Крысиное Королевство - Амари Эбер

– Вот только что? – Он сделал акцент на последнем слове.

– М-м-м… Запугивание вначале и насилие в конце… это так уж необходимо?

– Это полезно для усиления гипнотического эффекта и для удовлетворения моей потребности в превосходстве. Но вы можете не использовать эти методы. Я не настаиваю.

Он вышел из аудитории. Санди хвостиком последовала за ним. «Зря, – выговаривала она себе. – Зря я об этом спросила».

***

В это же время кабинет Лазариуса Алькора тонул в обманчивых отблесках свечей и клубах сигарного дыма. Совещание выдалось напряжённым. Утомлённые заместители закрывали ежедневники и спешили удалиться. Ариас сделал вид, что замешкался, уронив под стол перьевую ручку, и полез её доставать. Когда за коллегами закрылась дверь, он выпрямился и поймал на себе ожидающий взгляд Алькора.

– Говори, Веласско, что ты хочешь?

– Хочу предложить вам кое-что интересное, шеф. – Ариас многозначительно улыбнулся.

– Слушаю.

– Вы когда-нибудь слышали о таком феномене, как ум новичка?

Кустистые брови ректора слегка приподнялись, давая Ариасу понять, что их обладатель заинтересован в продолжении.

– Ум новичка — это умение посмотреть на задачу с новых, порой самых неожиданных сторон. Например, если я чувствую, что зашёл в тупик, то зову на помощь кого-то, кто совсем не разбирается в этом деле, зато разбирается в чём-то своём. Лучше, чтобы таких экспертов было несколько, тогда совместными усилиями мы найдём решение даже самой сложной задачи.

– Ха! Всегда уважал твой талант убедить других делать то, что нужно тебе, Ариас. – Ректор ухмыльнулся, сверкнув золотыми зубами. – Только ума не приложу, к чему ты мне это рассказываешь?

– К тому, что наш алхимик застрял, шеф. И, судя по всему, довольно крепко.

– Откуда такие данные? – Алькор взял ручку, будто бы собирался записывать. – Заставляешь сестру шпионить?

– Я не раскрываю своих источников. Однако Кассандра совершенно ни при чём. Но информация, уверяю, из первых рук.

– Только не говори, что Винсенс пожаловался тебе за чашечкой чая. Всё равно не поверю.

– Мне не нужно распивать с ним чаи, чтобы представлять, как идут дела в его лаборатории. Я знаю этого человека с семнадцати лет и видел, каким невыносимо самодовольным он бывает, совершив очередное открытие. Ещё я видел, какого цвета круги у него под глазами, если тот ночь напролёт бился над какой-то неразрешимой загадкой. Сейчас, судя по диаметру этих кругов, загадка не разрешается уже шестые сутки подряд.

– Вы с ним словно старые супруги, ей-богу! – захохотал ректор. – Моя жена говорит, что угадывает, в каком я настроении по положению моих туфель в прихожей!

Ариас скрестил руки на груди и украдкой поглядывал на часы, пока шеф веселился.

– Ты прав, коллега, чего уж там, – сказал Алькор, прочистив горло. – Винсенс действительно испытывает некоторые… затруднения. Но ты же отнимаешь моё время не потому, что беспокоишься за его душевное благополучие?

– Не поэтому, конечно, – честно ответил Ариас. – Я здесь потому, что милостью вашего любимца вчера побывал в министерстве науки. Поймал свежих сплетен о последней реформе Эзенбера. Сдаётся мне, что, если не поторопимся, может стать слишком поздно. Кроме того…

– Хочешь защитить свою семью? Так?

– Как вы узнали?

– Я не раскрываю своих источников, Ариас, – хмыкнул ректор, откидываясь в кресле.

– Что ж, тогда вы понимаете меня лучше, чем я мог надеяться. Спрятать их где-то сейчас не представляется возможным. Криспу нужно учиться, а Кассандра и без того просидела взаперти слишком долго… Но, если она займётся этим проектом, ей будет полагаться такая же защита, как и другим участникам.

– Судя по тону твоего голоса – скорее просящего, чем требовательного – недавно приключилось нечто, что сподвигло тебя действовать решительнее. Я прав?

– Вы как всегда очень проницательны, профессор.

– А ты уверен, что угроза была реальной? Я ни в коем случае не сомневаюсь в твоих ощущениях, просто иногда люди, пережившие утрату, склонный проживать один и тот же…

– На нас напал дракон. Нет, пожалуйста, не делайте такое лицо, я не тронулся умом. Во время вечерней прогулки дети уронили на нас воздушного змея. Но одного предупредительного крика Кассандры хватило, чтобы кровь в моих венах закипела. Я буквально был готов драться с каждым, кто приблизится к нам. И я не хочу, чтобы Санди и Крисп страдали из-за меня. Если я буду знать, что хоть чем-то их обезопасил, мне будет намного легче себя контролировать.

– Ты всерьёз полагаешь, что это её убережёт?

– Мы оба помним, как на борту «Бадденкранста» погиб мой брат. – Веласско прикрыл глаза и потёр переносицу. – Теперь я курирую проект безопасных границ. И на меня уже покушались. Вернее так: я склонен думать, что это была попытка покушения. К тому же я много езжу, много с кем встречаюсь. Если во время одной из таких поездок со мной что-нибудь произойдёт… Магический договор защитит Кассандру от всевозможных допросов и разбирательств. Никто не будет ломиться к ней в дом, светить жетонами, таскать по инстанциям. Пускай хоть на какое-то время, но она будет неприкосновенна.

– Справедливо… Иными словами, Ариас, ты хочешь, чтобы я убедил Винсенса допустить мисс Моррен до работы в секретной лаборатории, в которую могут войти всего три человека?

– Всё верно. И чем раньше вы это сделаете, тем лучше будет для него, для академии, для страны и для самой Кассандры, конечно. – Веласско улыбался так непринуждённо, словно речь шла о том, чтобы пригласить алхимика в паб пятничным вечером.

– И как ты хочешь, чтобы я это сделал?

– Не знаю, Лазариус. – Ариас беззаботно пожал плечами. – Можете рассказать ему про ум новичка…

Он встал и направился к двери, насвистывая какую-то популярную песенку. Его шеф некоторое время ещё сидел неподвижно и обдумывал услышанное.

«Ариас просит обеспечить защитой его сестру, и это разумно: из всех участников проекта он единственный, у кого есть семья, – рассуждал ректор, закуривая очередную сигару. – Ему ещё хватило наглости завернуть свою просьбу в обёртку делового предложения. Далеко пойдёт, дьявол! Но точно так же Винсенсу хватит упрямства послать меня подальше с этим умом новичка, или как там его?.. С другой стороны, я начальник и могу его обязать. Пусть брыкается сколько хочет, деваться с воздушного шара всё равно некуда. А девчонка… может, хоть порядок в этой лаборатории наведёт, и то польза».

Он повернул металлический