Люди и боги - Роман Евгеньевич Суржиков

Эрвин выдержал минуту тишины — в память о кайре Артуре.

— Высокая цена. Но Векслер поверил, что я бросил войско и уже подбираюсь к Флиссу. Он решил — не мог не решить — поймать сперва мое войско, а потом меня самого. Третий тезис в этой цепи: генерал атакует не когда-нибудь, а ночью. Днем догнать кайров будет сложно, а ночью легко и догнать, и окружить. Но затемно северянина в белом плаще не отличить от альмерца в белом плаще, что дает некоторые ценные возможности. Особенно если у тебя под рукой имеются такие мастера диверсий, как Лидские Волки. И наконец, четвертый тезис: по ночам ветер дует к Дымной Дали, то есть — в спину альмерцам. Значит, если поджечь лес за их спинами, то они будут зажаты между огнем и нашим войском. В такой ситуации, лишившись командования, они просто разбегутся. А для поджога можно применить тех же Лидских Волков, за которыми противник уже не наблюдает.

— Потрясающе, милорд! — восхитился Давид.

— Нет, отче, весьма просто. Я составил в ряд четыре умозаключения — и больше не делал ничего. Остальное исполнили Хайдер Лид и Гордон Сью. Надеюсь, полковник Эрроубэк хоть немного помог им.

Уже смеркалось. Влажный ветер дул со стороны Дымной Дали, неся запах водорослей и водяной пены. Озерная синева начинала проглядывать между деревьев.

— Один вопрос, милорд, — хмуро сказал Джемис. — Вовсе не хочу портить вам триумф, но раз уж я критик, или как вы там сказали… Сейчас мы всемером подойдем к воротам крупнейшего порта Альмеры. Причем семеро — это считая священника и собаку. Как вы планируете захватить Флисс таким числом?

Отец Давид усмехнулся:

— Милорд, позвольте мне ответить вместо вас. Славный кайр, видимо, плохо знает географию Альмеры. Перед нами Дымная Даль, но не Флисс. Мы вышли к безлюдной бухте милях в десяти от города.

Деревья расступились. Вдоль просеки открылся прекрасный вид: тихий залив розовеет в закатных лучах, травка сбегает к самой воде, плакучие ивы полощут ветви. И восемь кораблей как раз подходят к бухте, ловя парусами северный ветер.

Эрвин хлопнул кайра по плечу.

— Это зовется ассоциативной ошибкой. Корабль — значит, порт. Герцогу нужен корабль — герцог пойдет во Флисс. Но мне-то нужен не порт, а только судно. Я послал голубя отцу в Лейксити и вызвал эскадру туда, куда хотел.

Глава 21. Меч

10–14 июня 1775 г. от Сошествия

Уэймар

Три округлых Предмета размером с крупные яблоки лежали на перевернутой бочке. Их материал — не металл, не стекло, не камень — играл со светом луны. Частично поглощал его, впитывал в себя — и излучал заново. Свет, пролитый Предметами, казался теплее лунного. Один взгляд на него согревал душу и тело. Каким бы тусклым он ни был, но темень слабела от его присутствия. Ночь казалась всего лишь сумерками, глаз легко различал все вокруг Предметов: трех человек, склонившихся над бочкой, раскидистую яблоню, трухлявую скамейку, здание трапезной, памятник в виде священной спирали, разрушенный храм, темные бреши в стенах обители… Сердце Джоакина билось неровно, дыхание замирало. Святое и торжественное место, сцена трагедии и духовного подвига монахов. Лучшее место, чтобы впервые заговорить с божественным Предметом.

— Отставить глазеть, — хлестнул окриком Лед. — Все, что я скажу сегодня, вы запомните накрепко. От этого зависит ваша жизнь. Некоторые из наших врагов уже знают, что для разговора с Предметами нужна первокровь. Но никто не знает того, как вести разговор. Вам ясно, что следует из этого?

— Да, милорд, — сказал Джо.

— Ну, что? — спросил Мартин.

— Если ты кому-нибудь передашь мои слова, то не спасешься за спиной у брата. Я сделаю тебе очень больно, а потом убью.

— Ну, — сказал Мартин, — ага. Я понял.

Лед поднял один из Предметов. Луна, отраженная в нем, осветила лицо северянина.

— Перст Вильгельма представляет собой дальнобойное орудие с одним или несколькими видами боя, в вашем случае — с двумя. Один режим широко известен: метание огненных шаров. Его достоинства: дальнобойность (прицельный огонь — до половины мили), воспламеняющий эффект, а также — немалая убойная сила. При стрельбе с пятидесяти ярдов шар способен прожечь насквозь латного противника. Недостаток шаров — ограниченная скорость полета. Шар движется не быстрее стрелы из длинного лука, отчего бывает сложно поразить подвижные цели. Второй недостаток: шары неэффективны против массивных целей — каменных и кирпичных построек, толстых бревен, земляных валов. Все ясно?

— Так точно, — сказал Джо.

— Ну, вроде… Пострелять бы сначала, — сказал Мартин.

Игнорируя его слова, Лед продолжил:

— Второй режим боя зовется плетью. Это — невидимая сила, способная хлестать по противнику и ломать твердые фрагменты: латы, клинки, кости. Плеть движется со скоростью звука, то есть — почти мгновенно. От нее невозможно уклониться. Плеть невидима, потому она не выдает позицию стрелка. При выстреле плетью Предмет издает характерный свист, но в шуме боя его нелегко услышать. Плеть способна крошить камни. Многократный выстрел в одну и ту же точку может создать трещину в стене. Главный недостаток плети — малая дистанция боя. На расстоянии более двухсот ярдов плеть почти неэффективна.

— Все ясно, милорд, — сказал Джо.

— Ломает кости? — спросил Мартин. — А кожа остается целой?

— И кожа, и одежда. Плеть свободно проходит сквозь мягкие субстанции и ломает твердые. Тело врага превращается в бесформенный мешок, набитый обломками костей.

У Мартина заблестели глаза:

— Вот это да!

— Разговор с Перстом ведется посредством волевого усилия. Представьте, что вы бросаете камень. Вы просто смотрите на цель, даете руке волевой приказ — и она мечет снаряд. Тем же способом стреляет Перст Вильгельма.

— Так просто?

— Просто лишь тогда, когда привык к этому. Новичку сложно представить Перст частью своего тела — органом или конечностью. Не получается отдавать Персту команды так же, как собственной руке. Обычная ошибка — слишком слабый и неточный волевой сигнал, который не производит выстрела. Более редкая и опасная оплошность — волевой приказ, отданный случайно и не вовремя. Это приводит к спонтанному выстрелу. Во избежание ошибок новобранцы сперва обучаются упрощенному разговору с Предметом. Персты в руки!

Мартин сразу схватил свой Перст.

Джоакин медленно протянул руку, с душевным трепетом коснулся Священного Предмета. Материал казался теплым и слегка, едва ощутимо пульсировал под пальцами, будто плоть живого существа. Божественная субстанция. Скоро она станет единым целым с плотью Джо!..

— Это оружие, а не сиська, — рявкнул Лед. — Бери твердо!

Джо