Крысиное Королевство - Амари Эбер

тайне от недостойных, эта идея стала главенствующей не только среди непрофессиональных сообществ, но даже среди некоторых вполне достойных чародеев, ошибочно полагающих, что знания непременно принесут им абсолютное счастье и богатство. Скажу вам как практикующий алхимик: это не так. Вопросов всегда будет больше, чем ответов, а мир академической науки, увы, ещё не скоро станет рогом изобилия для своих апологетов. Те, кто пришёл сюда за славой и богатством, могут не терять времени даром и попытать свои силы в каком-нибудь другом месте.

Профессор резко взмахнул указкой, и в тот же миг все богатые убранства и украшения исчезли со старого волшебника, оставляя его продолжать своё дело в ветхом рубище, залатанном тут и там грубыми нитками.

– Тем из вас, кто всё ещё продолжает верить в правильность выбранного пути, скажу: оставаясь тайной за семью печатями, алхимия никогда не была наукой только лишь о металлах или только лишь о превращении одних веществ в другие. Алхимия рождалась в бурных спорах о природе вещей. Алхимия передавалась тайным образом от одного адепта к другому, странствуя в виде зашифрованного послания в заплечном мешке у паломника. Алхимия всегда была и остаётся наукой о человеке. О его сложном взаимоотношении с магией. Именно поэтому изучение основ антропологии, анатомии и физиологии – тот необходимый минимум, в строгом соответствии с которым должно происходить постижение основ герметического искусства. Творить чудеса возможно, лишь зная, как они устроены. Чудо, произошедшее случайно, не несёт в себе разгадки и объяснения тому, кто его сотворил, а значит, бессмысленно. Алхимик в первую очередь наблюдатель, мыслитель, экспериментатор. Но много ли разглядишь, изо дня в день склоняясь над пробирками и перегонными кубами? Именно поэтому те из вас, кто не испугается возможных тягот странствия, и те, кто будет более всего этого достоин, отправятся со мной в составе экспедиции по ту сторону экватора, в Дикие Земли, где мы будем изучать алхимические элементы в их первозданном виде. Стоит отметить, что никогда раньше никому из студентов не удавалось подтвердить свою компетентность и отправиться в подобное путешествие. Не думаю, что и в этот раз что-то изменится.

Ещё одно размашистое движение – и вот изображение котла растворяется. Старик остаётся один. В одной руке он сжимает свиток пергамента, в другой – посох. На плече его дорожная сумка.

– Теперь перед вами средневековый ребус в решённом виде, без налёта религиозной мистики и избыточного символизма. Магия, становясь частью повседневной жизни человека, не стала панацеей от бед и не сделала мир лучше. Она лишь раздвинула границы возможного, дала человечеству шанс заглянуть чуть дальше за край неизвестного. Те, кто не преминул воспользоваться этой возможностью, навсегда лишились покоя и умения довольствоваться малым. Ища ответы в объективном мире, эти неординарные умы раз за разом приходили к одному и тому же выводу, суть которого объясняет всё волшебство окружающего мира и открывает понимание почти всех ключевых моментов человеческой жизни. Это, если угодно, и есть пресловутый философский камень. Именно это записано в тайной рукописи, которую несёт учёный алхимик своим братьям по знанию. Кто рискнет предположить, что же записано в этой рукописи?

Лектор неожиданно умолк, и в зале воцарилась гулкая тишина, нарушаемая лишь звуками механизмов, приводящих в движение макет солнечной системы.

– Что ж, нам совершенно точно найдется чем заняться в ближайшие несколько месяцев. В представлениях нет нужды. Вы уже в курсе: я – ваша главная проблема на ближайшие четыре года. И, как было сказано выше, к концу семестра две трети покинут эти стены. С оставшимися мы будем изучать алхимию. Так давайте начнём отбор, господа. Кто скажет, чем занимается эта наука? Что написано в свитке?

В воздух поднялось несколько робких рук.

– Слушаю вас, мисс… – профессор посмотрел на полную девушку за третьей партой.

– Гринсторм, сэр, – представилась студентка. – Алхимия – наука о трансмутации. То есть о том, как превратить неблагородный метал в золото… То есть…

– Фантастические проблемы с вниманием. Ещё варианты? – Ответ не был удостоен ни взглядом, ни кивком.

Сухопарый юноша с волосами, убранными в хвост, вскинул руку. Кастар изогнул бровь, будто бы удивляясь решительности молодого человека.

– Алхимия – система знаний об устройстве природы, находящаяся на стыке наук, искусств и философии…

При слове «философия» лицо профессора исказилось словно от омерзения, и отвечавший в испуге замолчал.

– Другие соображения? – сухо осведомился он.

Парень с оттопыренными ушами неловко дёрнул рукой.

– Вы хотите что-то сказать, или у вас нервный тик?

– Я… я слышал… что у вас на кафедре алхимики занимаются более тонкими материями. Например, исследованиями человеческой души… – Лопоухий замялся и опустил взгляд. Послышались приглушённые смешки.

– Интересные сведения, мистер…

– Стоунвуд, сэр, – ещё больше потупился подросток.

– Зря злорадствуете. – Кастар обращался к хихикающим студентам. – Этот ответ хоть и высказан в максимально неграмотной форме, но более остальных отражает истину. То, что мистер Стоунвуд назвал душой, учёные именуют психикой.

Он выдержал паузу и продолжил:

– На этом курсе мы пройдём тёмными тропами великих алхимиков от глубокой древности до наших дней. Самое важное, что вам предстоит знать уже сейчас, когда вы вступаете на этот путь, это то, что в алхимии ничто не берётся из ниоткуда. Для того, чтобы создать что-то, вам необходимо что-то отдать. Часть собственной силы, например. Что скажете?

Студенты начали переглядываться. Кастар ждал. Напряжение поднималось, как уровень воды в сезон муссонов.

– Те из вас, кто научится, творя магию, сохранять баланс силы, обретут могущество, остальные сгорят, как щепки.

Всё. Волнение и страх были готовы вылиться через край потоком неконтролируемых криков, а профессор смотрел на часы со скучающим видом.

– Итак, – продолжил он как ни в чём не бывало, – первые упоминания об алхимии встречаются уже в тридцать третьем тысячелетии от момента Вселенской Катастрофы…

Кассандра наблюдала всё это, не в силах пошевелиться. Какое-то время для неё не существовало ничего, кроме профессора Кастара и его низкого ледяного голоса. А потом прозвенел звонок. Кассандра заметила, как студенты вскочили со своих мест, но тут же шлёпнулись обратно, как будто столкнувшись с какой-то невидимой преградой. Некоторые потирали затылки.

– Вы покинете аудиторию, когда я скажу, – будничным тоном пояснил Кастар. – Записываем домашнее задание…

После того как закрылась дверь за последним студентом, Кассандра вскочила с места. Профессор стирал с доски простейшие алхимические символы.

– Сэр, это было великолепно! Вы меня натурально загипнотизировали! Вот только… – Она