Звериное начало. Том II - Ксен Крас

пользу. Я не отказываюсь выполнять поручения Верхушки, не подставляю никого из нее и не использую Общину. Сверх необходимого. Когда мне приходится увиливать, я делаю это только для того, чтобы спасти наши шкуры. Вы постоянно делаете глупости, и я вынужден бесконечно вас защищать. Постоянно! Если бы я не скрывал правды, Рэйара бы уже не ходила с нами. Никого из вас не взяли бы в Общину, не придумай я, как солгать об обстоятельствах нашей встречи. Нет, погоди, Таэль. Да, ты тут ни при чем, тебя никто бы не выгнал до встречи с нами. Но куда бы тебя присоединили? К кому? Ты уверен, что сумел бы выжить с другим отрядом? Я видел тех, кого постигла печальная судьба.

– Я мог бы выжить и с другими. – не сдержался призыватель и буркнул, перебивая вожака, – И уж лгать обо мне тебе необходимости не было.

– Верно, о тебе нет, ты в этом отличился, – согласился Эйэ, – Но остальные… Я взял на себя ответственность за вас и ни разу не обманул вашего доверия. Мне приходилось брать ее постоянно каждое задание, каждый день, и до сих пор приходится. Устранять последствия ваших глупостей, убивать, сжигать, увиливать от прямых ответов. Одна ложь непременно тянет за собой другую и порой я начинаю вести себя так же и с вами. Но я всегда на вашей стороне, я не желаю вам врать. Семья для меня важнее Общины, но, увы, одним нам в этом мире не выжить.

– Ты используешь нас для своей выгоды? – спросил Наэм то, что интересовало всех, – Чтобы мы делали то, что нужно тебе? Ты ведь не просто так нам помогаешь? Может, сейчас что-то изменилось, но поначалу, когда ты нас собирал, о чем ты думал?

Речные патрули прервали разговор, свэты приближались к крупному городу, откуда должны были верхом добраться до Высокогорья. Наличие тьмы в лекаре и неполное исцеление остальных не позволяли применять порталы, никто не знал, как это повлияет и не усилит ли воздействие.

Когда же у свэтов снова появилось время поговорить, вернуться к предыдущей теме никак не получалось – Эйэ все время было не до того.

Глава III

– Ты не можешь обвинять во всем Рэ, она не отвечала за себя тогда, – вступился Нэ за сестру, как обычно.

– Ее происхождение не может оправдывать ее вечно, – отрезал предводитель, и для того, чтобы придать своим словам значимости взмахнул руками, – Мне жаль, что я не могу облегчить твою жизнь, Рэ, но твоя первоочередная обязанность – научиться контролировать себя. Ты должна понять, как находить общий язык со зверем или когда-нибудь твои вспышки ярости приведут к печальным последствия. Я не хочу, чтобы ты пострадала, чтобы ты лишилась семьи, Общины, всего того, к чему ты привыкла.

Перевертыш очень хотела верить вожаку, но не могла. В последнее время происходило слишком много всего, одно событие быстро сменялось другим, не хватало времени поскорбеть об утрате брата или обдумать, что произошло в Приустье. Снова бегство, снова долгий путь, новые задания, утомительное исцеление, очередные неотрекающиеся, и весь этот коктейль еще и щедро приправлен бесконечными пустыми разговорами ни о чем. То есть беседы, может, и были нужны, вот только ни к чему толковому они не приводили. Эйэ избегал разговоров, а прежде, чем получить ответы, нужно было хотя бы сформулировать соответствующие вопросы. Но хотелось ли на самом деле получать эти ответы?

Привычный мир рушился, и Рэ не могла доверять даже самой себе. Никогда ранее подобных проблем с самоконтролем, за исключением полнолуний, у нее не возникало. Пусть на это и повлияли темные силы, легче от осознания ничуть не становилось. Недостаточное оправдание.

Подчинив свои инстинкты однажды, полукровка надеялась совладать с ними снова, однако в этот раз все оказалось значительно сложнее. Привычные методы не работали, зверь рвался наружу столь сильно, словно она вернулась в детство или ее заразили. Подобное состояние встречалось у грязных перевертышей поначалу на протяжении всех дней. После первых полнолуний, особенно после того, как им поясняли, что и как делать, они обучались смирению. У Рэйары же звериная сущность отступать не хотела.

– Я понимаю… – едва узнавая собственный голос, прохрипела женщина. Кашлянула, чтобы комок перестал давить на голосовые связки, – Может, безопаснее будет, если я покину вас?

– Нет-нет-нет! Ты не можешь от нас уйти, мы нужны тебе, а ты нам, – Наэм тут же схватил Рэ за руку, как будто она могла без этого раствориться в воздухе или моментально убежать, – Я не могу отпустить тебя. Никто из нас не отпустит, я прав? Ведь прав?

– Одиночество – не лучший выход, тебе может стать только хуже, – заметил Таэль. Он постоянно выступал за то, чтобы отдать Рэ на растерзание Верхушке, твердил, что не желает жить бок о бок с чудовищем, подшучивал над женщиной и всячески пытался уколоть ее, а тут решил выступить на стороне сестры. Скорее всего, это была плата за поддержку несколькими минутам ранее. Если нет, то стоило признать, что шпион сильно изменился в лучшую сторону. Наверное, хоть полукровка и ворчала сама на себя за это, но стоило признаться – по Таэлю она бы тоже скучала.

– Я тоже не вижу смысла в твоем уходе, – согласился Фэ, – Если мы не пойдем с тобой, то будем уродами, а если пойдем – то что это за одиночество?

– Бегство – выход, – неожиданно возразил Алорэ. Природник уже открыл рот, чтобы наругать брата, но тот чуть поднял руку, таким образом он и привлекал внимание, и просил помолчать, – Отличный выход, но только тогда, когда ты бежишь из города или от тех, кто тебя обижает, принуждает, унижает… От самой себя ты не убежишь, как бы ни старалась. От нас тебе тоже не скрыться. Куда бы ты ни пошла, чего бы ни натворила и ни сказала, мы отправимся за тобой. Что бы все мы ни делали, как бы ни ругались и ни спорили, какие бы задания нам ни давали, мы не оставим тебя. Будем прятаться, неумело следить, но не оставим. Смирись, наконец, что ты не одна. И ты, Эйэ, тоже. Ты выкручиваешься, придумываешь. как оправдаться перед Общиной, что им сказать