Невеста в бегах. Хозяйка Запретных пустошей - Мария Минц

Сердце колотится, а в голове туман.

Что делать? Что делать?!

Умом я понимаю, что ни в какой храм никакой Бригитты мне ехать с Эваном нельзя. Если я соглашусь на эту свадьбу, то сама подпишу себе приговор!

Эван и Розамунда не отступятся и сживут меня со свету. Я вижу это в ненавидящих глазах бывшей лучшей подруги.

Я слышала это в голосе Эвана.

Но что мне остаётся делать?

Вернуться в дом мачехи нельзя — его двери захлопнулись за мной, как только меня увезли готовиться к свадьбе!

Остаётся только бежать! Но куда, если родных у меня больше нет, а друзей, которые могли бы дать кров — и подавно?

Вдруг локоть пронзает острая боль — Эван хватает меня за локоть и буквально выволакивает за собой из беседки.

— Пошли, Джина! — рявкает он, — Хватит дурить!

И тут меня пронзает идея. Настолько безумная, что захватывает дух…

Глава 2

Но никаких других вариантов больше нет! А помирать от рук жениха и его любовницы в мои планы не входит.

Я отчаянно дергаюсь, изворачиваясь, и, сделав безумное усилие, выдираюсь из руки Эвана. Раздаётся треск — это лопается рукав свадебного платья!

— Джина, какого чёрта?! — ревёт Эван, но я со всех ног кидаюсь в темноту сада — туда, где должны стоять кареты.

Скорей, скорей, скорей! Хоть одна из них, да должна быть запряжена!

И тут спину ошпаривает мороз — я слышу гулкий топот за спиной. Кидаю порывистый взгляд назад: так и есть!

Мой жених — хотя сейчас я уже должна называть его бывшим женихом — гонится за мной, протягивая руки.

Эван!

Чёрт, и как это я раньше не замечала, какие они у него длинные!

Прибавляю скорость, несусь, подхватив юбку свадебного платья. Цветы я уже потеряла по дороге, свадебные туфельки совсем не предназначены для беготни по гравию. Острые камни больно впиваются в ноги, а дыхание сбивается.

— Джина! — ревёт он. Чувствую себя беззащитной косулей, за которой гонится гигантский медведь. И этот медведь очень голоден.

Ну не бегунья я, не бегунья! Только в мои планы стать его ужином не входит.

Заставляю себя нестись вперёд, потому что на кону стоит моя жизнь.

— Джина, остановись! — рычит Эван, — Не делай глупостей! Давай поговорим! Я докажу тебе, что ты ошибаешься!

Ну уж нет! Я ошибусь, если остановлюсь.

Молча ускоряю бег, вкладывая в него все силы и молясь всем богам, чтобы не споткнуться и не упасть. Слышу сзади грохот и грязную ругань: а вот Эван, похоже, споткнулся и-таки полетел на землю!

Чувствую лёгкое удовлетворение: поделом ему! Жалко только, скорее всего, отделается царапинами.

А вот и ворота сада. За ними вижу несколько карет, около которых дежурят скучающие кучеры.

Вот удача! Как по заказу.

При виде меня кучеры напрягаются, а некоторые проворно запрыгивают в кареты — на всякий случай.

Понимаю, вид у меня сейчас, скорее всего, такой себе.

Задыхаясь, выскакиваю за ворота, подлетаю к ближайшему кучеру и умоляюще прошу:

— Пожалуйста, спасите! Мне срочно надо уехать! За мной гонятся, меня хотят убить!

Словно в подтверждение этому из сада несётся рёв раненого быка — похоже, Эван поднялся с земли…

Кидаю панический взгляд на ворота. Сердце заходится в бешеном стуке: я уже почти наяву вижу, как Эван сносит их своим мощным телом. Чувствую его железную хватку на моей шее!

Как назло, кучер тянет резину!

— Не знаю, госпожа… — нерешительно бормочет он, кидая опасливые взгляды на ворота, — У меня приказ — ждать госпожу…

В тот же миг из сада слышится топот и треск гравия. Не раздумывая ни секунды, срываю с шеи золотую цепочку с кулоном в виде дракона, обвивающего хвостом сердце — подарок Эвана на помолвку — и сую кучеру.

— Пожалуйста! — умоляюще говорю ему, — Только вы можете меня спасти! Иначе мне не жить!

При виде золота глаза кучера вспыхивают. Он что-то быстро прикидывает в уме и — тут моё сердце подпрыгивает от радости — распахивает передо мной дверь.

— Прошу, — кивает он на проём, и я с облегчением залезаю внутрь и захлопываю дверь.

В ту же секунду ворота сада с грохотом распахиваются, и наружу вылетает разъярённый Эван. Я замечаю, что руки у него расцарапаны, а брюки на коленях изодраны, словно он лихо проехался по гравию.

Вот только при виде него мне действительно страшно! Он похож на дикого зверя, с безумным видом озирающегося по сторонам.

— Джина! — ревёт он, и этот рёв прокатывается над землёй, взбаламучивая воздух, — Где ты?!

Быстро ныряю вниз и падаю на пол. Съёживаюсь, обхватив себя руками за колени и низко опустив голову.

Меня трясёт от панического ужаса. Никогда не видела Эвана таким! Никогда не думала, что он способен на подобное бешенство!

И это меня особенно пугает, потому что теперь я вообще не представляю, чего от него ожидать.

Рёв замолкает. Скрипит гравий под ногами моего бывшего жениха. Этот скрип быстро приближается, сопровождаемый грузными шагами. Я понимаю, что он направляется сюда!

Взбудораженно переговариваются кучера. До меня доносятся обрывки фраз, от которых становится только хуже!

— Что делается-то…

— Во господа дают!

— Не каждый день такое увидишь… я молодого господина никогда таким не видал.

Вжимаю голову в плечи и в ужасе жду, что кто-то из них вот-вот ляпнет что-то вроде “ищете госпожу Джину? Да вот же она, вон в той карете отсиживается!”

По спине ползут капельки холодного пота. В карете жарко и душно, но мне кажется, словно я попала в холодный погреб — настолько ледяной ужас меня охватывает.

Боги, за что мне всё это!

Шаги утихают — по ощущениям, Эван останавливается прямо напротив той кареты, где прячусь я!

Замираю, боюсь хоть пальцем пошевелить, чтобы не выдать себя случайным шорохом.

Повисает тишина. Волоски на шее приподнимаются от напряжённого ожидания, и я жду, что вот-вот воздух разорвёт рык Эвана: “Вот ты где! Попалась, Джина! Ну всё, тебе не жить!”

Проходит пара мучительных секунд.

Как вдруг до меня доносится голос кучера, который пустил меня в карету.

— Вы, случайно, не молодую ли госпожу ищете? В платье невесты?

Шуршит гравий. Кажется, Эван резко разворачивается к кучеру.

— Да! — рявкает он, — Ты её видел?!

И тут кучер даёт ответ, от которого моё сердце обрывается и уходит в пятки…

Глава 3

— Видел, — дрогнувшим голосом отвечает кучер: он явно пасует перед Эваном. Я каменею и с секунды