Система SSS: Наследник Забытых Богов - Мэрроу

— Значит, ты проиграл F-ранговому дважды, а потом решил поплакаться и попросить помощи непонятно у кого? — Иван хмыкнул и покачал головой. — Ну ты и крут, Волков. Просто герой всея академии.

Дмитрий дёрнулся, как от пощёчины. Его лицо исказилось гримасой чистой ненависти.

— Ты… — прошипел он, сжимая кулаки. — Ты заплатишь за эти слова первым, Громов.

Но Иван лишь пожал плечами, вставая рядом с Алексеем и Катариной. Команда снова была в сборе. И пусть враг оказался куда страшнее, чем они предполагали, отступать было некуда.

Дмитрий вскинул руку, и его голос, сорвавшийся на визгливый фальцет, расколол тишину:

— Уничтожь их всех! Разорви! Сожги! Преврати в прах!

Урсус-Кракен взревел, повинуясь воле хозяина. Его костяные крылья распахнулись, а чёрные глаза без зрачков налились багровым бешенством. Тварь, до того замершая, словно изваяние, пришла в движение — стремительное, сокрушительное, неумолимое.

Семён, всё ещё поддерживающий Ивана, побледнел и прошептал:

— Что будем делать?

Коршунов стоял, тяжело опираясь на одно колено. Его дыхание было рваным, аура некроманта мерцала, готовая вот-вот угаснуть. Алексей, не теряя ни секунды, выхватил из инвентаря второй пузырёк — на этот раз с густой синей жидкостью, переливающейся внутренним светом. Он протянул его Олегу.

— Коршунов, держи. Это восстановит твою ману.

Олег удивлённо вскинул бровь, но рука сама потянулась к склянке.

— Что?.. Откуда у тебя…

Он не договорил, опрокинул эликсир в рот и замер, чувствуя, как по венам разливается живительная прохлада. Резерв маны, почти опустошённый после [Объятий Вечности], стремительно заполнялся. Мышцы налились силой, дыхание выровнялось. Коршунов медленно поднялся, сжимая и разжимая пальцы, и в его глазах снова зажёгся холодный огонь.

Алексей обвёл взглядом свою команду — Катарину, застывшую с ледяными клинками наизготовку, Ивана, который, несмотря на недавнее ранение, стоял твёрдо и скалился в предвкушении драки, Семёна, нервно сжимающего артефактный диск, и Олега, вновь обретшего боевую мощь. Потом его взгляд остановился на Дмитрии, который стоял рядом с монстром, словно дирижёр перед оркестром смерти.

— Всё, что вы сейчас увидите, — произнёс Алексей негромко, но так, чтобы слышал каждый, — должно остаться здесь. В тайне. Поняли?

Катарина коротко кивнула. Иван хмыкнул, выражая согласие. Семён судорожно сглотнул, но тоже кивнул. Олег прищурился, оценивающе глядя на Алексея, и медленно произнёс:

— Да, конечно. Валяй. Если это нас спасёт — всё, что здесь произойдёт, останется между нами.

Алексей удовлетворённо кивнул и шагнул вперёд, занимая позицию лидера.

— Тогда я беру командование на себя. Слушаемся беспрекословно. Начали.

Вторая фаза битвы

[Ледяное Спокойствие] развернулось в полную силу. Время для Алексея потекло иначе — мир вокруг застыл в янтарной патоке, каждое движение врага стало предсказуемым, словно ходы в давно разученной шахматной партии. [Сканер] залил поле боя каскадом данных: слабые места твари подсвечивались алым на стыках костяных крыльев и у основания черепа, траектории атак вычерчивались пунктирными линиями, а полоска здоровья Урсус-Кракена всё ещё висела на отметке 32 %.

Алексей вдохнул. Выдохнул. И начал действовать.

— Катарина, сектор А-7, ледяная стена в полный рост! Иван, заряжай грозу, бьёшь по моему сигналу в ту же точку! Семён, артефакт-глушилку в центр построения! Коршунов — готовь своих скелетов, мне нужно мясо для отвлечения!

Команды посыпались чётко, словно удары метронома. И группа, повинуясь его голосу, пришла в движение.

Катарина вскинула руки, и перед ней с хрустом выросла стена из чистого, мерцающего синевой льда — пять метров в высоту, три в толщину. Она закрыла левый фланг, отрезая твари возможность для разгона. Урсус-Кракен, ведомый яростью и приказом Дмитрия, врезался в преграду грудью. Лёд треснул, но выдержал первый удар, осыпав тварь градом осколков.

В ту же секунду Алексей активировал [Световые Иглы]. Десятки ослепительных нитей сорвались с его пальцев, но не полетели в монстра напрямую. Вместо этого они вонзились в землю, камни и останки Анифарм, создавая сложную, трёхмерную паутину света вокруг Урсус-Кракена. Нити перекрещивались, натягивались, образуя ловчую сеть, которая сковывала движения костяных крыльев, не давая им раскрыться для [Костяного Шторма].

— Иван, сейчас! Бей в основание правого крыла!

Громов, уже накопивший в кулаках разряды, обрушил на указанную точку столб чистой молнии. Удар пришёлся точно в сочленение, подсвеченное [Сканером]. Хитин треснул, брызнув чёрной кровью. Крыло конвульсивно дёрнулось и повисло, потеряв подвижность.

— Семён, глушилку!

Ветров метнул артефактный диск, и тот взорвался под самой мордой твари волной сжатого ветра. [Взгляд Пучины], который Урсус-Кракен как раз начинал активировать, захлебнулся. Чёрные глаза заволокло пеленой, монстр мотнул головой, теряя ориентацию.

Алексей не терял ни мгновения. Он использовал [Скрытность], исчезая из виду, и на полной скорости рванул вперёд, заходя твари в слепую зону за левым плечом. Оказавшись там, он материализовался и нанёс два удара подряд.

Первый — [Световой Прокол] в основание черепа. Сфокусированный луч света, игнорирующий десятую часть защиты, пробил хитин и вонзился в плоть. Тварь взревела, дёрнувшись в сторону.

Второй — [Багровый Луч] в ту же точку. Мощный, ревущий поток алой энергии, пробивающий уже пятую часть брони, углубил рану, достигнув чего-то жизненно важного. Урсус-Кракен пошатнулся, его здоровье упало до 24 %.

Но Дмитрий, стоявший поодаль, лишь расхохотался.

— И это всё? Жалкие потуги! Ты даже не представляешь, на что способно моё творение!

Он взмахнул рукой, и тварь, повинуясь, активировала [Рывок Бездны]. Пространство вокруг неё исказилось, и она исчезла, чтобы через долю секунды возникнуть прямо за спиной Катарины. Костяное крыло, единственное уцелевшее, метнулось к девушке, целясь острым краем в незащищённую шею.

— Коршунов! — рявкнул Алексей.

Олег уже действовал. Из земли перед Катариной взметнулись три костяных скелета, принимая удар на себя. Их разнесло в щепки, но драгоценная секунда была выиграна. Катарина отпрыгнула, разворачиваясь и выбрасывая вперёд волну ледяных игл. Они вонзились в морду твари, ослепляя её и заставляя отступить.

— Спасибо, — выдохнула она, не оборачиваясь.

— Потом поблагодаришь, — бросил Коршунов, сплетая новое заклинание.

Алексей тем временем уже просчитывал следующий шаг. Урсус-Кракен был силён, но предсказуем, когда управлялся Дмитрием. Волков не был тактиком — он полагался на грубую мощь и внезапность. Значит, нужно лишить его возможности управлять.

— Всем рассредоточиться! Катарина, лёд под ноги твари! Иван, отвлекай Дмитрия, не давай ему сосредоточиться на монстре! Семён, барьер вокруг Волкова, изолируй его!

Приказы сыпались один за другим, и команда выполняла их с точностью отлаженного механизма. Катарина ударила ледяной волной по земле, и поверхность под лапами Урсус-Кракена превратилась