Система SSS: Наследник Забытых Богов - Мэрроу

поигрывая огненным шаром в ладони. Он не рвался в бой, как Иван, и не выкладывался полностью. Его атаки были точны, но… скупы. Огненные плети хлестали по бокам монстра, оставляя неглубокие ожоги, но не более. Когда одно из щупалец, разрушив очередного костяного воина, метнулось в его сторону, Дмитрий даже не дёрнулся. Он просто шагнул в сторону — ровно настолько, чтобы лезвие прошло в сантиметре от его плеча. Словно он знал траекторию заранее.

Его глаза, обычно полные презрения или злобы, сейчас были пугающе спокойны. Он смотрел на [Урсус-Кракена] не с ужасом, как остальные, а с холодным, изучающим любопытством. В тот момент, когда тварь издала свой первый [Рёв Бездны], заставив всех инстинктивно присесть и зажать уши, на губах Дмитрия промелькнула тень улыбки. Он узнал этот рёв.

Алексей же двигался иначе. [Ледяное Спокойствие] превратило хаос битвы в медленный, почти медитативный танец. Каждое движение щупалец, каждая вспышка магии — всё было предсказуемо.

Он активировал [Сканер], и его взгляд залил поле боя информацией. Проценты здоровья врага почти не двигались, запас маны твари был бездонным, а красные зоны уязвимостей подсвечивались на суставах щупалец и в глубине глазниц.

— Слабые места на сочленениях! — крикнул он, но его голос в грохоте боя вряд ли кто-то услышал.

Алексей перешёл к действиям. Он выбросил руки в стороны, и с кончиков пальцев сорвались десятки [Световых Игл]. Они не были направлены прямо на монстра — это было бы бесполезно. Вместо этого иглы вонзились в землю, камни и остатки костей, создавая мерцающую паутину световых нитей на пути движения щупалец. Одно из них, рванувшись вперёд, запуталось в этой паутине, потеряв скорость и ударную мощь.

Не теряя ни секунды, Алексей использовал [Скрытность]. Его фигура подёрнулась рябью и исчезла из виду. Он на полной скорости рванул влево, заходя твари во фланг. Оказавшись в слепой зоне, он материализовался и вскинул руку.

[Багровый Луч].

Ослепительно-алый, ревущий поток энергии ударил точно в подсвеченное сканером сочленение одного из щупалец. Хитин брызнул осколками, чёрная кровь брызнула на траву, зашипев. Щупальце конвульсивно дёрнулось, потеряв часть подвижности. Тварь взревела от боли и ярости, разворачиваясь к обидчику.

Но Алексей уже снова исчез, появившись в другом месте и нанеся [Световой Прокол] в основание другого щупальца. Удар был чистым, пробившим броню на 10 % глубже, чем обычная атака.

И всё же… этого было катастрофически мало.

Полоска здоровья [Урсус-Кракена] дрогнула и опустилась до [89 %]. Огромная цифра, насмехающаяся над их усилиями.

Тварь, разозлённая дерзостью мелких существ, решила показать им, что такое настоящая мощь. Её багровые глаза вспыхнули, и она уставилась прямо на Ивана, который готовил очередной громовой удар.

[Взгляд Пучины].

Громов замер, словно громом поражённый. Его руки безвольно повисли, а в глазах отразился первобытный, животный ужас. Он не мог пошевелиться, не мог даже дышать.

— Иван! — крикнула Катарина, пытаясь прикрыть его ледяной стеной.

Но было поздно. [Урсус-Кракен], воспользовавшись моментом, активировал [Таран Бездны]. Гора плоти и щупалец рванула вперёд с невероятной для такого гиганта скоростью. Костяные прислужники Коршунова были просто сметены, разлетевшись фонтаном обломков. Ледяная стена Катарины разбилась вдребезги, как стеклянная. Тварь врезалась в Ивана, и того отшвырнуло на десяток метров, впечатав в невидимую стену купола.

Громов рухнул на землю, кашляя кровью. Его здоровье упало до критической отметки.

Коршунов выругался сквозь зубы и метнул в тварь сгусток чистой Тьмы, который на мгновение ослепил её, дав остальным секунду передышки.

— Семён, к Ивану! Живо! — рявкнул он. — Остальные — не дайте твари добить его!

Алексей снова взглянул на показатели. 87 %. И это после всех их усилий. Он чувствовал, как холодок бежит по спине. Обычные атаки не работают. Нужно что-то мощнее. Что-то, что он прятал в рукаве.

Он покосился на Дмитрия. Тот стоял, стряхивая пыль с рукава, и смотрел на бушующего монстра. В его взгляде не было страха. Только тень ожидания. Словно он ждал, когда же произойдёт настоящее веселье.

«Он что-то знает, — пронеслось в голове Алексея. — Эта тварь… он её ждал. Или того, кто за ней стоит».

Но времени на размышления не было. Бой продолжался, и с каждой секундой их шансы выжить таяли, как утренний туман.

Алексей перевёл взгляд с поверженного Ивана на полоску здоровья твари — 87 %, и цифры эти, казалось, насмехались над ним. Ещё немного, и [Урсус-Кракен] пробьёт их жидкий строй, добьёт раненого Громова, а затем примется за остальных. Держать козыри в рукаве больше не имело смысла — если он продолжит экономить силы, спасать скоро будет некого.

— Назад! Всем отойти назад! — рявкнул он, и в голосе его звякнул металл. — Я использую массовые заклинания! Живо!

Команда, не задавая лишних вопросов, рванула прочь от монстра. Катарина подхватила ослабевшего Ивана под руку, Семён прикрыл их барьером из ветра, а Коршунов, прищурившись, отступил на несколько шагов, не сводя с Алексея цепкого взгляда. Дмитрий отошёл в сторону с ленцой, но в его глазах мелькнуло нечто похожее на интерес — словно он наконец-то дождался настоящего представления.

Алексей остался один на один с чудовищем. [Ледяное Спокойствие] всё ещё работало, растягивая секунды, делая каждое движение осознанным и выверенным. Он вскинул руки к небу, и воздух вокруг него загудел, накаляясь от концентрируемой мощи.

Первым делом — [Падающие Звёзды].

Небеса над куполом, до того серые и безликие, вдруг налились багрянцем. Пространство задрожало, и с высоты, пробивая само полотно реальности, рухнули вниз десятки пылающих метеоров. Каждый размером с человеческую голову, они обрушились на [Урсус-Кракена] огненным градом. Хитиновая броня трещала, плавилась, чёрная кровь шипела и испарялась в пламени. Тварь взревела, мотая головой, но звёзды всё падали и падали, оставляя на её теле рваные, обугленные раны.

Алексей не останавливался. Три секунды — именно столько требовалось для подготовки [Небесного Света]. Он сложил руки перед грудью, и между ладонями начало разгораться ослепительно-белое сияние. Чистый, первозданный свет, от которого у любого демона выжгло бы глаза. [Урсус-Кракен], почуяв угрозу, повернул к нему свою уродливую голову, но было поздно.

— [Небесный Свет]! — выкрикнул Алексей, выбрасывая руки вперёд.

Колонна света — толще векового дуба, ослепительнее полуденного солнца — ударила в грудь монстра. Радиус в двадцать метров захлестнуло волной чистой энергии. Пространство загудело, словно огромный колокол. Броня твари, и без того повреждённая метеорами, пошла глубокими трещинами, из которых хлынула тьма. [Урсус-Кракен] зашёлся в