Сияя синим светом - Ли Лит

Каждый раз, зовя «гэ!» или же просто «гэгэ», откликались оба старших брата, потому для себя Лань И стала распределять их по первому старшему брату и второму старшему брату. Так действительно проще, и вроде как правильно, только когда одна Лань И обращалась к Лань Баоши или Лань Инъин просто «гэ».

— Они строгие? — Гао Юйцзе подалась ближе и громко прошептала, словно с подругой разговаривала о тайном.

И кому из старших братьев быть строгим и с кем? С ней, младшей сестрой? Нет, Лань Баоши не мог себе позволить проявлять строгость к сестрёнке. О Лань Инъине говорить нечего, тот и вовсе заявил, что даже если Лань И уничтожит его коллекцию кораблей, сделанную им, он не станет ругаться и не обидится. Десятилетняя Лань И со слезами на глазах обнимала эр-гэ и уверяла его, что на десять шагов не подойдёт к полкам с кораблями. К ним даже слуги не приближались, уборку проводил самолично Лан Инъин.

Последствия шалостей брали на себя всегда старшие братья. Даже когда Лань Баоши женился, продолжал в том же духе, за что получал от отца по плечу тяжёлой рукой и неодобрительный взгляд от мамы.

И при этом, работая с клиентами, слугами, занимаясь перевозками (перенимая дело отца), Лань Баоши становился другим. Мягкость в деле с людьми и деньгами нельзя проявлять. Ни каких сомнений — он вылитая копия отца, такой же рассудительный, внимательный к мелочам и разборчивый в людях.

И всё же Лань И считала, что в жизни ей повезло только с родителями и братьями с сестрой. Дальше везение заканчивалось. Обзавестись друзьями у неё не получалось. Как бы ни старалась, дальше простого знакомства дело не шло. Пришлось бросить гиблое дело. Всё же она не обаятельный Лань Инъин, который отклик в душе самого строгого и злого человека сможет найти.

— Смотря с кем, — просто ответила Лань И.

— Мои братья часто говорят, что мне давно пора повзрослеть, — тяжело вздохнула Гао Юйцзе, ловя немой вопрос. — Я не говорила своего имени?

Лань И мотнула головой.

— Забылась, — неловко усмехнулась Гао Юйцзе. — Тебя увидела и забыла.

Клонила ли она в положительное или отрицательное, Лань И не поняла.

— Гао Юйцзе.

Лань И мелко кивнула. Сестра главы ветви Цзе, Гао Инцзе, единственной женщины-главы среди всех ветвей. Крайняя мера. Единственный мальчик в ветви Цзе, имеющий кровное отношение, отпраздновал своё семилетие, но его здоровье желало оставлять лучшего.

— Значит, твои братья тебя баловали? — хитрая улыбка промелькнула на лице Гао Юйцзе.

Что в её понимании баловать? Покупать всё понравившееся, заваливать подарками, не журить, когда требуется, поощрять шалости?

С раннего детства Лань И понимала, что она может получить многое. Денег у семьи хватит на любую вещь. Могла попросить всё, братья и отец достанут. Знала, что ругать и наказывать до пролитой крови не будут.

Лань И получала дорогие подарки от семьи, её хвалили даже там, где справлялась до невозможности плохо. За серьёзные ошибки никто её не наказывал палками или розгами, никто не смел её запирать на несколько дней без еды, воды в сарае, никто не унижал её.

Но Лань И знала, что можно, а что нельзя. Знала, что хорошо, а что плохо.

— А Вас? — не найдя ничего лучше, чем перенаправить вопрос на Гао Юйцзе, Лань И невозмутимо смотрела на неё.

Растерянно приоткрыв рот, Гао Юйцзе не нашла, что ответить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— У Вас больше братьев, а у них не так много сестёр, — пыталась выйти из неловкой ситуации Лань И.

Откинув голову назад и после выпрямившись, Гао Юйцзе усмехнулась:

— Четыре! Четыре старших брата, и ни один из них не в состоянии сказать, как я обворожительна этим утром. А если намекнуть, скажут даже если всё вчерашнее.

— Не повезло, — согласилась Лань И. И не удержалась: — Мало опыта.

В тишине раздался громкий смех.

— И правда, откуда у них опыт, когда посвящают себя оружию и книгам.

Не совсем правда. Сыновья клана Гао покидали долину, спускались в город и там имели полную свободу передвижений и действий. Пройти мимо публичного дома с яркими представлениями — глупо.

— Ну ничего, — кивнула Гао Юйцзе, которая сама посвящала себя книгам, лекарствам, травам, ядам и лёгкому оружию, — сейчас выберут себе жён и окунутся в другой мир, полный трудностей уживания с противоположным им человеком.

Из всех трёх братьев только один с головой уйдёт в полную гармонию. Гао Цзинъян с первого взгляда понял, кто его человек, и до самого конца не отступал от выбора.

Прищурив глаза и сильнее подавшись вперёд, Гао Юйцзе спросила в лоб:

— Кто?

Она спрашивала о выборе. Кого выбрала в себе в кандидаты будущего мужа Лань И. Сказать, что никого нельзя. Наобум выбрать одного неправильно. В итоге Лань И просто пожала плечами.

— Неужели? — охнула Юйцзе. С минуту она молчала, Лань И уже подумала, что они закончили и можно уходить, как прозвучало: — Понимаю, после стольких лет с любящими братьями любой другой мужчина гаснет на их фоне. Наверно, будь у меня точь-в-точь такие братья, даже не смотрела бы в сторону других, всё равно никто не достанет до них.

Только Лань И не по этой причине не выбрала из сыновей Гао. С ними рядом опасно для жизни. Вторая причина: никто не приходился по душе.

— Не правильно, — прошептала Лань И.

— Что?

Лань И тихо проговорила:

— Какая разница, выбрала или кто приглянулся, всё равно права выбора нет.

Поджав губы, Гао Юйцзе на пару секунд отвернулась.

— Тебя это расстраивает? — сняв маску доброго веселья, она мягко посмотрела на Лань И. — Хочешь домой?

«Хочу».

Лань И перевела поплывший взгляд от навернувшихся слёз на большое закрытое окно за спиной Гао Юйцзе. Врать и говорить, что не хотелось, бессмысленно. Это ложь, которую почувствует любой. Говорить в открытую, значит обрушить на себя целое море. Оно придавит на дно и будет давить, не давая подняться на поверхность. В конце нахлебаешься и будешь молить отпустить. А пока это лишь мысли, гонимые мысли, можно спокойно дышать и смотреть на новый мир чистым взглядом.

— Не имеет значения, — прошептала Лань И, не волнуясь услышат её или нет.

— Знаешь, другие определились с женихами, — усмехнулась Гао Юйцзе. — Даже имеют список, по которому будут соблазнять.

— Знаю, — кивнула Лань И, возвращая на неё чистый взгляд. — Соблазнять?

Она знала о завоевании, попытках понравиться, влюбить. В её голове соблазнить — означало просто склонить к короткой интрижке без глубоких чувств.

— Слышала? — пропустила мимо ушей вопрос Гао Юйцзе. — Что думаешь?