Мортерра. Призрак разрушенной башни - Екатерина Артуровна Радион

— О том, что нет истины в вашей истории. И в моей, пожалуй, тоже. Потому что Башня не может знать всё, в её основе дай бог десяток жизней… но кое-что она помнит. Башня готова предложить вам моими устами сделку.

Виттима поднялась под потолок и улеглась там на живот, сложив ладони под головой. Зрелище было жутким. Лоскуты кожи свисали с её боков, открывая миру вид на позвоночник.

— Я окончательно ничего не понимаю. Прошлое, настоящее, будущее, какие-то тайны. Вы все можете говорить яснее? — устало спросил Федель, прислоняясь спиной к стене.

— Мы можем попробовать. Башня хочет, чтобы я обрела покой. Ты знаешь ритуал, священник, если читал ту книгу. Упокоишь меня, и Башня даст вам ключ к разгадке.

— Какой ключ? К разгадке чего? — принялся сыпать вопросами Федель, пока Мальдира переводила дух.

Она чувстовала себя странно. Словно кто-то или что-то пыталось говорить с ней, но шептало так неразборчиво, что слова достигали слуха, но не разума. И чем больше она слушала, тем слабее становилась, как будто вместе с каждым услышанным звуком из неё утекала сила.

— Разгадке того, что происходило много лет назад. Разгадке того, как должно завершиться противостояние. Если оно не завершится, — Виттима зловеще улыбнулась, слетела пониже и заглянула Феделю в глаза, — то всё, что было тебе дорого, исчезнет навсегда.

— Понятнее не стало.

— И не станет. Даже Башня не может объяснить лучше. Башня… умирает.

— Но она и так не была живой, как ты говорила, — заметила Мальдира.

— И всё же она может умереть, как может умереть и нежить. Ну так что, вы согласны на сделку? Мне покой, Башне тихий сон, а вам — направление, в котором искать. Разве плохо?

— Федель… ты хорошо помнишь ту книгу? — спросила некромантка, поворачиваясь к клирику.

— Если честно, то не очень… Но… я постараюсь. Что-то мне подсказывает, что отпустить Виту просто так не получится, без того злосчастного ритуала.

— А ты смышлёный малый, — отозвалась Виттима, довольно улыбаясь. — Из-за того, что Кустоде проводил ритуал в Башне, меня немного к ней привязало. И это Башню немного беспокоит. Поэтому лучше всего будет меня выпустить на волю, даже если этой волей будет забвение.

— Ты… не веришь в то, что он воскресит тебя? — спросила Мальдира.

— Да нет. Может быть, и вправду воскресит. Да только толку, госпожа некромантка? Моя семья привыкла к тому, что меня уже нет. Они отплакали своё и успокоились. Мне нет места рядом с ними. А вписаться в другое место будет сложно. Мертвецам нужен покой. Давайте я провожу вас на первый этаж, чтобы вы могли начать приготовления. Башня говорит, что стоит поторопиться. Что-то связанное с положением звёзд и луны…

— Точно! Звёзды и луна! — воскликнул оживившийся клирик. — Кажется, я вспомнил, о каком ритуале идёт речь.

ГЛАВА 14

Виттима отвела их в небольшой закуток на первом этаже башни, у которого сохранились все четыре стены. И даже деревянная дверь каким-то чудом уцелела. Там было чисто и сухо. И никаких признаков рухляди.

— Когда-то Кустоде хранил здесь запрещённые вещи, но потом схрон нашли, и он сделал вид, что ищет преступника. Как же я люблю этого изворотливого человека.

— Не слышу я в твоём голосе любви, — заметила Мальдира. — Ладно, Федель, вспоминай… а я пойду на охоту.

— Это правильно. Нужно хорошо кушать, — оскалилась Виттима. — А мы пока посидим поговорим.

Мальдира, уже собравшаяся выходить, резко обернулась и пристально посмотрела на привидение.

— Только попробуй с ним что-нибудь сделать. Я тебя…

— Убьёшь? Кажется, ты и так собираешься подарить мне покой. И я сама этого хочу. Так что… не вижу смысла. Да и Башня хочет, чтобы вы что-то там пошли и нашли. А за все эти годы я полюбила Башню. Так что… пусть всё идёт своим чередом.

— Не бойся облить её святой водой. И бежать. Она привязана к этому месту, примерно через две тысячи шагов отстанет, — посоветовала Мальдира и поудобнее перехватила посох.

— Да я не пробегу столько, — отмахнулся Федель. — Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Знаешь ли.

— Ну ты уж постарайся. Иначе от этой башни камня на камне не останется, — пригрозила привидению Мальдира.

— Эй! Башня-то при чём? Она здесь стоит, охраняет, знаешь ли. Мертвецов сама некоторых упокаивает. тут знаешь, сколько костей вокруг? У-у-у! Если бы из костей можно было делать вигору, я бы уже такая сильная была!

— Да ведь вроде как можно… но невыгодно, — заметила Мальдира.

— Нельзя. Это уже оживавшие кости. В них силы-то кот наплакал. Смысла нет вообще.

Мальдира кивнула, решив не спорить, и пошла в сторону выхода из башни. Ей хотелось лечь где-нибудь, полежать с закрытыми глазами и всё хорошенько обдумать. Раньше она за собой такого не наблюдала, и это изменение не нравилось некромантке. Желание напоминало человеческий сон, забиравший не меньше трети их жизни. Чем меньше ты бодрствуешь, тем ты слабее. А Мальдира отчаянно хотела быть полезной и сильной.

Когда её шаги стихли, Виттима посмотрела на Феделя, чуть прищурилась и нависла над ним, сложив ладони под подбородком.

— Ты говорил, что вспомнил, о каком ритуале идёт речь. Расскажешь? — с любопытством спросила она.

— Это небыстрый разговор, — заметил Федель. — И не очень… хороший. Всеблагая не одобрит, если я буду рассказывать подобные вещи. Не зря братья…

— Всеблагая то, Всеблагая это… ты в мире мёртвых. Тут другие боги. Точнее, богиня. Она милостива и не осуждает за инакомыслие. Ты, как и каждый, кто ходит по этой земле, под её защитой. Она не так могущественна на первый взгляд, но… не бойся. Расскажи.

Федель устало вздохнул. Ему не нравились эти еретические мысли. Какая другая богиня, если у них есть только одна защитница небесная? Как можно говорить о Всеблагой в столь пренебрежительном тоне? Как можно не уважать её?

Казалось, что ответ кроется на поверхности. Дух девушки, привязанный к миру живых, повредился рассудком, и лучшее, что можно сделать, это упокоить его. Но… Федель чувствовал, что не всё так просто. При переходе через границу он ощутил что-то странное. Тогда не придав этому значения, Федель вновь и вновь возвращался к странному ощущению, словно невидимая рука накрыла его полупрозрачной вуалью.

— Кто она — богиня? Расскажи.

— Я не знаю, — с печалью ответила Виттима. — Понимаешь… она не ищет последователей, не просит строить в её честь храмы. Она… просто заботится о нас. И о Фурьосе заботилась. Так говорит Башня.

— Звучит как бред какого-то сумасшедшего. Не находишь? — спросил клирик, потягиваясь.

— Я тоже