эльф ткнул меня под столом кулаком в бедро, благодаря чему я